Вы весь дрожите, Поттер (СИ)

*
В Хэллоуин весь замок по обычаю стоит на ушах, ведь студентам официально разрешено не быть в кроватях после отбоя: праздничный пир каждый год начинается в полночь. Наверное, не радостно здесь лишь мне. Сегодня годовщина смерти моих родителей.
Когда мы спускаемся в Большой зал, столы уже ломятся от разнообразных яств, а Дамблдор объявляет начало трапезы и торжественно поднимает вверх свой серебряный кубок.
Поковыряв отбивную котлету и съев пару жареных помидоров, я уныло оглядываю зал: остальные с аппетитом налегают на ароматные угощения.
Гермиона, сидящая рядом, не задает вопросов, все понимая без слов.
Подняв голову и взглянув на зачарованный потолок, усыпанный яркими звездами, я решаю удрать отсюда. Эта прекрасная ночь заслуживает того, чтобы подняться на Астрономическую башню и полюбоваться фантастически красивым небом — сейчас оно настолько ясное, что все созвездия как на ладони.
Под всеобщий гул и звяканье столовых приборов я незаметно отлучаюсь с праздника, объяснившись с Гермионой и попросив меня прикрыть. Конечно, ученикам строго запрещено подниматься на такую высоту в одиночестве, поэтому сперва я заглядываю в спальню и закутываюсь в мантию-невидимку. Теперь можно спокойно идти куда угодно — мне не страшен ни Филч, ни миссис Норрис, ни даже Пивз.
Миновав бесчисленные лестничные марши, я наконец оказываюсь у двери в башню. С первого толчка она не поддается, но со второго открывается с визгливым скрипом. Охваченный резким порывом ветра, я едва удерживаю на себе распахнувшуюся мантию-невидимку и лишь спустя несколько секунд обнаруживаю, что у огромного окна, облокотившись на перила, кто-то стоит.
Вот я идиот! Не догадался хоть одним глазком взглянуть на карту, прежде чем подниматься сюда! Но я и предположить не мог... Ведь весь замок пирует в Большом зале!
Затаившись у двери и для верности задержав дыхание, я надеюсь только на свое везение — может быть, человек не обратил внимания и мне удастся тихо улизнуть.
Но не тут-то было. Высокая фигура срывается с места и стремительно приближается ко мне. В свете его Люмоса я с ужасом узнаю хмурое лицо с черными глазами и ястребиным носом. О нет, пожалуйста, нет! Это Снейп!
Одним взмахом волшебной палочки профессор на ходу срывает с меня мантию-невидимку, и я, застанный врасплох, сжимаюсь в комок. Уже готовый пасть жертвой кровожадной расправы, я неожиданно для себя слышу, как он спокойно и насмешливо произносит:
— Какая встреча, Поттер.
Я поднимаю глаза на чуть ли не вплотную стоящего Снейпа и тут же стыдливо отвожу их. Видеть эту победоносную ухмылку так близко — просто невыносимо. Под его пристальным, обличающим взглядом я ощущаю себя, словно средневековый мученик на костре — все тело горит огнем, а деваться некуда.
— Добрый вечер, профессор. Простите, я нарушил ваше уединение.
— Потрудитесь объяснить, что вы делаете на Астрономической башне, — медовым голосом просит он и кивком указывает на серебристую ткань, лежащую на каменном полу. — В этой замечательной вещице.
Я машинально наклоняюсь за мантией, поднимаю ее и отряхиваю. Понимая, что моя отработка теперь будет продлена на неопределенный срок, а завтра предстоит объяснять своему факультету, почему в песочных часах Гриффиндора почти не осталось рубинов, я обреченно смотрю через его плечо на самую яркую звезду в черном небе. Мерцающий в ночи Сириус будто бы ободряюще подмигивает мне, и я решаю сказать абсолютную правду.
— Профессор, я знал, что нарушаю правила, и не хотел, чтобы меня увидели. Мне нужно было побыть в одиночестве и подумать о своем. Как, наверное, и вам. Еще раз извините, что помешал.
— Вам нужно было подумать о своем... Здесь? — Снейп в притворном удивлении поднимает брови и скрещивает руки на груди. — Нашей знаменитости не достаточно для этих целей пределов своей спальни? Вы особенный, и законы Хогвартса вас не касаются?
— Касаются, — рассердившись, бросаю я. — Но вы верно заметили: я и впрямь особенный. Больше ни у кого из студентов в этот день не были казнены оба родителя!
 
Снейп, на секунду застыв, прищуривается:
— У вас не получится разжалобить меня, Поттер.
— Я и не пытался. Всего лишь честно ответил на ваши вопросы, — пожимаю я плечами.
Моя невозмутимость бесит его:
— В вас столько нахальства и заносчивости. Вестимо, откуда.
— От отца, — киваю я, храбро уставившись на него. Будь что будет: эту тираду я готовил с прошлого курса, но был убежден, что никогда ее не произнесу. — Вы не единожды говорили, что я такой же высокомерный и спесивый выскочка. Но я давно хотел сообщить — это не так. За некоторые его поступки мне невероятно стыдно. И я сожалею о том, как узнал о них. Но не увидь я все своими глазами, не посмел бы разрушить тот незыблемый образ благородного рыцаря, придуманный мной в далеком детстве...
— Умолкните, Поттер! — пытается прервать мою речь взбешенный Снейп, которому я насыпал соли на рану, напомнив об унижении, подсмотренном в думоотводе. Но меня не остановить. Когда еще набраться смелости, если не в день их смерти?
— Понимаю, вам неприятно это слышать. Но если бы вы знали, сколько бессонных ночей я провел, мучаясь от стыда и за отца, и за себя! Я прошу вас о прощении. И я безумно благодарен. Я знаю, сколько раз вы спасали мне жизнь. Уверен, что отец, каким бы паршивцем он ни был в школьные годы, тоже хотел бы искренне извиниться. И поблагодарить. Как и мама! Наверное, и у нее были недостатки, просто о них я ничего не знаю. И она по-прежнему остается для меня очень хорошей, доброй...
Дрогнув, мой голос обрывается. Мерлин, куда меня понесло? В испуге от самого себя я наблюдаю за реакцией Снейпа.
Пристально глядя мне в глаза, он несколько секунд медлит, а затем выдает:
— Она такой и была. Без всяких недостатков.
— Что? — потрясенно выдыхаю я. — Вы... общались с ней?
— Мне кажется, или вы упорно пытаетесь добиться разговора по душам? — Снейп пренебрежительно вздергивает бровь и, плотнее запахнув мантию, приказывает: — Немедленно прочь с обзорной площадки. Придется сопроводить вас вниз.
— Я вполне могу дойти сам, — бормочу я.
— И тут же пуститься в приключения, будучи невидимым, — издевательски протягивает Снейп. — Сказки будете рассказывать своему декану. Живо на выход!
Оказавшись на винтовой лестнице, я начинаю спускаться, а Снейп шагает двумя ступенями позади. Когда мы наконец оказываемся на первом этаже, студенты, разморенные вкуснейшим поздним ужином, уже разбредаются в свои гостиные. Многие из них с любопытством и опаской поглядывают на нас.
Заметив зевак, Снейп принимает жутко грозный вид и заявляет напоследок:
— И чтобы духу вашего больше здесь не было, Поттер! Вон с глаз моих!
Еле сдерживая нервный смех, я разворачиваюсь по направлению к Гриффиндорской башне и натыкаюсь на Дамблдора, который, оказывается, все это время наблюдал за нами, а значит, видел в моих руках мантию-невидимку и прекрасно знает, откуда меня выпроводил Снейп.
При виде доброжелательной улыбки директора мне становится так стыдно, что я, поравнявшись с ним, быстро желаю спокойной ночи и, опустив голову, устремляюсь в гостиную своего факультета.
И только на полпути я осознаю — Снейп не снял баллы. И не продлил отработки. Он вообще никак меня не наказал.
====== Искра ======
Из-за полуночного пиршества сегодняшние занятия были перенесены на два часа, но ни Снейп, ни Филч и не думали отменить отработку или по крайней мере изменить ее время. Так что сразу после Чар мы с Гермионой наскоро перехватываем по паре копченых сосисок, залпом выпиваем по чашке чая и спешим ровно к семи кто куда: я в подземелья, а она — к кабинету завхоза.
Снейп этим вечером в нормальном расположении духа, если уместно так выразиться о его холодном, как сталь, взгляде, блуждающем по пространству в поисках того, чем теперь ему занять нас с Малфоем. В итоге, принеся из кладовой ящик с омелой, он поручает мне отделить от вечнозеленых ветвей маленькие ягодки и заполнить ими большую стеклянную тару.