Бракованный подарок (СИ)

— Хватит глазеть, — сказала девчонкам. — Доедайте быстрее, а то опоздаем на практикум.
— Куда торопиться? — заявила Таисия, которая тоже пожирала глазами спутника Кэтти. — Нет, Дея, ты только взгляни!
Да, парень был красив. И что? Мало ли на свете красивых парней? Но я, вопреки словам, тоже бросала взгляды в его сторону.
А Кэтти и её спутник как раз проходили мимо нашего столика.
— Запомни, Эжен, — нарочито громко говорила она ему, — вот так выглядит самое настоящее отрепье.
Я сжала кулаки, но Лонда опустила руку мне на плечо. А вот Эжен улыбнулся на слова своей иль-тере, и вся его красота мигом исчезла. Лопнула, словно мыльный пузырь. Я отвернулась. Мне ли привыкать к выпадам Кэтти? Пусть болтает, что хочет. Всё равно!
  
ГЛАВА 18
 
Нэйт
Я ненавидел начало великой ночи. Для меня это было время несбывшихся надежд, рухнувшей веры. Я родился в первый день великой ночи. Хайди вдруг собралась устроить праздник. Она заставила меня забыть о работе и остаться дома, сама заказала костюм, сама выбирала украшения для гостиной. Я молчал. Мне было плевать, что будет происходить и как. Мое дело — стоять и улыбаться, делать вид, что все хорошо. Идеальная картинка идеальной иль-тере. Все понимали, что это спектакль — и принимали правила этого спектакля.
Утром — если темень за окном можно было назвать утром — я никак не мог проснуться. Наверное, потому, что не было света. Большую часть дней в году он мешал, а вот в великую ночь его не хватало.
— Нэйт, дорогой. — Хайди уже стучала в двери. — Ты проснулся?
Хотелось укрыться с головой одеялом и спать, спать, но Хайди ведь не уйдет.
— Нэйт? — Она застучала громче. — Просыпайся!
— Я не сплю, — откликнулся на голос, и иль-тере тут же вошла в комнату, подлетела к кровати, даже не дав толком подняться, и повисла на шее.
— С днем рождения, милый, — впилась в губы хищным поцелуем.
— Спасибо.
Я попытался увернуться, но не смог.
— И что ты с утра хмуришься? — поинтересовалась Хайди. — Беспокоишься, что прибавился лишний год?
Я знал, что она не нуждается в ответе. И дело было уж точно не моем двадцать шестом дне рождения, а в том, что я предпочел бы находиться где угодно, только не здесь. Лучше на краю мира в полном одиночестве, чем посреди фальши этого дома.
— Не беспокойся, тебе рано думать о старости, — щебетала Хайди. — У нас впереди еще множество лет, мой ай-тере.
Вот это-то и пугало. Я выдавил из себя улыбку, чтобы Хайди отцепилась, и ушел в душ. Ставил на то, что она не будет меня дожидаться. Так и получилось.
— Жду в столовой, — напоследок крикнула Хайди и ушла, а я включил прохладную воду и подставил лицо под струи, прогоняя остатки сна. Начинался самый долгий день в году.
На завтрак, конечно же, пришлось тащиться лично, чтобы выслушать скупые поздравления товарищей по несчастью. Хотя, судя по сияющей физиономии Макса — для некоторых по счастью. Что глупый ай-тере влюбился в Хайди, знал каждый из нас. Он и не скрывал, и раздувался от гордости, что Хайди предпочитает проводить время с ним, а не с нами. Парни злились — конечно, не из любви к Хайди, а потому, что некуда было девать свою энергию, а я радовался. Чем меньше мы видимся, тем лучше. После карцера я почти не показывался дома, зато Хайди зачастила в колледж и целыми днями пропадала там. Впрочем, я занимался своими делами, она — своими. Мы стали меньше соприкасаться, и за это я был благодарен Максу.
Вот и сейчас счастливый «соперник» восседал по левую руку от Хайди, а по правую пришлось сесть мне.
— Праздничный завтрак! — весело объявила иль-тере и вонзила нож в омлет. Я ненавидел омлет, но кто меня спрашивал? Пришлось есть.
— Я пригласила пятьдесят гостей, — тараторила Хайди. — Хотела больше, но сейчас великая ночь, в каждом доме праздники. Не стала навязываться.
Ага, да конечно, так мы и поверили. Просто не захотела по каким-то личным причинам.
— Но зато каких!
Это, по-видимому, относилось к гостям.
— Эти люди имеют огромный вес в обществе. Так что дружить с ними полезно, слышал, Нэйт? Нам же надо устраивать выпускников колледжа на работу. А завтра начнем подбирать ай-тере для третьего курса.
 
Я ненавидел этот процесс. Каждый раз, когда мы приезжали на «фабрики», как в простонародье называли места содержания и тренировок будущих ай-тере, сердце сжималось при виде оборванных мальчишек и девчонок. И если девочек еще жалели — или пытались придать презентабельный вид, то парни зачастую выглядели жутко. Я видел, как там, внутри. Хуже только здесь.
— Нэйт, милый, мы будто собрались не на праздник, а на твои похороны. — Хайди легонько шлепнула меня по руке. — Улыбнись.
Я постарался изобразить улыбку, и Хайди отвязалась. Дотерпеть бы до завтрашнего дня! Станет легче, я в этом не сомневался. Только бы дотерпеть.
— А еще будет живая музыка. — Иль-тере размахивала руками. — Нэйт, готовься танцевать.
Я видел, как хмурится Макс. Новой игрушке не нравилось, что Хайди вспомнила о старой. А мне было плевать.
— Я съезжу в колледж, а потом… — начал было.
— Никакого колледжа, — снова замахала руками Хайди. — Ты меня слышал? Обойдутся и без тебя. Ты мне понадобишься дома. Отдыхай и веселись.
Это сложно сделать, когда Хайди рядом. Как я и предполагал, покоя мне не было. То она спрашивала, какое платье надеть, будто до сих пор не решила. То вертелась рядом, отвлекая от документов.
— Нэйт, не куксись, — шептала, обдавая ухо влажным дыханием. — Ты такой зануда! И с каждым годом все больше, мой дорогой.
Да уж, не дешевый. Учитывая, что за меня заплачено жизнью Элли. Я ведь понимал, почему все так произошло. И был уверен, что без Хайди не обошлось. Она предлагала Элли любые деньги, но так и не смогла получить желаемого. Не думаю, что она сама наняла убийц, но уж точно выжидала в сторонке, пока я останусь без иль-тере. Хотя, могло быть иначе. Если бы я знал!
Гости начали прибывать ближе к пяти часам. Я замер у лестницы памятником самому себе, нацепил дежурную улыбку. Перетерпеть. Как всегда. Почувствовать себя выставочным экспонатом или племенным жеребцом в стойле, которым хвастается хозяйка.
Одиннадцать ай-тере тоже были поблизости: провожали гостей, развлекали беседой, пока хозяйка занята. Фарс. Глупый, дешевый фарс.
— Хайди, дорогая, ты все хорошеешь, — восхищался господин эо Сит, который носил толстую золотую цепь, а на ней — минимум четыре подбородка.
— А ты все так же льстишь мне, Дейв. — Хайди так и лучилась гостеприимством. — Нэйт, поприветствуй господина эо Сита.
— Благодарю за ваш визит, — заученно отвечал я, и гость проходил в гостиную, а на смену ему приходил следующий. Снова и снова, раз за разом. Начинала болеть голова. Отсутствие внимания Хайди — это замечательно, но магический баланс не слышал доводов разума. Излишки силы давили, во рту уже несколько дней была сухость, как будто хочешь пить, но не можешь напиться.
— Кажется, это последний, — голос Хайди вернул меня в реальность. — Идем, Нэйт. Праздник только начинается.
Она опустила руку мне на локоть и позволила проводить себя в гостиную. Заиграла музыка, послышались тосты — в основном за прекрасную хозяйку вечера, которая устроила праздник для глупого ай-тере, а он этого не ценит. Я кивал, как болванчик, снова и снова, пока не заболела шея. В итоге не выдержал и сбежал. Время клонилось к полуночи, гости и не думали расходиться, а я упал на кровать и таращился в потолок. Впрочем, мое уединение продолжалось недолго. В двери постучали. Значит, не Хайди.
 
— Нэйт, ты здесь? — показалась рыжеволосая голова. Дилан увидел, что не ошибся, и вошел в комнату. — Тебя хозяйка ищет, пора провожать гостей.
— Не могла обойтись без меня, — буркнул я.
— Так не могла же, — усмехнулся Дилан. — Не зли её, а то достанется всем.
— Ничего, Макс её утешит.
— Если бы я знал тебя чуть хуже, подумал бы, что ты ревнуешь, — издевался заклятый приятель.