Мой грешный маркиз

Дворецкий кивнул:
— Да, милорд, конечно.
— Спасибо. — Макс кивнул дворецкому, вернулся к коню и снова вскочил в седло. Следующая остановка — фешенебельные апартаменты Олторпа.
Короткая беседа с привратником, и Макс узнал, в каких именно из многочисленных роскошных апартаментов проживает Джонатан Уайт.
Макс постучал в дверь. Друг детства и потенциальный жених Дафны открыл быстро. Вся его голова была в папильотках. Лондонский денди терпеливо ожидал, когда высохнут его превосходные греческие локоны.
— Ротерстоун? — Джонатан нахмурился. — Что вы здесь делаете?
— Дафна исчезла, — прямо ответил Макс. — Если вы знаете, где она, лучше скажите об этом немедленно.
— Как исчезла? — Молодой человек побледнел. — Что вы имеете в виду?
— Только то, что сказал: она исчезла. — Взглянув в глаза Макса, Джонатан запаниковал.
— Я видел ее накануне вечером. Она плакала. Это было ужасно. Поэтому я отдал ей свой экипаж. Я думал, что она едет домой.
— Она сказала, куда направляется?
— Нет. Я не спрашивал. Говорю же, я думал, что она спешит домой. А вы спрашивали Кариесу?
— Нет. Я ее не застал. Как вы могли отпустить ее одну в экипаже без кучера, если она была расстроена? Плакала?
— Только не надо валить с больной головы на здоровую! Она из-за вас плакала! Господи, надеюсь, с ней ничего не случилось по дороге. Было темно, а она не слишком опытный кучер.
— Какой у вас экипаж?
— Фаэтон с высоким сиденьем, — с явным беспокойством сказал Джонатан.
Идиот, подумал Макс, глядя на юношу в папильотках. Эти штуки специально сделаны для того, чтобы переворачиваться, если не сбавишь скорость на повороте.
— Я не мог отказать ей. Тем более учитывая слезы...
— Вы поможете мне ее искать?
Джонатан растерянно заморгал.
— Как, прямо сейчас?
Макс прищурился.
— Вы же знаете, она хочет за вас замуж. Могли бы проявить больше интереса.
Молодой человек возмущенно фыркнул:
— К вашему сведению, Дафна способна позаботиться о себе. Более того, полагаю, вы отлично знаете, что мы с ней только друзья.
Макс фыркнул и развернулся, чтобы уйти, но помедлил.
— Могу я задать вам один вопрос?
— Валяйте.
— Вы знаете ее лучше, чем кто-нибудь другой. Остался ли у меня хотя бы один шанс?
— Ну... это зависит от многого.
— От чего, например?
— Вы умеете пресмыкаться?
Макс несколько мгновений переваривал услышанное, потом криво усмехнулся:
— Если она даст о себе знать, скажите, чтобы связалась с отцом. Он места себе не находит от тревоги.
— Хорошо, — сказал Джонатан. — А если вы увидите ее первым, скажите, чтобы вернула мой фаэтон.
Макс попрощался и вернулся к своему коню. Он хотел повторить ее маршрут из Ричмонда, но сообразил, что, по словам гувернантки, Дафна возвращалась домой. Значит, лучше поехать к Старлингам и узнать, не появилась ли какая-нибудь новая информация. Дафна была зла на него, но у нее не было, по его мнению, причин заставлять волноваться свою семью.
Всю дорогу в Южный Кенсингтон Макс гнал лошадь галопом, сходя с ума от тревоги за девушку и от чувства вины — ведь он был причиной ее бегства.
Наконец он подъехал к дому Старлингов. Стараясь не отчаиваться — ему понадобится ясная голова! — он постучал в дверь. Возможно, Дафна одумалась и вернулась домой. Он даже вознес молитву Всевышнему, чтобы все так и было. В это время Пенелопа открыла дверь.
Она пребывала в тревоге, так что Макс не стал упоминать о ее несдержанности в обществе. Именно ее длинный язык изрядно усложнил ситуацию. Пенелопа сообщила, что муж и лакей Уильям еще не вернулись — ищут Дафну.
Пока они беседовали, прибыл посыльный с запиской для Уильяма. У Макса заныло сердце, когда леди Старлинг объявила, что записка от его сестры Вильгельмины.
Макс вспомнил обоих близнецов — он уже видел их на Бакет-лейн.
Мысленно извинившись перед лакеем, он взял записку из рук Пенелопы и, с ее согласия, распечатал. Там было сказано:
 Дорогой Уилл! 
 Скажи симейке, чтобы не волновалась. Мы в безопасности в гостинице «Три лебедя» на Трейт-Норт-роуд, где должны встретиться с важным человеком. Скажи лорду С, что я прашу прощения за все. Я не могла остановить мисс Дафну, поэтому ришила, что лучше поехать с ней. Не знала, что ище можно сделать. Она была в слизах. Лучше я пойду. Он будет в ярости, если узнает, что я написала тибе. Но я боюсь, что нас аграбят. 
 
 Твоя сестра В. 
— Благослови тебя Господь, маленькая Вильгельмина, — пробормотал Макс, испытывая глубочайшее облегчение. — Пишет с ошибками, но сердце из чистого золота.
— О, милорд! — Пенелопа драматически прижала руки к груди. — Умоляю, скажите, что она написала?
— Все, что мне необходимо. Умная девочка. — Макс вернул женщине письмо. — Если вы когда-нибудь захотите уволить этих близнецов, леди Старлинг, отправьте их прямо ко мне. Эта пара стоит очень дорого. — С этими словами Макс откланялся, вскочил на коня и поскакал в направлении Грейт-Норт-роуд, чтобы вернуть беглянку домой.
Сидя в комнате гостиницы «Три лебедя», Дафна чувствовала себя как в клетке. Она поминутно выглядывала в окно, высматривая свою двоюродную тетю.
Прошлой ночью она добралась сюда на фаэтоне Джонатана, что уже само по себе было безумным поступком, но была вынуждена остановиться на развилке, чтобы решить, куда ехать.
Вдовствующая герцогиня Ансельм владела четырьмя поместьями, которые располагались в четырех разных направлениях. И Дафна не имела представления, в котором из них в настоящее время пребывает ее тетя. Эта женщина любила путешествовать, особенно когда приближался сезон сбора урожая. Она объезжала свои земли, встречалась с местными жителями, урегулировала конфликты, узнавала о новорожденных и оценивала урожай.
Поэтому из соображений практичности Дафна была вынуждена остановиться и разослать посыльных во все поместья ее светлости, чтобы точно установить, где она находится.
Оставалось только ждать. К сожалению, ожидание могло растянуться на несколько дней. Прошло совсем немного времени, а Дафна уже начала сильно нервничать.
Ее одолевали дурные предчувствия. Странные сомнения. В душе было пусто — словно из груди вынули сердце. Она все еще злилась на Макса, на его холодное высокомерие. И было трудно объяснить страдания, которые она испытывала при мысли, что никогда не увидит его снова. Она ощущала горечь утраты, словно лишилась друга.
Стараясь избавиться от мыслей о нем, Дафна заставила себя думать о более насущных задачах: следовало решить, что она скажет вдовствующей герцогине.
Несомненно, ей придется выслушать немало упреков. Старая дама не одобряла непристойного поведения и, вне всяких сомнений, осудит ее бегство.
Но девушка искренне надеялась, что, когда расскажет о тирании отца и о том, каким способом он и Макс попытались навязать ей свою волю, герцогиня использует свою драконью силу для ее защиты.
По мнению Дафны, умерить гнев ее милости поможет тот факт, что Дафна все же не пустилась в это безумное предприятие одна. Ей хватило здравого смысла взять с собой служанку.
Хотя это, говоря по правде, не было ее заслугой. Вильгельмина сама настояла на том, что поедет с госпожой.
Прошлой ночью Дафна пробралась в свою спальню и стала собирать вещи, когда вошла заспанная Вильгельмина, чтобы, как обычно, помочь хозяйке совершить вечерний туалет.
И тогда Дафна, к немалому удивлению, обнаружила, что тихая горничная знает ее слишком хорошо и не верит лжи. Не в силах придумать ничего правдоподобного, она наконец призналась Уилли, что собирается бежать и причиной тому — лорд Ротерстоун. Не сумев отговорить хозяйку, Вильгельмина твердо объявила, что едет с ней. Благослови Господь эту девочку.
Присутствие рядом союзницы явилось большим утешением. Болтовня горничной отвлекала и успокаивала. К сожалению, сегодня Вильгельмина нервничала даже больше, чем хозяйка. Она уже распаковала и дважды переложила вещи Дафны — только чтобы чем-нибудь заняться. Дафна тоже не могла найти себе места. С каждой минутой ей было все труднее держать себя в руках.