Перекресток одиночества 4 (СИ)
— Повезло ему с вещами — подытожил я. Подумав, предположил — Толкнувший его в телепорт мог специально подгадать момент, когда Бушуев будет в полном обмундировании.
— Да зима была — отмахнулся Тон Тоныч — Это в записях самого Бушуева то же предположение. И даже отметка о том, как ему повезло. А еще, к слову, он там страниц пять посвятил размышлениям о том, что за последние годы его службы было прямо немало схожих бесследных исчезновений. Пропадали заключенные и охранники, исчезали поварихи и вольноотпущенные. Все это скрывалось — никто не желал получить по шапке от правления Дальстроя. Где-то в третьей тетради Бушуева, если не ошибаюсь за давностью лет, он упоминает, что встретил на чалке одного из тех самых исчезнувших осужденных. И этот осужденный ему запомнился тем, что у него в свое время не было причин бежать — трудолюбивый, посаженный на семь лет, умело избегающий особо тяжелых работ, умеющий наладить контакт как с уголовниками, так и с администрацией, а незадолго до исчезновения стал смотрящим в бараке. Это я в дополнение к твоим предположениям о похищении и переброске сюда не абы кого, а людей дельных…
— Я хочу почитать эти дневники — сказал я.
— Обещать не могу. Но ты знаешь кого спросить.
— И спрошу — кивнул я — Так этот Бушуев отбыл весь срок?
— От звонка до звонка. Добрался сюда в Бункер. Явился в сохраненной форме — суровый, несгибаемый и много чего повидавший в жизни помимо долгой отсидки. Так что он очень быстро сделал карьеру, превратившись в крайне жесткого замкового управленца. Не могу не признать — в то время Бункер балансировал на грани. Едва выживали. Вечно всего и вся не хватало. Люди часто не слушались, проявляли характер, доходило почти до бунтов, никто ни за что не нес ответственности.
— Бушуев это дело исправил?
— Еще как исправил. И первым делом он уже имеющиеся границы между социальными слоями превратил в неприступные стены. Разделил стадо на три неравные части, четко прописал условия для тех, кто хотел попасть в Центр или в Замок, выявил и назначил тех, кто одел те самые черные ватники, обустроил и запер арсенал. В общем он спас ситуацию. И вернул баланс. Но сделал это столь спорными и жесткими методами, что и не поймешь, что теперь делать с этим убежденным сталинистом — памятник ему возводить или расстрелять посмертно.
— Расстрелять кого? — с интересом спросил подошедший Михаил Данилович, сопровождаемый высокой старушкой с подносом в руках — Не меня ли в расход пустить собрались, друзья душевные?
— О Бушуеве речь — пояснил Тон Тоныч и лидер Замка тут же сморщился как от кислого лимона:
— К-хм… вот уж не ожидал. Еще один седой покойник шевельнулся в могиле… Ну что? Поговорим об экспедиции? Как там с подготовкой, Антон?
— Ну… с подготовкой все хорошо, а вот по составу мы так и не определились после ультиматума Охотника.
— Вот да — выглядящий чуть устало Михаил Данилович перевел вопросительный взгляд на меня — С чего вдруг такой радикализм в требованиях?
— Чистые логика и прагматизм — ответил я чистую правду — Всем значимым персонам Замка нечего делать в моем вездеходе. Если с нами что-то случится, Бункер потеряет опытных управленцев. И кто знает, как это скажется на дальнейшей жизни нашего убежища. Так рисковать нельзя. Опять же не станем молчать о иерархии — кто кому будет беспрекословно подчиняться в пути?
— Ну…
— И что будет если в наше отсутствие в Бункер явится не слишком дружелюбная делегация от луковианцев? Кто будет с ними вести переговоры?
— Да это все понятно, Охотник. Но и ты пойми — не так-то легко взять и послать тебя пусть не на смерть, но все же в крайне опасное путешествие.
— А придется — спокойно ответил я, доставая из кармана куртки сложенный вчетверо лист старой бумаги — Кто-то всегда отдает неудобные тяжелые приказы, сам оставаясь в теплом безопасном кабинете. Так было, так есть и так будет. Поэтому состав экспедиции утвержу я. Но согласен взять из Замка одного человека — желательно крепкого, умного, стойкого психически и не играющего какой-то действительной весомой роли в жизни Бункера.
— А остальных?
— Только из Холла — произнес я — Хватит пары человек.
— Итого вместе с тобой четверо?
— Верно — кивнул я — Хотя в сегодняшних беседах окончательно определюсь и может выберу пятого.
— Что ж… Жители Холла куда лучше умеют обходиться меньшим — вздохнул Михаил Данилович, массируя лоб — Надо признать, что за прошедшие сытые годы остальные зоны Бункера превратились в лавандовые богадельни.
— По нашей вине — хмыкнул Тон Тоныч.
Сделав пару отметок на верхнем листе, он поднял на меня спокойный внимательный взгляд:
— Главное требование к человеку из Замка все то же?
— Да. Он должен умело обращаться со всеми средствами связи — подтвердил я — И суметь в свободное время обучить остальных работать на рации.
— Там не совсем рация — поправил меня Михаил Данилович — Хотя подходящего слова и не подобрать. Что-то с чем-то впихнутое в пару больших металлических ящиков… Даже экран имеется. Все очень просто даже для непосвященных.
— А дублирующая система? На случай, если основная выйдет из строя.
— Еще один небольшой ящик с тангетой на проводе. Мы стараемся предоставить тебе все по списку, Охотник. И большую часть уже собрали, хотя кое-что придется заменить аналогами. Обсудим?
— Для этого и собрались — улыбнулся я, подсаживаясь ближе к столу — Обсудим… А это что за рисунок чего-то длинного и странного, торчащего рядом с вездеходом?
— Антенная вышка в разложенном состоянии — пояснил Тон Тоныч и золотым пером старой ручки начал указывать на части этой конструкции — В сложенном состоянии чуть выше метра и в целом этого должно хватить на близких дистанциях. Опять же на вездеходе можно подняться на почти любой холм и тогда отпадет необходимость поднимать вышку.
— Она будет крепиться на крышу?
— Все верно. Вот тут шарниры в основании, чтобы сложенную вышку можно было уложить на крышу. Вот тут подъемное устройство со съемной ручкой. Здесь на схеме рычаг переключения шестерней. Дернул — и то же устройство одну за другой поднимет секции вышки. Полная высота антенны почти шесть метров. Конструкцию постарались сделать максимально легкой, но при этом достаточно прочной, чтобы выдержать здешние ветра.
— Разумно.
— Когда все заработает, вышка должна стать хорошим усилителем сигнала и для Бункера — что-то вроде выездной антенны.
— Ретранслятор?
— Он самый — кивнул Михаил Данилович — С недавних пор мы с невероятной силой хотим восстановить общение с отдаленными земными бункерами. В эфире слышится что-то, но едва-едва. Возможно, у них проблемы с силой сигнала. А может и новые сигналы какие уловить удастся.
— Дружеские контакты — дело важные — согласился я — Что ж… хорошо. Сколько времени уйдет на установку:
— Несколько часов. Все уже готово. Но тебе придется сделать полукруг и заехать в гараж Замка.
— Хорошо. Что по частичному переоборудованию салона вездехода? Тема важная…
— Займемся одновременно с установкой вышки — ответил Михаил Данилович — Сделаем все по твоему заказу.
Мой заказ был прост — минимум три откидные койки с ремнями, несколько приваренных вместительных контейнеров к стенам салона там, где о них нельзя будет удариться головой, один откидной столик и прочие важные мелочи. Сам по себе вездеход был более чем надежной и комфортной машиной с просторным салоном. Но никто из нас не знал, как долго продлится экспедиция. И лучше уж заранее позаботиться о минимальном комфорте.
Мы просидели за столом больше часа. Все это время я ощущал на себе десятки куда более оживленных чем прежде глаз. Старики Бункера воспряли, ожили, зашептались и зашебуршились. Вон какой заинтересованностью блестят глаза. Что меня только радовало — пусть себе обсуждают, предполагают, напрягают мозги и выдумывают невесть что. Это все только на пользу.
Обсудив основные моменты, подбив цифры, утвердив перечни, мы наконец разошлись каждый по своим делам. Мой путь лежал обратно в Холл — там меня ждали другие не менее важные дела. Перед отбытием я хотел убедиться, что заложенные мной изменения пустили надежные корни и не исчахнут даже если я не вернусь из экспедиции.