Наследница долины Рейн
– Эээ… мастер я здешний, заведую, значит, производством, только заказов совсем нет, кирпич на складах лежит, никому не нужный, – ответил мужчина, торопливо сдвигаясь в сторону.
– Звать тебя как, мастер? И парень пусть представится, – улыбнулась растерявшимся работникам, быстро оглядев двор. В южной его части находились печи для обжига кирпичей, сушильные камеры и, судя по дымовой трубе, котельная. Всё выглядело крепким, было заметно, что здания находились в хозяйских руках. В северной стороне под длинным навесом лежала привезённая глина, там же стояли склады, в которых, возможно, хранился готовый к продаже кирпич. У входа на территорию завода было построено двухэтажное здание, на первом жили работники, что приезжали сюда из ближайших деревень, на втором должны находиться кабинеты отца, управляющего и комната отдыха.
– Гейб я, а это Мило, он на воротах стоит, – ответил мужчина, прерывая мои мысли, неловко улыбнувшись, и замер в ожидании.
– Мило, значит… Гейб, раз ты здесь за главного, наказываю тебе с сегодняшнего дня на территорию завода не пропускать никого из семьи Доуман, также запрещено заходить на территорию завода управляющему. Ты меня понял?
– А как же… кто за всем этим? – растерялся от таких новостей мужчина, взглядом ища поддержки и объяснения у Кипа, которого, казалось, всё это только веселило.
– Я буду. Ты, Гейб, умеешь производить кирпичи, а я смогу их продать, – пояснила недоумевающему мастеру, – Дарен мне в этом поможет, а пока покажи мне завод. Мило, если появится управляющий, позови меня или моего секретаря мсье Джонса.
– Как прикажете, госпожа, – тотчас заверил меня парнишка, которого не так обеспокоили грядущие изменения.
– Пройдёмте, хозяйка, – позвал Гейб, до сих пор пребывая в растерянности, но всё же не преминул напомнить, – тут склады, сейчас в них полно кирпичей, только они никому не нужны.
– Угу, а здесь котельная, – проявила чудеса догадливости, с трудом сохраняя серьёзное выражение лица, так как Гейб настойчиво продолжал обращаться к Кипу, не зная, как себя вести с женщиной. Хотя я знала, что в Ранье, как и в других крупных городах, женщины давно управляют своим имуществом, создают компании, открывают заводы и фабрики, просто их ещё так мало, что пока для таких вот замшелых шовинистов это было диковинкой.
– Сейчас здесь осталось всего десяток работников, остальные подались на заработки в город, – пожаловался Гейб после часовой экскурсии по заводу, – господин Грин задолжал нам за полгода работы, но говорит выплачивать нечем, товар весь на складе.
– Много должен?
– Мне пятнадцать фарингов, остальным меньше.
– Подскажешь, где кабинет управляющего?
– Как не показать, вы ж хозяйка, только двери господин Грин запирает, – меланхолично пожал плечами Гейб, показывая дорогу.
– Когда он обычно приезжает?
– Как дожди начались, уже неделю не показывался… вот, госпожа, его кабинет, – ткнул пальцем мастер на массивную дверь.
– Сломать можешь?
– Если госпожа прикажет, – пробормотал мастер, придя в ещё большее замешательство, – ломать?
– Да, – коротко ответила, покосившись на сына, для которого сейчас было всё интересно и ново, по-моему, его даже увлекла эта проверка. Зря я волновалась, что Дарену будет скучно, вон какими глазёнками он следил за Гейбом, который устремился вниз по лестнице и вскоре вернулся с кряжистым рыжеволосым мужчиной, в его богатырских руках была огромная кувалда.
– Госпожа, вы бы отошли, а то зацеплю ненароком, – пробасил приглашённый. Мы тут же последовали его совету и, уйдя вглубь небольшого коридора, замерли в ожидании. Один сильный удар – и дверь с обиженным стоном распахнулась, сердито врезавшись в стену.
– Оу! – тотчас раздалось восторженное восклицание сына, он с уважением взглянул на мужчину, которому явно польстило такое внимание.
– Ты заходи почаще, я научу молотом тебя стучать, руки станут крепкими, – произнёс работник, на миг забывшись, но тихое шипение мастера напомнило ему об ошибке, – простите, госпожа, мсье…
– Дарен, ты хочешь сходить с… – вопросительно взглянула на мужчину, опасливо поглядывающего в мою сторону.
– Фок, госпожа.
– С Фоком?
– А можно?
– Конечно, Кип тебе проводит, а я пока посмотрю бумаги, – улыбнулась сыну, которому явно не терпелось узнать, что такое молот.
– А ты? Ты просила помочь, – рванул было к лестнице Дарен, но резко остановился.
– Бумаг хватит на всех, я пока их разберу, а после начнём просматривать и пересчитывать, – заверила ребёнка в том, что его помощь мне обязательно потребуется, кивком отпустила Гейба и остальных, дождалась, когда мужчины скроются за поворотом, и повернулась к кабинету управляющего.
Он был грязный, словно здесь не убирали со дня гибели отца. Наверняка ранее в комнате было богатое убранство, сейчас же здесь сиротливо стояли две табуретки, невысокий шкаф, заваленный конторскими книгами и прочей макулатурой, колченогий стол, старый календарь, чернильница и часы, не заводившиеся по меньшей мере лет пять. На полу вперемешку с мусором и глиной валялись рыбьи кости, засохший огрызок яблока и смятые в комок листы бумаги. Брезгливо оглядев засаленный край стола, я, тяжело вздохнув, приступила к нудной, невообразимо противной работе.
Глава 13
– Мадам Делия! Госпожа… – прервал меня от созерцания трёх стопок бумаг робкий голос Мило, – госпожа, там мсье Грин пришёл, как вы и велели, я его не пустил на завод, но он шибко ругается.
– Эээ… да, ты молодец, – рассеянно проговорила, наконец сфокусировав взгляд на парнишке, – где он стоит?
– За дверью. Стучит и обещает меня выпороть.
– Не трусь, – ободряюще улыбнулась, с тихим стоном поднимаясь с шаткого табурета, мельком посмотрев на часы, которые мне всё же удалось завести, и потрясённо выдохнула, – три часа прошло?
– Да, госпожа, мсье Дарен и мсье Кип поднимались к вам, но вы были заняты, и они снова ушли к мастеру.
– Давно? – уточнила, мысленно выругавшись: «мать из меня так себе, даже не заметила ребёнка, он, поди, ещё и голодный».
– Часа два прошло, – ответил Мило, поспешил добавить, – маленький господин кирпичи учился изготавливать… вон слышите, мсье Грин кричит.
– Угу, – согласно кивнула, быстро спустилась по лестнице на первый этаж. Широким шагом направилась к двери, за которой ругаясь и стуча чем-то тяжёлым по ней, надрывался уже бывший управляющий.
– Открывать, госпожа? – шёпотом спросил Мило, застыв возле забора, опасливо поглядывая на содрогающуюся под ударами дверь.
– Открывай, – скомандовала, встав так, чтобы мимо меня не смог пройти мсье Грин, и замерла в ожидании.
– Выгоню! Сначала выпорю! Потом выгоню! – визгливо заорал широкоскулый мужчина средних лет, с густыми чёрными бровями, толстыми губами и бычьей шеей, выпиравшей из воротника. От столь неприкрытой злобы и резвости взбешённого управляющего я на секунду испугалась, ведь он легко меня снесёт и не заметит, но мой громкий окрик всё же вовремя остановил его. Возможно, в данной ситуации сработала внезапность, всё же женский голос на территории кирпичного завода бывший управляющий никак не ожидал услышать.
– Я полагаю, вы и есть управляющий? – уже тише произнесла, оглядев мсье Грина с ног до головы. На нём был опрятный и добротный костюм из тёмно-коричневой шерсти, до блеска начищенная обувь, что никак не вязалось у меня с тем свинарником, что я видела в кабинете. А светло-коричневая шляпа и трость указывали, что он ревностно следит за модными веяниями столицы.
– Я мсье Грин, управляющий этого кирпичного завода, а вы, позвольте узнать, кто? – ответил мужчина, вздёрнув подбородок вверх, пытаясь за высокомерной и снисходительной улыбкой спрятать свой недавний истеричный конфуз.
– Я… мадам Делия де Виан-Рейн, и с сегодняшнего дня вы не являетесь управляющим этого завода. Немедленно покиньте территорию, – с мягкой улыбкой проговорила, с интересом наблюдая за меняющимся выражением лица мужчины. Удивление, злость, озадаченность и победная ухмылка.