Звёздный луч (ЛП)

— Ал, ты в порядке?
— Я могу поспать позже. Я в порядке. Мы не можем все испортить.
Они кивнули.
Они все знали, что нам нужен Эндрю на нашей стороне.
Мы прождали где-то полдня т, наконец, услышали голос Горана.
Они ссорились. Пора.
Господи, пожалуйста, пусть все пройдет нормально.
КЭТИ
— Да что с тобой?! — кричала я на Горана.
— Всё не так, как ты думаешь, Эндрю.
— Они убили Мейза!
— Они не убивали его. Только ранили. Он вернётся домой.
— Они убили его, — настаивала я.
— Никто его не убивал, Эндрю, — возразил Горан.
Я не могла поверить, что всё это время он был двойным агентом. Мне следовало догадаться.
— Твой отец был прав насчёт тебя.
Всё случилось мгновенно: лучники просто появились из ниоткуда и окружили нас.
Я мигом вооружилась своим луком, прицеливаясь на нескольких. Я быстрая, но без помощи Горана… Чёрт, кого я обманываю. Тот бред, что он обрушил на меня пару минут назад, не укладывался в моей голове.
— Опусти лук, Эндрю, — попросил Горан.
— Ни за что.
— Они нам не враги.
Я прожгла его осуждающим взглядом.
— Они убили принца Ариса, наследника престола, твоего брата-близнеца, — выплюнула я.
— Никого они не убивали, — Горан всё ещё держал руки поднятыми, защищаясь.
Раздался смешок.
— Я думал, ты уже рассказал всё мальчишке.
Мне знаком этот голос.
Один из лучников вышел вперёд и откинул капюшон. Альберт.
— Здравствуй, Эндрю, рад встрече. Мне много про тебя рассказывали.
Он обнял Горана, а я выпала. Я ведь была на его похоронах!
— Ты же умер…
— Так ты видишь призраков, Эндрю? — спросил он, и его люди рассмеялись. — Всё не так, как кажется, — он перевёл взгляд на Горана. — За вами следили?
Горан фыркнул.
— Тебе лучше знать. Ты там был.
Альберт улыбнулся.
— Просто хотел убедиться.
— Мальчик? — спросил Горан.
— Его зовут Мейз, — я снова разозлилась.
— Это был чистый выстрел. Он будет жить, — сказал Альберт.
— Нет, не выживет. В отличие от вас, придурков, его дома не ждут Ласточкокрылые, — я была в бешенстве, и Катрина Сквайр прорывалась наружу.
— Эндрю, я понимаю, почему ты злишься, но Альберт всё ещё кронпринц. Констанс была поблизости. Военные хитрости, понимаешь?
— Так она тоже причастна. Зачем вы вообще стреляли в него? — заорала я на этого кретина, которого считала мёртвым.
— А ты хотел, чтобы он сражался на этой войне? — спросил Альберт.
Я фыркнула.
— Он сражался последние три года, идиот.
— Мне жаль, что так вышло. Иногда на реализацию планов требуется время. Вот почему мне нужен помощник, такой же, как я, — он указал на меня. — Мой отец зашёл слишком далеко. Не успеешь оглянуться, как он прикажет женщинам воевать.
Все рассмеялись, кроме Горана, который бросил на меня взгляд.
— Эта идея кажется всё более вероятной, — заметил Горан.
— Если ты про драконов, это другое дело, — Альберт улыбнулся, и Горан ответил тем же.
— Как успехи с Зелёным Паром? — спросил он Альберта.
— Зелёным Паром? — не поняла я.
— Ты же не хотел запоминать их имена, или что-то изменилось? — Горан улыбнулся мне.
— Поэтому ты заговорил о них? — я всё ещё была дико зла.
— Успокойся, — вмешался Альберт. — Нам надо уйти с тропы. Переночуете сегодня у нас? — обратился он к Горану.
— Конечно, утром что-нибудь придумаю.
Мы последовали за принцем Пейи.
Я не могла поверить, что он сражается на стороне восставших. Мир сошёл с ума.
Хорошо, что мой кошель с зёрнами при мне.
Осталось всего пара сотен зёрнышек, и я сомневалась, хватит ли этого до конца войны.
Я не знала, позволит ли Альберт мне сражаться дальше, если узнает мою тайну, как и Горан.
Я даже не была уверена, помнит ли он меня.
Вокруг были сплошные деревья. И темно.
Мы шли молча несколько часов. Завеса из лиан приподнялась, пропуская нас, и опустилась за нами. Валуны отъехали в сторону, и вокруг нас раздались голоса: женский завизжал, затем мужской закричал.
Я вздрогнула, но остальные вели себя так, будто всё нормально.
 
— Это магия драконов. Крики ненастоящие, — пояснил Горан, шедший позади меня.
Я никак не отреагировала на его слова. Я всё ещё чертовски обижена.
Каждый раз, поднимая глаза, я видела Альберта, опережающего меня на несколько шагов, и злилась всё сильнее.
Поверить не могу, что он жив.
Я зазря оплакивала этого придурка столько лет. Зачем он ввязался в эту дурацкую войну? И, что хуже всего, против родного отца. Эти королевские семьи точно ненормальные. Им плевать на своих подданных. Скоро я снова выскажу ему всё, что о нём думаю. И на этот раз мне даже не понадобится чёртова маскарадная маска.
Ну, это буду не совсем я, так что это тоже своего рода маска. Маска Эндрю.
Какая же я была дура, что поцеловала Альберта.
Мы, наконец, добрались до лагеря.
Он был похож на деревню посреди леса.
На ветвях деревьев были возведены дома, внизу горели костры, на которых жарили кабанов.
— Горан, — позвал кто-то, и у меня отвалилась челюсть при виде ещё одного принца Ариса. Близнец Горана обнял брата. Я первым делом отметила, что ему не помешало бы побриться.
Мэгги будет в восторге.
— Где Калеб?
— Так принц Ариса тоже жив, — сквозь зубы выдавила я.
Они все замерли, уставившись на меня.
— У нас проблемы? — спросил Гельмут брата, переводя взгляд с меня на него.
Горан продолжал смотреть на меня.
— Думал, что не будет, но похоже, что есть, — Горан стал вести себя со мной кардинально иначе. Не удивлюсь, если он расскажет им правду обо мне.
— Зачем вы это устроили? — спросила я. — Вы хоть понимаете, сколько жертв остаётся после войн?
Все молча пялились на меня.
— Нет, вы даже близко не представляете. Семьи умирают, а для вашей четвёрки это просто очередная игра. Рискну предположить, что вы сами её и затеяли. Такая вот игра в геноцид: давайте избавимся от всех нищих ничтожеств.
— Эндрю, остановись, — Горан попытался призвать меня к благоразумию.
— Я думал, что сражаюсь, чтобы отомстить за смерть твоего брата, Горан, и твоего лучшего друга, кронпринца Пейи. А теперь я начинаю понимать, почему ты был так равнодушен, когда кто-то упоминал их, потому что они не умирали. Кто-нибудь из вас, имбецилов, вообще задумывался о том, что вы делаете, что будет с вашими подданными, а?
— Хватит, — тихо произнёс Альберт. — Ты злишься, я понимаю, но эта война назревала десятилетиями.
— За что ты сражаешься, Альберт?
— Эндрю, — одёрнул меня Горан.
— Нет, он имеет право знать, — перебил Альберт. — Я сражаюсь за свой народ — за тех из них, что скрываются за чешуёй.
Я уставилась на него. Он и вправду выступает на стороне восставших.
— Ты в своём уме?
— Ну, меня за сегодня уже успели обозвать идиотом, придурком и имбецилом.
— Они же дикие.
Все рассмеялись. Я непонимающе оглядела каждого из них.
— Я чего-то не знаю?
— Да. И, если позволишь, я покажу тебе, как сильно ты заблуждаешься, — он жестом показал, чтобы я следовала за ним, и я пошла.
Мы зашли глубже в лес, Альберт привёл меня к большому бревенчатому дому.
Альберт постучал в дверь и вошёл внутрь.
Я увидела множество столов, за которыми сидели дети от семи до пятнадцати.
Мальчик — ровесник Сэма — побежал навстречу Альберту и обнял его.
— Доложи обстановку, Эйб, — попросил Альберт.
— Сегодня без происшествий, но за Малькомом нужно присматривать. Он сегодня впал в истерику.
— Я с ним поговорю, — Альберт улыбнулся и сказал Эйбу, чтобы возвращался к своему ужину.
— Исси, — позвал Альберт, и девушка, как две капли воды похожая на Констанс, подошла к нам. — Я хочу познакомить тебя с Эндрю.
— Тот самый Эндрю, который мог бы составить тебе конкуренцию? — поддразнила она. — Я Изабель. Слышала, ты отменный стрелок.