Бракованный подарок (СИ)

— Вот именно, но ты знаешь меня достаточно хорошо, чтобы понять: это не так.
— Да уж. — Дилан выразительно скривился. — Но ты же понимаешь, что проще пойти и выпихать за порог этих толстосумов, чем справляться с последствиями гнева Хайди.
Я задумчиво кивнул. Все я понимал, но вот принимать отказывался. Тем не менее, поднялся с кровати и потащился вниз. Хайди окинула меня внимательным взглядом, недовольно искривила губы, но при гостях промолчала. И снова я играл роль болванчика: кивал, соглашался, был милым и обходительным, насколько «милым и обходительным» вязалось с моим внешним видом.
Наконец, последний гость переступил порог дома. Хайди тут же развернулась ко мне.
— Ты сбежал с собственного праздника, — выплюнула в лицо.
Я молчал. Как в суде: «Все, что вы скажете, может быть использовано против вас». Поэтому я всего лишь смотрел на Хайди.
— Но ладно, — вдруг подобрела она. — Иди за мной. На день рождения полагаются подарки.
Я бы предпочел отказаться от её милости, но, как и говорил Дилан, проще согласиться. Мы поднялись на второй этаж. Слышались голоса парней. Они над чем-то смеялись, а мне было не до смеха. Хайди толкнула двери моей спальни, огляделась по сторонам.
— Такое чувство, что вошла в нежилое помещение, — поделилась она. — Здесь нет и капли тебя.
Да, нет. Было время, когда я не покидал эти стены месяцами, но оно давно прошло, а я остался. И неприязнь к моей тюрьме сохранилась, прошла за мной сквозь годы. Я ненавидел дом Хайди не меньше, чем её саму. А она плотно закрыла дверь и развернулась ко мне.
— Ну что, готов? — улыбнулась с предвкушением.
— Готов, — ответил я. И так понятно, к чему. Решила забрать излишки моей энергии и поделиться своей. Можно было сделать это без лишних усилий, но зачем, если можно затащить меня в постель?
Хайди картинно повернулась ко мне спиной, чтобы развязал шнуровку на платье. Оно упало к её ногам, и иль-тере осталась совершенно голой. Забавно. Моя энергия уже свивалась вокруг её тела. Энергия, но не я.
— И долго мне ждать? — Хайди развернулась обратно, шевельнулись полукружия грудей. Можно представить, что это не она, но не получится. Я шагнул к ней, коснулся губами щеки.
— Целуешь, как сестру, — рассмеялась Хайди. — Тебе стоит поучиться у Макса, милый.
— Обязательно запишусь на мастер-класс, — буркнул я.
— Запишись, — всерьез ответила Хайди и легла на кровать, широко развела ноги. Я всегда себя ненавидел в такие моменты. Казалось бы, чего проще? Переспать и забыть до следующего раза, но часть меня продолжала сопротивляться. Часть цеплялась за прошлое, в котором все было иначе. Возможно, дело было в воспитании. Моя семья придерживалась старинного уклада, и у матери и отца двадцать лет спустя после свадьбы были раздельные спальни. Матушка и батюшка прощались и расходились в разные стороны каждый вечер, а мы с братом и сестрой, уже достаточно взрослые, только посмеивались, не понимая, к чему все эти церемонии. А может, в том, что Хайди просто не та? Не та, с кем я хотел бы быть, кого любил. В том, что любви в моей жизни больше не будет, я не сомневался. Это чувство не для ай-тере, да и Хайди меня не выпустит из когтистых лап. Тогда зачем это всё?
Тело под руками казалось слишком горячим. Хайди сквозь зубы ругалась, что я холодный, как лед. А я просто ждал, пока магия придет в порядок. Несколько движений, закушенная губа Хайди — и легкость в теле от того, что сила циркулирует, как надо.
Я лежал и смотрел в потолок. Хайди поднялась, пошла к двери, ничуть не стесняясь наготы. Наверное, позовет Макса, чтобы продолжить развлечение. Мне было всё равно. Безразлично. Хотелось спать.
— Завтра утром уезжаем покупать ай-тере, — обернулась она на пороге.
— Обязательно со мной? — спросил устало.
— Имеешь что-то против?
Я промолчал.
— Ты всё чаще забываешься, Нэйт, — хмыкнула Хайди. — Однажды это дорого тебе обойдется, помни об этом.
— Я помню, — ответил ей.
— До завтра.
Она ушла. Я поднялся, подхватил её платье и бросил на стул. Утром отнесу, а сейчас не хотелось использовать такое очевидное приглашение к продолжению ночи. Вместо этого пошел в душ и долго стоял под бьющими струями, пока не замерз. Сменил белье на постели — на нём все еще хранился запах Хайди, лег, но сон не шел.
 
Я думал о доме. О том, вспомнил ли сегодня хоть кто-то из родных, что я вроде как жив. Воспоминания приносили боль. Обычно я гнал их прочь, но не сейчас. Мои родители так и не смирились с тем, что во мне проснулась не сила иль-тере, как они надеялись, а её противоположность. Я их не видел с того самого момента, как стал ай-тере. Пока мы были с Элли, пытался поговорить, звонил, отправлял письма, но стоило кому-то из домашних услышать мой голос, как они клали трубку. После встречи с Хайди я пытаться перестал.
Однажды, не так давно, встретил на улице сестру. Она прошла мимо с независимым видом, будто меня не узнала. Она была с молодым человеком — наверное, супругом. Не захотела позориться.
Заставил себя закрыть глаза и хотя бы попытаться уснуть. Вскоре мне это удалось. Я задремал, а проснулся от стука в дверь. Хайди приказала прислуге напомнить мне, что ей требуются услуги цепного пса.
За окнами стояла темень. Я быстро собрался, вывел автомобиль из гаража. Из дверей особняка выпорхнула Хайди. На ней было синее платье и меховое манто. Ночью выпал снег, но к утру почти истаял, оставив грязные лужи, и её наряд на фоне унылой картины выглядел так же неуместно, как если бы она вырядилась в алое на чьи-нибудь похороны. Я, конечно, промолчал. Хочется ей позориться — и пусть.
Хайди села рядом на переднее сидение, окинула меня придирчивым взглядом и приказала:
— К Джо!
Я едва не сплюнул, но в последний момент удержался. К Джо, так к Джо. Мне-то какая разница?
  
ГЛАВА 19
 
Таков закон природы: каждому иль-тере нужны ай-тере, и наоборот. Хайди всегда это знала. А еще ей были известны все места, где можно купить ай-тере: как дорогих, так и дешевых, годных разве что дарить студенткам. Да, Хайди обеспечивала выпускников второго курса первыми в их жизни ай-тере. Кстати, чаще всего их продавали куда-нибудь сразу после выпуска. Лишь немногие задерживались рядом с бывшими студентами колледжа эо Лайт.
Для того чтобы мальчики и девочки набили руку в управлении ай-тере, сойдет и дешевый товар. Джо мог его предоставить, а Хайди — оплатить опт. Поэтому они продолжали сотрудничать столько лет. Вот и сейчас Хайди знала, что Джо уже припас для неё лучшие варианты. Сорок ай-тере для её двенадцати третьекурсников. Кому-то повезет, и он попадет в колледж эо Лайт, будет тренироваться вместе со своим иль-тере, постигать азы взаимоотношений сил. А кому-то нет, и он останется издыхать в тесных комнатушках фабрики Джо.
Хайди покосилась на Нэйта. Он даже не смотрел в её сторону. Эдакая глыба, с которой так просто не справишься. Господин Спокойствие, великий и непревзойденный. Минувшая ночь оставила неприятный осадок. Нэйт снова вел себя в постели так, будто она его, как минимум, пытает. И сейчас продолжал отстраненно глядеть перед собой. И что он хотел там рассмотреть? Завтрашний день? Хайди хмыкнула и отвернулась. Глупый мальчишка! Попал бы на такую «фабрику», понимал бы, насколько ему повезло. А что творится за дверями «фабрики» Джо, Хайди прекрасно знала. Не все быстро смирялись с судьбой ай-тере. Ой, не все.
Автомобиль остановился. Нэйт вышел первым, раскрыл зонт, защищая от мокрого снега, и подал руку. Хайди пожалела, что не надела закрытую обувь, но не ехать ведь домой переобуваться. Она прошла к серому длинному барачному зданию — одному из десяти. Вратам в мир темного Форро, как называла «фабрику» Хайди.
 
Джо ждал её. Это был высокий статный мужчина, который обожал хорошие сигары, и Хайди частенько присылала ему небольшие подарки, чтобы тот не забывал одну из самых благодарных клиенток.
— О, госпожа эо Лайт! — Джо шагнул вперед, коснулся губами её руки. — Я счастлив видеть вас.