Н 8 (СИ)
По эстакаде над тестовой площадкой, окружающей ангар, через шестой терминал мы въехали внутрь. Таксист остановился и сказал, поглаживая руль:
— Я целый день потратил, ласточку свою выбирая. Ты таксовать? Родители денег на тачку дали?
— Да нет, — ответил я, потянувшись к ручке, — заработал.
Водитель промолчал, все сказали его круглые глаза: «Как? Как можно заработать на тачку в столь юном возрасте⁈ Покажите мне это место, я тоже так хочу!»
В ангаре, освещенном фонарями, было холодно, почти как на улице. На всей площади рядами выстроились машины. Кажется, это «Москвичи». Ага, они. Вот малолитражки, различающиеся только цветом. Дальше — седаны. За ними — хетчбеки. Паркетники. Внедорожники. Весь модельный ряд выстроился в линию — конца и края не видно. Между машин ходил мужчина в черной куртке, его сопровождал консультант в оранжевом комбинезоне.
Другой ряд — тоже «Москвичи». И следующий — они же. За ними начиналась продукция Запорожского автозавода. Вот как-то не поворачивался язык назвать запорожцами этих ласточек. Они брали эстетикой, было много автомобилей футуристического дизайна типа «Крайслера Пи-Ти». Возле ярко-красного кабриолета скучала женщина лет сорока, одетая в оранжевый комбинезон.
Во мне она клиента не видела и смотрела сквозь меня. Я подошел к ней, прочел имя на бейдже.
— Здравствуйте, Татьяна. Не могли бы вы помочь мне с выбором автомобиля?
Она глянула на меня снизу вверх, сверху вниз и сказала со скепсисом:
— Залог пятьсот рублей. Если ничего не выберете, деньги остаются салону. Так что покататься не получится.
Н-да, клиентоориентированность на уровне. Самое забавное, ее слова зацепили, в душе вскипело негодование, так и подмывало ей рассказать и доказать, что я не тварь дрожащая, а право имею, но я сам себя осадил. Не стоит тратить на нее ресурс, лучше поискать кого подружелюбнее. Я заприметил парня лет двадцати пяти, с бритыми висками и светлой косой челкой, закрывающей левый глаз, помахал ему. Он тотчас на меня спикировал. При ближайшем рассмотрении оказалось, что у него протез, полностью имитирующий глаз, даже яблоко немного двигалось, но ширина зрачка не менялась.
— Добрый день, Влад. Присматриваю себе машинку. Деньги есть, оплата сразу, не в рассрочку, — сказал я погромче, чтобы теть Таня услышала.
Взглянув с недоверием, она демонстративно отвернулась.
— Бюджет? Класс? Модель?
— До двухсот тысяч. Модель… А давайте посмотрим, на что глаз ляжет, то и возьму. Вот, например, «Зазики». — Взгляд упал на оранжевый каплеобразный паркетник. Или хетчбек? В общем, что-то среднее.
Бродить до вечера я тут не собирался, у меня в два часа встреча с Семеркой. Что касается автомобиля, на нем все равно Рина будет ездить чаще, потому что мы с командой вечно в других городах, а девушки не очень любят большие машины, на них парковаться неудобно.
— Давайте-ка вон ту посмотрим.
Я направился к приглянувшемуся автомобилю. Хотелось, конечно, побродить, повыбирать, посидеть в разных салонах, но, во-первых, время поджимало, во-вторых, я не собирался тратить много денег, потому что был убежден: машина нужна для определенных целей, а не чтобы колотить понты и превзойти Жеку. Ну, или Игната с его ослепительно-белым внедорожником, на котором он не ездил, когда наступили трудные времена.
Я остановился напротив приглянувшегося автомобиля, заглянул в его раскосые фары.
— «Заз-23–03». Преселективный «робот» с двумя сцеплениями и автоматическим переключением передач. Бензиновый двигатель 1.4 литра, 125 лошадиных сил. Салон — кожзам. — Влад открыл дверцу с водительской стороны, поднял капот, обошел машину.
— Багажник открывается, если нажать на верхнюю часть эмблемы.
«Как у 'Фольца», — подумал я, надавливая на знак в форме трапеции.
Дверца плавно поднялась.
— Небольшой, да. Это компактный городской автомобиль. Но задние сиденья складываются, и можно перевозить габаритные грузы. Например, стиральная машинка нормально влезает.
— Мне для города и нужен.
Хотелось бы, конечно, попутешествовать, по буеракам покататься, но в обозримом будущем это вряд ли получится, учитывая мой график.
Я уселся за руль, провел рукой по торпеде. Если сравнивать с пластиком той же «Весты», то это просто космос. Даже монитор над магнитолой есть! Видя, что он меня заинтересовал, Влад сказал виновато:
— Это встроенный навигатор. Мониторы на заднее сиденье покупаются отдельно.
— Несущественно, — отмахнулся я.
— Имеется датчик дождя, контроллер скорости.
Вероятно, он имел в виду круиз-контроль.
— Неплохо, — оценил я. — Цена вопроса?
— Сто восемьдесят шесть тысяч. Три года гарантийного обслуживания.
— Давайте прокатимся! — Я повернул ключ в замке зажигания.
Влад закрыл багажник, захлопнул капот и уселся рядом. Когда он закрыл дверцу, я прислушался к двигателю: он не рычал, а едва слышно шелестел. На улице, когда все вокруг шумит, наверное, и не услышишь его.
Машина плавно тронулась, покатила к выезду. Руль мягкий, идет авто тоже мягко. Чудо просто! В прошлой жизни я не был избалован комфортными автомобилями, знал, что они мне не по карману, а если брать старье, разорюсь на ремонте, потому даже не мечтал о них. В этой не успел привыкнуть, слишком быстро продал подаренный автомобиль.
Так что этот «зазик» показался мне если не идеальным, то близким к тому. Сделав несколько кругов вокруг ангара, я заехал внутрь, припарковался и сказал:
— Беру.
Видимо, Влад думал, что я ему съем мозг чайной ложкой, пока выберу машину, потому просиял, кивнул, откинул падающую на глаза челку.
— Пройдемте в кабинет, оформим документы. Это займет не более получаса.
Он вылез из машины, я вытащил ключи, положил в карман по старой привычке, и мы направились в офис. По пути Влад, боясь, что я передумаю, рассказывал о сигнализации, отложенном старте, о преимуществах компактного автомобиля, которому всегда есть где припарковаться, и радиус разворота маленький, а яркий цвет привлекает внимание, из-за чего такие машины реже попадают в аварии.
Я сосредоточился на желаниях Влада: он с одинаковой интенсивностью хотел две вещи — чтобы я не передумал, и узнать, откуда у меня деньги в столь юном возрасте.
Вот же какие люди любопытные! Футбол смотреть надо… Хотя, может, он и смотрит, да не запомнил меня из-за плохого зрения.
Офис, довольно большое модульное сооружение внутри ангара, находился посередине между въездами, то есть терминалами. Створки дверей перед нами распахнулись автоматически. В просторном холле у стены находилась стойка с администратором, а напротив — рядок дверей.
Мы вошли в кабинет номер пять. Влад остался стоять, я уселся за стол напротив молодой брюнетки, похожей на Натали Портман в юности, протянул паспорт и водительское удостоверение, а консультант сказал, что и на каких условиях я собираюсь покупать. Через полчаса все было готово, включая страховку.
Я просмотрел договор купли-продажи, расписался, и девушка проинструктировала:
— В течение десяти рабочих дней вы должны поставить машину на учет в отделении ГАИ по месту прописки. Машину можете забирать. Договор дает вам право перемещаться на автомобиле.
Поблагодарив сотрудницу, я в сопровождении Влада прошел к авто, получил второй комплект ключей и выехал, как белый человек, наслаждаясь комфортом и радуясь, что могут же наши, когда захотят! Вполне приличная машина. Думал ли я когда-нибудь, что буду радоваться «Запорожцу»?
До встречи с Семеркой было два с половиной часа, потому я решил немного привыкнуть к машине, поехал в сторону Балашихи и понял, что к хорошему привыкают быстро, а если быть точным — мгновенно, пусть рука по старой памяти и тянулась к рычагу переключения передач.
В центр города я на машине ехать не стал, полагая, что в этой Москве там тоже негде припарковаться, оставил ее на парковке возле продмага недалеко от Щелковской, и на место прибыл на метро. Проспект Калинина… К чему угодно привыкну: к себяшкам, милиции, но что Новый Арбат — проспект Калинина, никогда.