Великая самозванка (СИ)

Немного успокоившись и смирившись, наконец, с тем фактом, что ему придётся считаться с мнением Мардела и терпеть Кери, он отправился в свою комнату. Располагалась она недалеко от покоев королевы и даже имела потайную дверь, ведущую в одну из гостиных Эриол. Таким образом, он мог попадать к своей рабыне, минуя охрану у входа на её официальную территорию, что, несомненно, радовало.
Злость и раздражение постепенно уходили и, усевшись напротив горящего камина в собственной спальне, Кай вдруг совершенно искренне улыбнулся. И ему действительно было чему радоваться, ведь они с Рус во дворце. Их приняли именно так, как он того и желал. И даже лучше. У них в сообщниках первое лицо королевства, а его лучший ученик будет лично делать из самозванки королеву. И на первый взгляд — всё красиво и радужно. Но оставалась ещё один персонаж, который легко мог всё испортить. Тот, кто знал Эриол куда лучше всех их вместе взятых и чьему слову поверят не только придворные, но и Совет, и простой народ. Ведь он… принц. Артур.
И благо его пока не было во дворце, ведь иначе вся затея с заменой королевы могла бы провалиться, не успев начаться. О том, что случится, когда он всё-таки столкнётся со лже- королевой, Кай вообще старался не думать. Он помнил Артура мальчишкой, слепо обожающим собственную сестру. Правда, ему тогда было около одиннадцати, так что за прошедшие годы всё могло измениться. А паниковать раньше времени попросту глупо.
Кай понимал, что им всем предстоит очень сложный этап, и был морально готов к этому. Теперь он даже порадовался, что рядом с Рус всегда будет «свой» человек, который не позволит ей совершать ошибки. Ведь сам Кай вряд ли сможет часто уделять ей время. Всё-таки должность советника королевы подразумевала под собой огромный перечень обязанностей. И судя по злорадному блеску в глазах Мардела, легко точно не будет.
***
Рус лежала на большой кровати под насыщенно-синим балдахином и смотрела в тёмное окно. Казалось бы, мягко, удобно, и даже роскошно, никто не мешает, а за дверьми покоев несут вахту доблестные стражники, но… девушка всё равно никак не могла уснуть. В голове крутилась навязчивая мысль, что она поступает подло. Мало того, что посмела назвать себя королевой перед многотысячной толпой… заявить свои права на трон Карилии, так ещё и смеет спать в кровати той… кого не вернуть.
От одной мысли, что раньше в этой комнате жила Эриол, Рус вздрагивала и сжималась в комочек. Ей всё время казалось, что стоит закрыть глаза и из тёмного угла тут же выпрыгнет призрак погибшей королевы. А уж о том, что она сделает с самозванкой, даже думать не хотелось. Поэтому девушка просто пялилась в сторону всеми силами стараясь не уснуть.
Когда Кери осторожно вошёл в её спальню и присел на край кровати, она расслабленно выдохнула и заметно успокоилась. По непонятным для Рус причинам в его присутствии ей становилось легче. Создавалось впечатление, что этот парень может защитить её от всего, в том числе и от собственных страхов. Он будто излучал доброту и уверенность. К нему хотелось тянуться, хотелось рассказать ему всё на свете, или спрятаться за его спиной. Он казался девушке солнцем, озаряющим её тёмный мир. Она уже и забыла, что познакомились они всего несколько часов назад.
— Почему не спишь? — спросил Кери, поймав на себе её взгляд. И сам же предложил ответ: — Боишься завтрашнего дня? Не стоит. Тебе вообще не нужно переживать. В этом дворце королеву опасаются и уважают, и всё, что от тебя требуется, это поддерживать созданный ею образ. Сложно не будет. Я помогу.
— Если ты поможешь, то я справлюсь, — без малейшего сомнения ответила она, подкладывая ладошку под щёку.
— Вот и отлично. Теперь засыпай, — улыбнулся он.
— Не могу, — проговорила Рус и тут же отвела глаза в сторону.
— Хочешь, я тебе помогу? — предложил парень. — Можно магией, а можно попросить приготовить успокаивающий отвар.
— Нет. Не нужно, — она тут же напряглась и, поднявшись, присела на постели. — Я не хочу спать.
Эти слова заставили Кери насторожиться. Он чувствовал, что девушка боится, но никак не мог понять чего именно. Возможно, всему виной негодяй Мадели? Или кто-то из её предыдущих хозяев?
 
От этой мысли ему стало тошно, поэтому парень тут же постарался от неё избавиться и снова взглянул на Рус.
— Чего ты боишься? — спросил он прямо. Но та лишь пожала плечами и снова отвернулась. Почему-то ей было боязно делиться с ним своими истинными страхами. Но он настаивал: — И всё же расскажи. Поверь, я смогу тебе помочь.
— Не сможешь, — она покачал головой, и неожиданно для себя выдала: — Ты ведь не сможешь изгнать привидение.
— Что?! — Кери был попросту ошарашен её заявлением. — Какое приведение?! Откуда?!
— Из этой комнаты, — продолжала говорить девушка. — Это ведь её комната? Да? А я — самозванка? Она придёт за мной…
Он так и завис, ошарашено моргая и пытаясь хоть как-то переварить информацию. Ведь по всей логике получалось, что боится она призрака погибшей королевы? То есть… собственного призрака?
— Здесь нет призраков, — сказал Кери, спустя несколько долгих минут, в течение которых старательно пытался уложить в своей голове всё услышанное.
— Есть, — уверенно возразила девушка и выглядела при этом такой напуганной, что Кери едва удалось скрыть улыбку. — Я слышала, что все злые люди становятся призраками. А королева Эриол… — она замялась, не решаясь озвучить свою мысль до конца. Ей всё казалось, что эта самая дама сейчас бестелесно весит где-нибудь под полком и внимательно их слушает.
— Что Эриол? — попробовал уточнить Кери. И тогда девушка подняла на него полный опасений взгляд и тихо спросила:
— Она, правда, была таким чудовищем, как все говорят?
Чтобы сохранить спокойный вид, ему пришлось зажмуриться и стиснуть зубы. Ведь чего Кери никогда не мог терпеть, так это гадости о своей королеве. «Чудовище?» Да за это слово, сказанное кем-то другим, он бы не думая заставил обидчика пожалеть. Но что делать, когда слышишь такое от самой Эриол?!
Видя, как изменился парень после её вопроса, Рус поспешила хоть как-то оправдаться:
— Я ведь почти ничего о ней не знаю. Только общеизвестные факты и несколько кровавых историй её правления. Что она отправила на плаху чуть ли ни половину своих министров… что подписала смертный приговор отцу Кая.
— Ясно, — только и сказал Кери.
Одного упоминания имени этого гада Мадели оказалось достаточно, чтобы всё встало на свои места. Вот откуда ветер дует. Вот кто считает, что имеет право оскорблять свою королеву.
Но Кери был одним из немногих, кто знал, что упомянутый Кай был для Эриол настоящей головной болью или проклятием. Единственным слабым местом Великой королевы. За всё время, что Кери жил во дворце, она срывалась всего пару раз… и всегда по вине Кая, хотя сам Мадели об этом даже не подозревал. Устраивал загулы, пьянки, учился в академии, заводил подружек, бросал их. Даже как-то умудрился почти довести дело до свадьбы… Вот тогда Эриол бесилась особенно сильно. Но, всё это было тайной и хранилось под строжайшим секретом. Ведь у королевы, тем более такой, как Эриол, просто не могло быть личной жизни. Никогда.
— Эри, — начал парень, беря ей за руку и глядя в глаза. Девушка поморщилась, отказываясь воспринимать это обращение, отчего Кери нахмурился и повторил: — Эри! Привыкай. Это твоё имя и ты должна перестать вздрагивать, когда к тебе так обращаются, — она покорно кивнула и виновато опустила голову.
Тогда молодой маг как-то витиевато и непонятно выругался, скинул с ног обувь и бесцеремонно залез к ней на кровать. Усевшись прямо поверх одеяла, он откинул голову на подушки и прикрыл глаза.
— Ложись. Я расскажу тебе об Эриол. Может, тогда ты сможешь воспринимать всё происходящее иначе.
Она кивнула и тут же улеглась под одеяло, готовая слушать.
— Для начала я скажу, что обязан ей всем. Если бы не она, я бы сейчас был рыбаком, — он на секунду замолчал, видимо представляя себя тянущим пустые сети из холодной воды, невесело хмыкнул и только потом продолжил. — Это в том случае, если бы меня не прибили «заботливые» соседи. В том месте, откуда я родом, магов не любили. А я — маг. Причём, менталист. Меня бы там попросту со свету изжили. А Эриол забрала меня оттуда и привезла во дворец. Теперь я ученик верховного мага, — он улыбнулся, не открывая глаз, отчего у наблюдающей за ним Рус стало теплее на душе. — Я очень её люблю. Как сестру… как лучшую женщину в мире. Но… — он вздохнул и виновато посмотрел на девушку, — отчасти я тоже виноват в её исчезновении. И даже больше. Если бы не я… она была бы в порядке.