Бесконечное лето (СИ)
— Ну а фиг ли он, — снова плюю туда же, — пойдём разбираться.
Мыш пробормотал что-то. Вроде цензурное, но я не расслышал. Я уже внимательно осматривал стенки незапланированной природой ямы. Ямищи. Дырени.
— Ждала меня из армии, говоришь? — ору в яму и сам смеюсь своему остроумию.
Что с мыша взять, у него культурный код иной, шутки не понял, а посему и не смеётся. И фиг с ним. А мне самого себя подбодрить надо перед самоубийственной авантюрой…
— Так, Валёк, — уже спустившись на дно и разглядывая тоннель, ведущий неведомо куда, догадываюсь наконец выяснить, — откуда ты знал, что вот-вот начнётся?
— А у них, Арс, — в процессе спуска мы уговорились обращаться друг к другу по-простому, — чутьё на всякие волшебные вещи. И таскают их к себе зачем-то. А я как-то неправильно посчитал, во сколько тролль до избы должен был добраться.
— Ладно, пойдём этому троллю морду бить. Он не должен далеко уйти.
Фонарик на максимум, патроны все извлёк, вместо картечи пулевыми зарядил. Ну, нечисть поганая, берегись! Быстрым шагом иду по тоннелю, ощущая всё сильнее нарастающее зловоние. Догоняем вора, отлично!
— Пошёл прочь, — издалека гремит тот же бас. — Прочь, я сказал!
— Избушку верни на место, отрыжка шайтана! — ору в ответ, переходя на бег. — Верни, и, клянусь жизнью, останешься цел.
Вот впереди показываются очертания… э-э-э… ну, бесформенная биомасса на коротких ножках. С короткими ручками. А каменюки кидает, несмотря на это — будь здоров! Спасибо мышу за волшебный щит, булыжник просто раскалывается в метре от меня о невидимый барьер. Сокращаю дистанцию, слепя неприятеля полутысячей люменов, ловим щитом ещё пару камней.
— Арс, — бормочет мой напарник сквозь стиснутые зубы, — кардан тебе в гузно, ещё пара камней, и я щит не смогу держать, стреляй быстрее!
Ну надо же, я местным лексикон разнообразить уже умудрился! В предупреждении, впрочем, нет смысла — тролль, ослеплённый ярким светом и раздосадованный неэффективностью своих снарядов, пытается развернуться и дать дёру. Не успевает — экспансивная пуля двенадцатого калибра превращает то, что было головой, переходящей в тело, похоже, минуя шею… да ни во что не превращает. Так, порвало. Как был бесформенный кусок неприятной субстанции, так и остался, только с дыренью. Ага, вот так просто оказалось, до сих пор немного, знаете ли, досадно. Врага, конечно, положено уничтожать быстро и эффективно, но тут охотничий азарт, помноженный на романтичную атмосферу волшебного мира, понимаете ли. Эпичности подсознание уже требовало, а тут…
— А куда он избушку-то дел? Брёвен я на всём пути не видел.
— У него волшебная сума должна быть, как мне рассказывали. Может, в складках жира?
Замечаю, что одна кисть мёртвой твари сжата в кулак. С трудом разгибаю один палец, сажусь наземь, пытаясь передохнуть, затем плюю на труп и достаю топор. Ну и что, что заляпался в крови, зато быстро и не тяжко. И правда — в кулаке тролль сжимал какой-то мешок небольшого размера. И не особо тяжёлый даже. Я его в рюкзак закинул. Не буду здесь открывать, сначала выберемся. А то что-то мне не улыбается ставить избу посреди тоннеля…
— Ну что, Валёк, — я снимаю с пояса флягу, — отметим победу?
— А давай, — соглашается наследный мыш.
Наливаю ему в латунную гильзу, невесть как и очень кстати завалявшуюся в рюкзаке. Чокаемся, выпиваем. Хорошо жить. Давайте, кстати, и мы с вами выпьем. И вообще на улицу сходим развеяться. А то история впереди долгая, и тролль оказался лишь первым и самым незначительным моим испытанием.
Я не Джон Константин, но…
А не пора ли озадачиться шашлыком? Вот, дрова уже почти прогорели. Тащите мясо, сейчас будем ставить… В смысле, не на шампурах?! Ладно, сам виноват, из-за меня вы уши развесили. Тащите мясо и шампуры. А я, так и быть, нанизывать буду. Спасибо. Так вот, на чём я остановился? Ах, да.
Рано мы обрадовались, как оказалось. Едва я повесил флягу на пояс, как в тоннеле раздался отдалённый рык, донесённый до нас эхом.
— Что, ещё один? — угрюмо поинтересовался я, закинув рюкзак на плечи.
Мыш, возвращённый на своё место у левого уха, ответил:
— Если не что-то хуже.
Я, недолго думая, приказал напарнику смотреть назад, а сам, развернувшись, резво припустил к колодцу, по которому мы спустились. Ввязываться в бой не хотелось. Патроны стоило приберечь для более важных целей, чем какие-то подземные воришки артефактов, а если уж тут оказался второй тролль, то какие гарантии, что не объявится и ещё один… десяток. И почему я попал сюда с охоты, а не с войны?! Ощутил вдруг острую потребность в автомате с несколькими сотнями патронов и хотя бы в пяти гранатах. А, ну да, какая война, я же два года как на «гражданке». Ладно, отставить мечты о несбыточном, живы будем — не помрём. Ну, как, собственно, вы и видите. Да не, не дух бесплотный, отвечаю. Можете даже потрогать. Нет, в бок тыкать не надо — я щекотки боюсь. Шампуром сейчас отвечу! То-то же.
И завалящей дымовухи нет — ну зачем мне дымовые шашки на охоте. Из охотничьего домика насекомых изгнать можно, просто дымоход закрыв. И даже фаера нет. Я с собой на такие выезды только фонарик, хисы и светоотражающий жилет укладываю. Фаер только место занимает, а обозначить себя в случае, если заблудился, можно и вышеперечисленным. Да и сгорает он, на мой взгляд, как-то быстро. Так, стоп, а нафига всё это, если…
— Валёк, — вспомнив, что у меня на плече, вообще-то, целый колдун сидит, обращаюсь к напарнику, — бахни огненным шаром, как увидишь кого!
— Хорошо, Арс, сделаю.
Добежали. Собираюсь уже ухватиться за удобный выступ, как вдруг позади меня очень резко потеплело, и что-то загудело. Оборачиваюсь и вижу — в тоннель летит заказанное, через мгновение взрываясь об кого-то. И этот кто-то, дика воя, начинает кататься по полу, объятый пламенем.
— Арс, — внезапно севшим голосом говорит пятый своего имени, — это не тролли.
— А кто? — вскидывая помповик, интересуюсь я.
— Будем считать, что демоны.
— Ма-а-ать-перемать, — присвистнув, комментирую ответ. — Ладно, определением видовой принадлежности займёмся потом, а пока…
Быстро отстреливаю в приближающиеся антропоморфные фигуры с неестественно длинными когтистыми руками оставшиеся четыре патрона. Один падает, издавая леденящий душу вой, словил, видимо, две пули. Ещё один коротко взвывает и отшатывается. Третий успевает припасть к земле, подняться и тут же уклониться от пущенного мышом огненного шара. Быстро набиваю магазин, патрон в патронник, ещё один в магазин. Быстро надвигаются на нас, да и учатся, гады, не менее быстро — из стороны в сторону бросаются. Целиться сложнее, за серию из пяти выстрелов только добиваю подранка и слегка цепляю самого ловкого. Всё же стоило бить картечью. Чёртов тролль, чтоб тебе провалиться. Ну да, и так низко, так ты ещё ниже сгинь, гад, из-за тебя сейчас пулями работаю. Понимаю, что зарядить уже не успею, отбрасываю ружьё в сторону и достаю топор.
— Щит вплотную ко мне! — отдаю мышу распоряжение и, получив подтверждение в виде скрежета когтей по магическому барьеру в нескольких сантиметрах от в последний момент выставленного перед лицом топора, бросаюсь вперёд, стараясь прижать тварь к стенке.
Ну что, переворачивать не пора ли? О, отлично, самый смак. Дурной ассоциативный ряд, извините. Про шашлык-то я почему вспомнил, тварь напирала, и вот мы оба друг друга подвинуть не можем, ну мыш, молодец, огоньком ей в грудину засветил. Жареным запахло, гы-гы-гы. Простите. Ну так вот, мыш её огнём, та дико взвывает, и тут-то я её фискарём по черепушке прикладываю. Обухом, разумеется, вы сами лезвием, даже уголком, попробуйте кого-то в лобную кость, не пробьёте. Так, никаких проверок, я же пошутил! И тут-то из твари дух и выходит. Оглушил её, похоже, череп-то почти не хрустнул. На всякий случай быстренько отделяю ей голову от тела, и только разгибаюсь, как перед лицом когти. Эта погасла, которую мыш первой поджёг, выть перестала и подкралась, зараза. Второй удар отвожу в сторону топором, ногой отовариваю прямым в живот, закрепляю успех натиском. Руку, или, вернее, лапу, почти отрубил у самого плеча, ещё один прямой в живот. Перехватываю топор и обухом в лоб, безо всяких затей.