Я – Ведьма!
Но больше всего внимания я уделила умывальнику с не до конца закрытого крана которого, медленно капала одна капля за другой.
«Вода!» – тут же подумала я и ощутила сильную жажду.
Первая попытка встать с кровати, по уже сложившейся традиции завершилась неудачей. Одеяло-то я откинула легко, но вот попытка поставить ноги на пол оказалась ещё большим испытанием, чем приподнимание на локтях. Голова кружилась, меня мутило и еда грозилась вырваться наружу, слабое тело болело, а ноги были какими-то особенно ватными. Спустя некоторое время я всё же сумела принять вертикальное положение, коснулась голыми ступнями холодного пола и пару минут сидела так, привыкая к такой стойке и борясь с волнами подступающей тошноты.
Наконец, собравшись с силами я, держась за тумбочку и стену, начинаю идти вперёд. Медленно, шаг за шагом, приближаясь к своей цели.
В другой ситуации я бы, наверное, осталась лежать на кровати. Пробовала бы вызвать дежурную сестру. Жалела бы себя и ждала утра. Но сейчас всё было по-другому. Я была одна, мне не на кого было опереться, да и жажда была столь сильна, что просто невозможно её терпеть.
«Это ещё хорошо, что кровать располагается рядом с умывальником, в иной ситуации поход сюда мог запросто превратиться в непреодолимую полосу препятствий» – думала я, медленно поворачивая доисторический кран.
Вода появилась тут же и я, повинуясь инстинктам, опустила корпус вниз, чтобы тут же припасть к живительной влаге. Благо мозги всё же сохранились и мне удалось напиться, не дотронувшись губами до гусака.
«Мало того, что он грязный, так ещё и Верка могла здесь пить воду до меня».
Ещё только что у меня во рту было сухо и мерзко. На языке ощущался гадкий привкус желчи и лекарств. Ноги не желали идти. Сейчас же я словно почувствовала прилив сил. Даже тошнота прошла. Правда, благодаря этому, я заметила, что умывальник у нас чёрный и ржавый, плитка вокруг него частично отвалилась, а в месте примыкания к стене поселилась зелёная плесень.
«Брр. И это больница? – содрогнулась я, а затем, наконец решившись, подняла взгляд на небольшое замызганное зеркало. Нужно было посмотреть, во что же превратилось моё лицо и понять, что со всем этим делать.
Увиденное заставило сердце испуганно замереть, а задрожавшие губы прошептать.
– Нет. Этого не может быть…
Глава 2
Из обшарпанного зеркала на меня смотрело не привычное лицо симпатичной молодой женщины, а персонаж какого-то фильма ужасов.
Верхняя часть головы была неряшливо, но туго перемотана бинтом, из-под которого неопрятными сосульками выглядывали грязные слипшиеся волосы. Лицо горизонтально разделял на две части фиксатор, скрывающий распухший нос со вставленным в ноздри перевязочным материалом. Что ещё хуже, правая сторона лица представляла собой огромную безобразную рану из нескольких частично покрытых коричневыми корками уродливых гематом. Под вторым глазом, белая склера которого теперь стала красной, разместился ужасающего вида желто-фиолетово-коричневый синяк, спустившийся почти на половину щёки. Место губ занимали два опухших окровавленный пельменя. На шее, там, где её не прикрывала затрапезного вида майка, обнаружились синие следы чьих-то пятернёй, словно меня, кроме всего прочего, кто-то долго и вдумчиво душил.
– Эт-то все-го ли-шь со-н. Галлю-цина-ции. Послед-ст-вия уда-ра – перечисляла я варианты дрожащим, чужим голосом и машинально сжала руки в кулаки, на что несколько пальцев тут же отреагировали неприятной болью.
Я машинально опустила взгляд на трясущиеся словно в припадке конечности и с ужасом обнаружила пропажу.
«Кольцо! Где моё обручальное кольцо! – думала я, вертя ладонь правой руки из стороны в сторону, словно надеялась, что оно чудесным образом вернётся на палец – Что же я Серёже скажу?!
На моих глазах вновь выступили слёзы, я машинально подошла к кровати и в какой-то прострации села на неё.
Из-за охватившего меня страха я некоторое время не могла думать вообще ни о чём. А затем в голове словно по щелчку появилось ощущение какой-то неправильности.
– Не так – тихо прошептала и вновь обратила внимание на свои ладони – Что-то здесь не так, Оля. Думай. Думай!
«Старая, убогая палата где-то у чёрта на куличках. Ужасное физическое состояние, свидетельствующее скорее об избиении, чем о банальном падении – начала размышлять я, смотря на кисть – Отсутствие обручального кольца. Забинтованные указательный и средний пальцы левой руки. Обе ладони частично стёсаны, кожа обветренная и сухая. Ногти – на этот нюанс я обратила более пристальное внимание – короткие, чёрные, обломанные, и неухоженные. Без следов не то, что маникюра, а хотя бы просто элементарного ухода. Ужас! Какая мерзкая кутикула! Фу, а тут что? Заусенец?! Ненавижу их! Заденешь и кровищи будет…»
Я нервно хохотнула.
«Оля, у тебя лицо превратилось в кровавое месиво, всё тело в синяках и неприятных ранах, а ты из-за какого-то заусенца переживаешь?! Это же чушь! Что тут нахрен вообще происходит?! – опустив подрагивающие ладони на кровать, я поражённо произнесла.
– Так ведь это же не мои руки! У меня просто физически не может быть таких ужасных рук!
Как ни старалась, но разумного объяснения наличия у меня столь отвратительных конечностей не нашла. Его просто не было. В голове роились какие-то безумные идеи относительно: крайне реалистичного сна, которые тут же разбивались неприятными болевыми ощущениями во всём теле; переселения душ или перемещения во времени; пересадки мне кем-то чужих и страшных рук; бесчеловечным экспериментом инопланетян.
«Нет, ну последнее вообще чушь собачья – здраво рассудила я – Что высокотехнологической развитой расе может понадобиться от недавней ничем не примечательной домохозяйки? Зачем им вообще меня похищать? Чтобы на практике показать, как живут женщины с плохим маникюром? Но бред же полный!»
В голову ничего толкового не приходило, поэтому я, поморщившись от боли в рёбрах, машинально встала, и начала медленно ходить взад-вперёд, размышляя над сложившейся ситуацией.
Дощатый пол неприятно холодил голые ступни, поэтому я чуть нагнула голову и посмотрела под кровать. Затылок тут же прострелил болью и я поспешила вернуть прежнее положение, благо то, что мне нужно, я уже увидела. Точнее, убедилась в отсутствии.
«Тапочек здесь у меня тоже нет. А что вообще есть?»
Осмотр, ничего кроме серых трусиков-бикини и застиранной чёрной майки с принтом какой-то зарубежной рок-группы, не обнаружил. Ни возле кровати, ни в сиротливо стоящей тумбочке ничего не обнаружилось.
– Ну, хоть не голая и на этом спасибо – ёрническим тоном, но почему-то шёпотом поблагодарила я неизвестные силы и поняла, что ничуть не расстроилась из-за отсутствия одежды.
«Наверное, после лицезрения столь ужасного маникюра, моя стрессоустойчивость значительно увеличилась» – пронеслось в голове.
Попытка приободрить себя в этой странной, пугающей и непонятной ситуации провалилась, но и что делать дальше, я тоже не понимала. Не придумав ничего лучше, решила вновь посмотреться в зеркало. Почему-то показалось, что это крайне важно.
«Брр, что за волосы – содрогнулась я от лицезрения мерзких сосулек на голове – Только не говорите, что всё это время неприятный запах пота, немытого тела и грязных волос исходил от меня? Ну пожалуйста!»
Меня всю перетрясло от омерзения, а следующая мысль заставила замереть и внимательнее всмотреться в зеркало.
«Что?! Почему у меня чёрные волосы?! Я же всегда была русой! Что происходит? Их тоже инопланетяне перекрасили? Или пересадили? – недоумённо подумала я, а затем шокировано, не обращая внимания на боль в рёбрах, подняла майку и осмотрела низ живота. То место, где у меня должен был находиться небольшой шрам после операции по удалению аппендицита. Должен был! Но его не было! Как и моих честно отработанных в тренажёрном зале кубиков пресса!
Я с надеждой положила руки на тощую девичью попу, где ещё недавно находились накаченные ягодицы и поражённо замерла. В голове словно бомба взорвалась, в ушах появился неприятный звон и накатила слабость, из-за которой я покачнулась и едва не упала. Благо успела ухватиться сначала за скрипнувшую тумбочку, а затем и за кровать, на которую я машинально залезла и накрылась одеялом.