Бесконечное лето (СИ)
— Подожди, добрый человек, возьми меня с собой!
В белом свете фонарика кроме давешнего мыша никого. А тот на задних лапках стоит и натурально передними над головой машет, словно внимание моё привлечь хочет. Одну из двух: либо у меня крыша едет, либо…
— Возьми, — тем же самым голосом вещает мыш, — один сгинешь.
Хмыкнув, опускаюсь на одно колено и протягиваю мышу ладонь. Тот, взобравшись, продолжает:
— Я был когда-то человеком, да не простым — отец мой, могучий король-волшебник, правил королевством. Но беда пришла год назад. Огнём и мечом прошлась по нашим землям злая восточная колдунья. Людей её войско побило без счёту, города волшебным пламенем пожгло, а бедного отца моего она сковала цепями и в темницу заточила. Сам я мышкой обернулся, так и спасся — не нашла она…
— Так, — я, поднявшись, прерываю обрушившийся на меня поток словоблудия, — ваше высочество, простите, что перебиваю, но это вы избушку вот в это безобразие превратили?
— А, кхм… — наследный мыш, как я его окрестил для себя, смутился и пробормотал. — Ну, откровенно говоря, да, силу и доброту в тебе почувствовал, вот и…
Вздыхаю и продолжаю спрашивать:
— То есть, я вот прямо сейчас должен пойти и набить морду какой-то колдунье? Колдунье, у которой, как вы изволили сказать, есть целое войско, которому хватало сил разорить королевство, устроить геноцид местного населения и, самое, прошу заметить, важное, пленить могущественного волшебника? Я ничего не упустил?
Мой собеседник, не то сбитый с толку словом «геноцид», не то просто сопоставивший все вводные, в ответ лишь бормочет:
— Ну, как морду… убить и предать огню… да и я колдовать умею… и сила же…
— Ладно, ваше высочество, не кручиньтесь, — успокаиваю я незадачливого королевского отпрыска, — обязательно что-нибудь придумаем. А пока — вперёд. И, первым делом, скажите, какой у нас план.
Усаживаю мыша на плечо и иду по длинному коридору. За проведённое в пути время выясняю, что нам необходимо тайком пробраться во дворец, в библиотеке которого скрыт некий древний магический фолиант, из которого виновник моего «попадалова» должен… вы готовы?.. узнать заклинание, которое превратит его обратно в человека. Да-да, первым делом именно это. Вот такой вот маг-недоучка. Впрочем, раз уж у него батюшка не затруднял себя проблемой воспитания отпрыска, не удивлён, каюсь, нехорошо злорадствовать, что тамошнее королевство вообще оказалось завоёвано. Раздолбай на раздолбае, подданные ведь, как известно, берут пример с монарха. Сперва ближайшее окружение, а за ним по нисходящей до самого распоследнего холопа. Да. Но что-то отвлёкся, простите. Стакан подайте, сейчас продолжу…
А следующим траншем, само собой, грохнуть колдунью. Не представляю, как это мы будем делать, если не представляю даже процесс инфильтрации во дворец, но наследный мыш обещал провести каким-то тайным ходом. До которого сперва надо добраться, не попав на глаза прислужникам новой королевы. Что? Да кто ж знает, легитимной, или нелегитимной, я в такие тонкости не лез, не люблю политику… Ха, умора!.. Нет, об этом позднее. Не все любят спойлеры. Так что давайте по порядку…
Итак, выбрались мы из этого коридора, тут же фонарь я и погасил. В темноте хорошо вижу, а уж когда кроме звёзд на небе луна, так вообще прекрасно. А прохладно у них, похолоднее, чем у нас. Вот так вот и осознал себя попаданцем. Сразу, видимо, и в пространстве, и во времени. Мне от такого холода на ум пришёл малый ледниковый период, который любят упоминать писатели про этих самых попаданцев, выпавший на конец Средневековья. Да нашего, нашего. Говорю же, аналогии, параллели, все дела, не отвлекай. Перед глазами поляна, трава по пояс и выше, в траве разноцветные огоньки там и тут. Как мыш пояснил, светлячки у них такие. В ассортименте, у нас я такой цветовой гаммы не видел. Созвездий знакомых на небе нет, да и луна тамошняя с каким-то мертвенно-бледным оттенком. И очертания морей и кратеров на ней опять же незнакомые.
А впереди густой лес. В этот лес мы и направились. Сосны да ёлки — мне не обхватить. В лесу искусственный свет вернуть пришлось, тогда ещё и разглядел, что хвоя на деревьях рыже-золотистая, а кора — с медным отливом. А по кустам какая-то живность шмыгает. Одного зверя разглядел — на барсука похож, только массивнее и без полосок. Укоризненно так на меня посмотрел, мол, фиг ли ты тут своим фонариком водишь, чудак-человек, да в заросли вальяжно ушёл. Наследничек мне местное название сообщил, а я и не запомнил, простите, что-то на упячку похожее. И вот эта самая упячка, как мой спутник мне сказал, никого не боится, а все её стороной обходят — уж больно дикая. Любоваться красотами особо долго не получилось, мыш всё торопил. Надо, мол, дойти быстрее, пока не началось. А в сочетании с этими словами, пребыванием в каком-то незнакомом мире и глазами, пырившими на меня из некоторых кустов, звучало это довольно зловеще.
Добрёл я, стало быть, по подсказкам спутника, до поляны, на которой стояла избушка. Охотничья, судя по всему. Мыш, сказал, в ней заночуем спокойно, типа заколдована она, след наш тут не найдут, если кто сунется. И всё настаивал побыстрее заходить внутрь и запираться, пока не началось. Пошёл, я, значит, к нашему укрытию, но буквально пары шагов не хватило — началось…
Первая кровь
Яркая молния рассекла небо прямо над головой. Грянул гром. Взвыл пронизывающий до костей ветер. Ледяной, зараза, как у «Эпидемии» в третьей части её «Рукописи». Только воинов верных рядом не оказалось, увы. Как, впрочем, и дракона, так что ситуация паршивой покамест не выглядела. Не знаю, каким чудом мыш удержался у меня на плече — дуло так, что мой без малого центнер живой массы едва не сносило. Избушка, к заветной двери которой я уже был готов протянуться, просто исчезла под землёй. Без спецэффектов, взяла и провалилась. А на её месте из-под земли вылезло нечто бесформенное и басом сказало… нет, не угадал, не антоновка, про антоновку вообще-то говорило кое-что вполне определённой формы… так вот, вылезло это и, сказав:
— Пошёл прочь, — взяло и исчезло под землёй, только провал и остался.
И тут же ветер стих, тишина, а я стою, как дурак, и эту дырень разглядываю. Разглядываю и думаю — что дальше делать, и кто в этом виноват. А тут ещё и наследничек с левого плеча не добавляет оптимизма:
— О-о-ой, плохи наши д-д… дела, как есть п-п-плохи.
— Чем же? Морды лиц и прочие лапы целы, — парирую по своей привычке стараться унывать как можно меньше. — Имущество при себе. Ну, ночевать придётся, разве что, в палатке, а то и на свежем воздухе. И вообще…
— Что вообще? — перебивает меня мыш.
— Во-первых, ваше высочество, представьтесь.
— Э-э-э… мнэ-э-э… Валентиниан-Феодосий, пятый этого имени.
— Арсений Юрьевич, — называюсь и я. — А во-вторых, Валентиниан-Феодосий, если вы целый портал между мирами соорудили, надругавшись над законами физики, может, сумеете сделать так, чтобы вот эти вот сосны, окружающие поляну, сложились в дом, в котором мы и скоротаем ночь?
— Ну-у-у, — мыш опускает голову и вздыхает. — Тут в чём дело, Арсений Юрьевич, не в ночлеге дело. Амулет, который делает носителя невидимым, в этой избушке лежал. Без него нам во дворец никак не попасть.
Ага, ну вы поняли, в главную сюжетную линию сайд-квест на поиск артефакта вклинился, экспы столько-то, голды́ столько-то, люлей и тумаков — вообще не сосчитать. Да, простите за такое отступление, что-то мне всякая лит-эрпэгейщина вспомнилась. И такое почитывал, было дело. Ну да отвлёкся, вернёмся на эту поляну. Только сначала ещё вискаря плесните. Спасибо. Продолжаю.
Выдаю витиеватую непечатную конструкцию, и в сердцах плюю прямо в провал.
— Что это такое было? — решаю поинтересоваться у спутника. — Демон?
— Нет, — наконец отойдя от лёгкого шока и перестав тянуть слова, отвечает он. — Тролль.
Странные у них тролли. Из фольклора моего мира мне нравятся больше, пожалуй.