Право Вызова (СИ)
— Видео удалишь?
— Нет.
— Но ты же…
— Я обещал не выкладывать видео, а не удалить его. Вдруг ты понадобишься мне ещё раз.
— Надеюсь, боги тебя покарают, — отец Максосий со злости плюнул мне под ноги.
— Уже, святой отец. Уже.
С тем мы и разошлись каждый в свою сторону. Я зашёл на первый этаж административного здания и сразу же направился к плану пожарной эвакуации. Всё оказалось просто. Даже слишком просто.
Вот я, вот кабинеты инженеров, вот какие-то подсобные помещения, вот бухгалтерия, а вот, — бинго! — серверная комната. А вот это… хммм… а вот это склад мутагена.
Так.
Мне нужен звонок другу.
— Ту-у-у-у! — прогудело в телефонной трубке. — Ту-у-у-у-у! Алло?
— Алло, Кузьмич?
— Да!
— Ну как вы там?
— Нормально, Илья Ильич! С типографией договорился, завтра этикетки будут готовы.
— Прекрасно! Слушай, я чего звоню-то на самом деле. Нам мутаген нужен?
— Мутаген? Барин, так вам же нельзя, вы же помещик…
— Джакузий Кузьмич, дорогой ты мой, я ведь не спрашиваю можно или нельзя. Я спрашиваю, нужен ли он нам? Мы его можем как-нибудь использовать?
Кузьмич задумался.
— Не пропадёт, — наконец ответил он. — У меня есть троюродный брат, который работал в этой сфере. Он поможет. Если найдем на чёрном рынке оборудование, то можем попробовать сделать из Святопроста машину для убийств. Не факт, что получится, но если получится…
— Понял тебя, Джакузий Кузьмич! Всё, давай! Любаше привет.
Я скинул звонок и бодро зашагал к хранилищу мутагена. Работники, которые встречались по дороге, не обращали на меня никакого внимания. Кивали, здоровались, но спросить: «какого хрена монах лазает по промышленному объекту?» — не догадывались.
Дверь в хранилище тоже оказалась не заперта. Похоже, у Мутантина большие проблемки с безопасностью.
Я оказался в пустом помещении с голыми бетонными стенами и тусклым светом. На полу ровными рядами стояли цистерны с заветной жижкой. Как его унести? Пф-ф-ф. Всё схвачено. Я достал из-за спины дуло своего святого керхера, выкрутил напор на максимум и по-быстрому спустил воду в уголок.
Затем я открыл одну из крайних цистерн, — вонь от мутагена шла жуткая, похоже было на запах горячего полипропилена с примесью рыбной тухлецы, — аккуратненько наклонил её и через край наполнил резервуар керхера. Не знаю, что было бы, попади жижа мне на кожу, но так благо и не узнаю. Я был собран и аккуратен, как дрессированный пёс с печенькой на носу.
Ни капли мимо.
Я закрутил цистерну, закрыл керхер, закинул его на плечи и вышел из хранилища. Настроение играло. Помимо основной цели, я выполнил ещё и побочный квест — теперь у меня за спиной булькали пятнадцать литров мутагена.
Следующая остановка — серверная…
* * *ЭТО ЖЕ САМОЕ ВРЕМЯ. БУХГАЛТЕРИЯ ВЕРФИ МУТАНТИНЫХ.
— Анечка, солнышко, это твой день! — закричала блондинка в коротком блестючем платьице и начала выливать бутылку шампанского прямиком в воронку, которая торчала изо рта той самой Анечки. — Пей-пей-пей!
— Пей-пей-пей! — подхватили все остальные.
Сегодня в бухгалтерии проходил девичник. Ну… то есть не проходил, конечно, а всего лишь стартовал. Дальше девки планировали сесть на лимузин, укатить в Тверь и устроить там тур по клубам, но всё это потом. Изначально, — в целях экономии, — было принято решения накидаться на рабочем месте.
— Пей-пей-пей! У-У-У-У-У!!! — радостно завыл десяток голосов, когда шампанское пошло у Анечки носом и та отпряла от воронки.
Девчули стильно и со вкусом накрасились. Девчули надушились. Девчули надели на себя самые вызывающие наряды, что только нашлись в их гардеробе, — куда ни глянь, взгляд в этой комнате упирался либо в декольте, либо на ножки, либо на голую спинку. Но что самое главное, девчули вошли в то самое состояние шальной императрицы — весёлое и безбашенное.
Они украсили рабочий кабинет, врубили музло и смеялись-смеялись-смеялись. Звонкий девичий смех не смолкал ни на секунду.
А ещё девочки разрешили себе курить. От дыма и разгорячённых алкоголем тел в кабинете стало нечем дышать, так что они открыли дверь. Начальство в курсе, начальство разрешило. Радость, молодость, кураж. Впереди неоновые огни ночного города и полный отрыв.
Для счастья им не хватало лишь…
— Это что, стриптизёр⁉ — закричала Анечка, когда мимо их кабинета проходил молодой паренёк в церковной рясе.
Паренёк остановился и обернулся на девушек. Он буквально замер, как олень в свете фар, а потом сглотнул подступившую слюну.
— О-о-о-о! — в разнобой заорали все. — Стриптиз! Стриптизёр! Иди сюда!
— Девчонки, блин! — засмеялась Анечка. — Ну кто додумался⁉
— Добрый день, — сказал паренёк и зашёл в офис.
* * *Глаза разбегались.
В этом мельтешении нежной плоти я не мог ухватиться ни за что конкретное; да я их, блядь, даже сосчитать не мог! Одна краше другой, а та, -другая, — ебабельней третьей, но вот выскакивает четвёртая и затмевает всех, потому что какие же у неё, мать его так, восхитительные груди! И так по кругу, бесконечно.
Чёрт, наверняка прозвучит банально, но мне всё это напомнило коробку конфет с разными вкусами — хочется попробовать все. А после того, как попробовал все, натолкать их в рот разом и отъехать в сахарную кому.
Признаюсь честно, как только я увидел эту девчачью круговерть, я начисто позабыл про серверную комнату, компромат, Мутантина и осаждённое поместье. Но ведь… но ведь я всего лишь человек! А тут такое!
— Раз-де-вай-ся! — скандировали девочки. — Раз-де-вай-ся!
Тут же на центр комнаты установили стульчик, а на стульчик усадили смущённую девушку. По всей видимости, виновницу торжества.
— Раз-де-вай-ся!
Я снял с себя керхер и прислонил его к стеночке. Стоит отдать мне должное, перед тем как скинуть рясу, я вытащил из неё телефон и флешку Лёхи Мясорубова. Технику я перепрятал в карманчик на лямке этого чудо-аппарата — так мне было спокойнее.
— Раз-де-вай-ся!
— Какой-то он дрыщавый, — сказала одна из девочек, глядя на меня; первоначальный восторг женского коллектива сходил на нет.
Ну ничего. Сейчас посмотрим, кто тут дрыщавый. Одним ловким движением я скинул с себя рясу, а вторым спустил трусы.
— О-О-О-О! — заорали все хором. — У-У-У-У! — о да, девочки, сейчас мое либидо можно использовать вместо киянки.
— Классный член! — крикнул кто-то.
— Спасибо!
Я начал пританцовывать. Состроил самое властное лицо, на которое только был способен, заложил руки за голову и начал подрыгивать тазом, типа расстреливаю девчонок по очереди. Девчонки оценили и завизжали от восторга.
И только сейчас я понял, что все они вусмерть пьяные. Только сейчас я сподобился отвести глаза от юных тел и заметил десяток, — нет, больше! — пустых и початых бутылок шампанского, а так же флакон водчелы и пачку апельсинового сока.
И тут начало происходить что-то уж совсем невозможно-прекрасное. Сквозь толпу ко мне протолкалась одна тёмненькая фитоняша в черном платьишке: глаза блестят, на лице пьяная ухмылка, ещё и губку нижнюю закусывает, мол, гля какая я.
Чёрненькая начала танцевать рядом, спиной ко мне. Она всё тёрлась и тёрлась об меня, а потом вдруг резко села на корточки, схватила меня за… и…
Бон аппети, моя хорошая!
— О-О-О-О-О!!! — девки совсем сошли с ума.
Да и я тоже, по правде говоря. Ну неужели⁉ Неужели после всех этих обломов, лишений и невзгод я наконец-то лишаю девственности Илью Ильича Прямухина⁉ Да ещё и таким неординарным способом⁉
— Ах-ха-ха! — от визжащей толпы отделилась конопатая рыжулька с кудрявыми волосами. — Подвинься! — и тоже упала передо мной на колени.
Ну нихуя себе! Такое и правда бывает⁉ Точнее… такое и правда бывает не в порнухе⁉ Такое и впрямь случается с обычными людьми в обычной жизни⁉ И как же за такое счастье расплачиваться⁉ О, боже мой…
Девки как будто начали соревноваться. Обе заглядывали мне в глаза и хлопали ресничками, обе старались делать как можно лучше, развратней и слюнявей. В один момент рыжая обернулась к толпе, расхохоталась и начала ладошкой подманивать подругу: