Испорченный... Книга 2 (СИ)
Они разорвали его при прошлой встрече.
— Опаздываешь, — Вавилон посмотрел на него мрачным взглядом. Как на мусор.
— Можешь написать на меня жалобу, а потом засунуть ее себе в глотку. Хочешь, помогу, уебок? — Помпей отшвырнул окурок к его ногам. Для него как раз Вавилон являлся мусором.
Воздух пропитался ядом. Чем-то пресекающим. Жаждой убить друг друга. Ощутить на руках кровь врага, которая заставляла по-животному оскалиться.
— Себе помоги, психически больной ублюдок, — Вавилон положил ладони в карманы брюк. Он был одет в классику. Громоздкий. Безупречный, если не считать шрамов, уродующих лицо. — Понимаешь ли ты зачем эта встреча?
— Город, — Помпей ответил с пренебрежением, скрестив руки на груди. Все еще обнаженной. В отличие от Вавилона он выглядел неаккуратно. На его светлых волосах кое-где еще была запекшаяся кровь и пыль, но даже так они не потускнели. Даже воплощая собой безумие и разрушение, Помпей оставался идеальным. — У нас нет других причин разговаривать.
Вавилон кивнул. Еле заметно. С презрением.
— Империя оставил нам этот город, и я за него в ответе. Если в твоем воспаленном сознании осталась хотя бы одна здравая мысль и ты тоже чувствуешь ответственность, ты до утра оставишь город и свалишь куда-нибудь подальше. Желательно нахуй.
Возникла тишина во время которой Помпей улыбнулся. Издал несколько леденящих душу смешков.
— Неужели? Какое интересное предложение. Только воняет страхом. Твоим.
— Это не предложение. Предупреждение. Первое и последнее. Ты больше не являешься моим врагом. Я тебя теперь и человеком не считаю. Скорее ошибкой. Одной сплошной проблемой, которая не имеет права на существование. Как и вся твоя стая.
Помпей опять приподнял уголки губ. Но даже от этого веяло чем-то жутким. Он словно давно переступил через какую-то грань, за темнотой которой его личность распадалась на части.
— Как поживает Нуб?
Один вопрос и Вавилон оскалился. Странно, но нечто животное внутри него ожило агрессией по отношению к Помпею, просто за то, что он произнес имя мальчишки. Несдержанной. Сразу меняющей взгляд альфы.
— Уже знаешь, что он у меня? — Вавилон ненадолго закрыл глаза, возвращая себе прежнее хладнокровие.
— Конечно. Как я могу не знать, что происходит в жизни моего брата? Я же пиздец, как скучаю по нему, — Помпей тоже изменился. На зрачки легла черная пелена, а радужки стали желтыми. Он бросил на капот машины Вавилона коробочку. — Будь добр, передай этой крысе подарок от меня.
Вавилон поддел крышку коробочки. Открыл ее и увидел окровавленные пальцы. Уже посиневшие. Жуткие.
— Чьи они?
— Крысеныш поймет. Это же подарок для него.
Вавилон одним движением закрыл коробочку отбросил ее на капот джипа Помпея.
— Я не буду отдавать ему это. Касательно Нуба — ты его не тронешь. Больше его никогда не увидишь. Теперь он под моим присмотром.
— Под твоим присмотром? — на губах Помпея появилась усмешка. — Ты действительно считаешь, что твой Черский особняк, как крепость?
— Откуда ты?.. — оскал Вавилона стал сильнее. Животнее.
— Знаю, что он там? Я же говорил, что интересуюсь жизнью своего брата, которого ты, какого-то хрена решил прятать, — Помпей подошел к Вавилону. — Прячь как угодно, ублюдок. Я все равно найду. Заодно передай ему, что я очень зол и не успокоюсь пока не почувствую на своих руках его мерзкую кровь. А я это сделаю. Уже завтра.
Глава 4 Напомнит
Как же я хотела сбежать. Свобода казалась слишком близкой — только протяни руку, открой окно и вали, но что-то мне подсказывало, что Вавилон вряд ли оставил дом без охраны. А выбежав на улицу с запахом омеги, я долго на свободе не протяну.
Чтобы убедиться, я осторожно подошла к окну и через жалюзи посмотрела вниз. У ворот действительно стоял какой-то лысый здоровый мужчина в косухе, и курил.
— Ублюдок. — вырвалось у меня и я отпустила пластинки жалюзи. Обхватив руками голову, я закрыла глаза. Проклятье. Как же паршиво. Мало того, что вся моя жизнь пошла под откос, так еще и тело горело так, словно по нему бежали языки пламени.
Без подавителей меня лихорадило. Бросало то в жар, то в холод и сознание сжимало. Возможно, мне было бы лучше, если бы тут так сильно не пахло Вавилоном. Его футболка на мне. Его постель. Мне хотелось лечь и завернуться в одеяло на ней. Сделать так, чтобы мой мир состоял из этого запаха и, заодно, отметить все своим.
Каждый вдох был, как глоток ада, пробуждающий мою омежью сущность, которая все сильнее и сильнее реагировала на альфу.
Разозлившись, я развернулась и одним резким движением стянула все белье на пол, скинув и подушки, и одеяло. Дышать стало немного легче. После, распахнув дверцы гардероба, принялась перебирать и срывать висевшую в нем одежду. Большая часть летела на пол, потому что она хранила запах Вавилона.
— Черт, почему все так сильно пахнет им? — прошипела я.
Внезапно за спиной я услышала звук открываемой двери и резко обернулась.
Вавилон стоял на пороге. Его появление заставило зазвенеть кончики нервов от напряжения, но, черт, я бы ни за что не выдала перед ним свой страх.
Как же, черт побери, было просто, когда я притворялась парнем. Мне было плевать на свое здоровье и возможность быть избитой до полусмерти, а теперь, глядя на этого человека, возвышающегося в темноте, как скала, я боялась каждой секунды, проведенной рядом с ним.
— Что за хрень? — спросил он, глядя на ворох одежды на полу и голую кровать.
— Я хочу чистую и новую одежду. Меня бесит твой запах.
В тот момент, когда он перевел на меня взгляд, я заметила в его глазах желтые отблески.
— Продолжаешь играть роль альфы? Омегу не может бесить запах другого альфы.
— Значит, ты настолько отстойный альфа, что меня твой бесит. — я раздраженно сорвала очередную партию одежды с вешалок и швырнула вниз. Мне уже не просто было тяжело дышать. Я задыхалась, а тело уже не просто горело. Оно пылало.
В следующий момент я ощутила давящее, тяжелое присутствие за спиной, а потом альфа, оказавшийся рядом, перехватил мою руку за запястье.
Я застыла, чувствуя, как дрожь пробегает по позвоночнику. Пальцы, сжимающие запястье, давили слишком сильно, но Вавилон не выглядел напряженным.
— Раздевайся.
— А? — я замерла, затаив очередной, тяжелый вдох.
— Бесит мой запах — снимай мою одежду. Тебе станет легче. Мне тоже, когда выебу тебя.
— Ты этого не сделаешь, — я слишком резко качнула головой. Так, что даже перед глазами потемнело. — Не посмеешь.
— Я тебе сказал — скрой запах, иначе выебу.
Я разомкнула губы желая сказать, что находиться в месте, где так сильно пахло им, для меня пытка, но так ничего и не сказала.
— И, может, напомнить тебе твои пожелания? — он говорил медленно и расслабленно, но в каждом его слове звучала неприкрытая угроза и насмешка. Власть над ситуацией. — Ты предлагала мне потрахаться, чтобы снять метку. Хорошо. Давай. Сразу несколько проблем решим.
— Черт побери. — шикнула я, пытаясь выдернуть руку, но куда там. — Я говорил это, когда ты считал меня альфой. А что, у тебя встал при мысли поиметь парня? С чего ты сейчас это вспомнил?
— Блядь. — на лице Вавилона появился оскал. — Ты сейчас ходишь по тонкой грани.
Свободной ладонью сжав мои волосы, он обнажил мою шею и наклонился к ней, медленно вдыхая запах. Я чувствовала отголоски его дыхания, врезающегося в кожу. Когда он оказался в миллиметре от моих губ, то наши взгляды пересеклись и мое тело тут же охватила слабость. В глазах Вавилона было что-то темное, глубокое и яростное.
— Я каждое твое слово запомнил, омега. — произнес он, и я ощутила искры напряжения, проскочившие между миллиметрами, разделяющими нашу кожу. — И за каждое заставлю ответить. На нас есть метки, а, значит, следующий гон я проведу именно с тобой. Ты же сама этого хотела. Верно?
Глава 5 Признаю
— Нет, не хотел, — я отрицательно качнула головой, еле произнося предательски прерывистые слова. Проклятье, из-за запаха альфы я не могла нормально дышать. Он пробирался в сознание. Против воли дурманил хуже самого крепкого алкоголя и на мыслях оставлял трещины.