Плетеная сказка (СИ)

Последнее — вообще бред вредительский. Старые погосты, как рассказала Зелёнка, «стравливали» некрос из небывальщины. И, естественно там был повышенный некрофон, копошились мары, притягивались нави, вурдалаки и прочее. Вот только это было ОЧЕНЬ нужно всем на планете. Количество некроса после конца просто затапливало небывальщину — миллиарды человеков, как-никак. А через могильники некрос дозировано проникал к нам и рассеивался-перерабатывался. С побочками в виде навства, но если эти «сточные каналы» перекрыть — то вся прилегающая к Земле часть небывальщины лет за двадцать-тридцать станет некротической. Что сделает жизнь на планете… как бы не самой комфортной, да и, скорее, «нежизнью» вовсе. В сетке и так обсуждали варианты УСТРОИТЬ несколько мощных пробоев над пустынями: хуже некрос там не сделает, а общий фон небывальщины, прилегающей к Земле, приведёт в порядок быстрее, а возможно — с сокращением негативных последствий.
Последние уже ни хрена не радовали: половина детей на планете, судя по сетевым данным и окружающему нас — рождались мёртвыми. Полностью здоровое, сформированное тело, напрочь лишённое души, как я понимаю — просто не преодолевшей «некрозавесу». Домашнее зверьё — туда же. Помогали шаманы, но это вариант не оптимальный: например, мог появиться подменыш, нечистик в теле ребёнка, что несло массу неприятных моментов как для родителей, так и для окружающих вообще.
Но, в целом — текущая ситуация была «условно-благоприятной», количество смертей на планете было по сравнению с прошлым — отрадно малым. И, лет за десять, примерно, всё придёт к «доконцовому» балансу. Тоже не фонтан, как докладывали договороспособные и достаточно вменяемые нечистики, но не некротический звиздец «щаз».
В общем, выходила, конечно, не катастрофа, в стиле «мы все умрём», но крайне неприятная ситуация. И какие-то свинотрахи ленятся жёпы на десяток километров от погоста передвинуть, посылая через сетку запрос на «упокоения кладбищев с вупырами».
У меня даже появилась мысль, смотаться в эту богадельню и упокоить свинотрахов с опасными фантазиями и деньгами. Но потом решил, что неинтересно.
— Кащей, эфирные операторы, вообще-то, большая редкость, — озвучила Ленка, выслушав мои мысли на тему свинторахов всяческих. — Именно «ведьмачьей» работы мы так, скорее всего, не найдём. Только вещи, с которыми не справляется богатое и крупное селение.
— А это, в большинстве своём, вещь не жизненно важная, а следствие зажратости, — прикинул я.
— Угу. Так что за заказами надо ездить!
— Так я только «за», — пожал я плечами в ответ. — Просто подумал, что у кого-то могут быть серьёзные проблемы, а не всё вот это вот.
В общем, на следующий день мы сидели в коттедже собратые, этак «на посошок», перед отъездом. Как вдруг разносится по небывальщине в округе этакая волна-искажение. Странная: вроде и не сильная, но такая, мощная в общем. Медленно-площадная, иначе и не назовёшь. И знакомая, блин.
— Лен, к нам гостья, — озвучил я не самым радостным тоном.
— А кто? Так, уж не Малахитница ли?
— Она. И я не изменщик коварный! Даже если бы хотел: я у тебя постоянно под присмотром, или мы вообще вместе, — прервал я начавшую набирать воздух вредину.
— А не присматривала бы — был бы и коварным, и изменщиком, — показала язык зелёная вредина. — А что нам делать?
— Встретить гостью, узнать, что ей надо. Стараться не раздражать и не конфликтовать, — озвучил я. — В теории, если будет конфликт, с эффектором я справлюсь, но…
— От Урала нам надо будет убегать километров на тысячу, не меньше.
— Как-то так, — признал я. — А вообще — мне интересно, что местную хозяйку привело на поверхность.
— А мне — нет, — надуто буркнула Зелёнка, но под моим скептическим взглядом фыркнула. — Ну ладно, интересно, наполшишечки. Кащей, слушай… — просительно начала она.
— Не хочу и не собираюсь. Если от этого не будет напрямую зависеть жизнь… Ну, ты поняла, — не стал я озвучивать, что жизнь некоторых свинотрахов, в качестве приданного от бывшей любовницы Кащея, непокобелимого меня на «подновить отношения» не сподвигнут.
 
— Поняла, — согласно махнула Зелёнка ушами.
Тем временем ощущение «эффектора Малахитницы» дотопало до коттеджа, да и ввалилось к нам.
Видок её, нужно отметить, несколько отличался от увиденного в первый раз под Холодным. В плане… фасона одежды. Та же ткань, казавшаяся то материей, то глыбой камня, вот только современного, моды Стального, фасона!
То есть, не сарафан в пол, а юбка чуть не дотягивающая до колен, пиджачок-сорочка и небрежно наброшенный на плечи плащ. И сумочка-ридикюль, причём уже именно «сумочка», а не часть магической манифестации.
— Здравствуй, Кащей, — озвучила Малахитница. — И ты здравствуй, девка Кащея, — ОЧЕНЬ иронично кивнула она Зелёнке.
— Я — Елена…
— Я — знаю, — отмахнулась Малахитница.
А я стал прикидывать, куда бить, куда бежать, как Ленку вытаскивать. Не то, чтобы вот прям щаз малахит свистел над нашими головами, но тенденция мне ни хрена не нравилась.
— Ладно, пустое, Елена. Не могла я не уязвить ту, что у меня такого мужа увела, — подмигнула Зелёнке каменная девка.
— Мы и без того расстались, — несколько ошалело вставил я, фигея.
— Помнишь, Бессмертный? А почто не навестил? — очень пристально всмотрелся в меня дух места.
— Не помню, Малахитница, — ответил я, потому что врать было… просто невозможно. — Не желал. Но приятно тебя видеть, — выдавил я… в общем-то тоже — правду.
Всё же красивая она была офигительно, хотя и не как женщина, а как произведение искусства.
— И мне интересно, — дополнил я. — Присядешь?
— Присяду, — присела Малахитница. — Не желал… ну да и ладно. Ты, Кащей, всё на старые грабли наступить норовишь, опять с людишками связался. Хотя — поменялись они вроде, может и выйдет у тебя что. Сразу тебе скажу — Стальное под моей защитой. Начнёшь рушить — поссоримся!
— Да не собирался, в общем-то, — ответил я. — А почему — под защитой? И вообще — я как-то про тебя и не слышал толком, — дошло до меня. — А ты вроде и дыру до центра земли помогала ковырять.
— Не до центра, Кашей, но глубокую — страсть, — кивнула она. — Ну слушай, любопытный, — усмехнулась она.
А я слушал и немножко фигел. И Зелёнка со мной, несколько отошедшая от опасений «отбивания Кащея».
Итак, Малахитница — сверхдух места. Под её контролем весь Уральский хребет, плюс куча скальных ответвлений на полсотни километров от гор. Она — берегиня, что занятно, по методологии выходило так. Соответственно, всякие нечистики ей подчинены побольше, чем подчинённые Лешему или Водяному. У последних — зависимость от слуг, в плане расширения владений. То есть, именно вассалитет, если разобраться, взаимные обязательства и выгода.
Берегиням — нахрен нечистики не нужны. Вот вообще. Жизнь какая-то на их «берегомом» — не лишняя, но тоже не критична. Вообще сам смысл «берегинь» я оценивал как «становление по правде на площадях», этакое воплощение законов небывальщины.
При этом, они благожелательны, на фоне большинства нечистиков, к людям и разумным. И живые, и не так скучно, насколько я понимаю. Ну с Ариской вообще отдельная история, она наполовину человек, но вот Малахитница, даже по древним, и не очень древним, мифам к людям, которые не жадные дураки, относилась вполне положительно.
И вот, воплощается она, смотрит что творится. Приглядывается, становится ей неинтересно и прочее подобное. И, для начала, стала она сотрудничать с разумными в плане… валюты. То есть, у нас сидел банк и эмитент всех гривен Конфедерации, блин! Её стала «занятна игра», а ряд сильных магов Конфедерации удоволетворились её словом. И правильно сделали, нужно отметить. И гривны не были подвержены дефляциям-инфляциям, не подделывались, и вообще, у людеё насчёт денег головы не болели. Только как их заработать, хех.
Далее — проект с дырой до центра земли. Сама Малахитница ниже определённой границы не бывала: «там свои хозяева», но любопытно ей было, так что помогла. И вообще, периодически выходила на связь с некоторыми магами-учёными-руководителями Конфедерации.