Как проучить шотландца, или Любовь на вересковом поле (СИ)

Народу собралось много. Мужчины в килтах и свежих рубашках, женщины в клетчатых платьях и шалях. Видимо, этим подчёркивалась важность предстоящей церемонии для клана. Я искала глазами Кайла. Ага. А вот и он. Мужчина стоял рядом с Бакстером и священником и совсем не походил на счастливого новобрачного. Моё настроение тут же испортилось. Можно подумать, это я притащила его под венец на аркане, а не он меня. Подобрав юбки, спустилась в зал, совсем не грациозно, как подобало благородной леди. Так и манеры растерять недолго. Впрочем, о манерах тут никто даже не догадывался. Почувствовав на себе оценивающие взгляды, я немного смутилась. Слава Богу, Бакстер оказался рядом. Взяв меня под руку, лэрд ободряюще кивнул и повёл к священнику.
Вся церемония проходила, как во сне. Я слушала вполуха, сосредоточившись на том, что случится ночью. Когда святой отец спросил, согласна ли я взять Кайла МакГрейва в мужья, я кивнула. Выбора всё равно не оставалось. Вскоре народ зашумел и зааплодировал, музыканты раздули меха волынок. Веселье началось. Я же ничего не замечала, чувствуя огромную горячую ладонь на своей талии. Кайл подталкивал меня к столу. Почему раньше близость этого мужчины совершенно не волновала меня, а теперь я трепетала и тряслась, как осиновый лист? Я бросала любопытные взгляды в сторону мужа, но его лицо совершенно ничего не выражало. Истукан, статуя, высеченная из камня, бездушный чурбан. Пришлось прикусить губу, чтобы не разрыдаться. Что дальше? Шотландец явится в мою спальню, чтобы подтвердить брак, а потом встанет, как ни в чём не бывало, и отправится к себе? Я ёрзала в огромном кресле, желая только одного, сбежать и опустить тяжёлый засов на двери.
– Чего тебе неймётся, жена? Если живот крутит ― сходи в уборную. ― В голосе Кайла слышалось раздражение.
– И ничего у меня не крутит. Просто я устала. Шутка ли, три дня в пути, и сразу свадьба?
– Потерпи немного. Скоро я провожу тебя в спальню.
При воспоминании о спальне я снова заёрзала. Память услужливо вырвала из тёмных глубин то, что я старалась забыть. Огромный мужчина с таким же огромным членом выходит из речки и трясет мокрой головой. Ожидание становилось невыносимым. Я тихонько заскулила.
– Можно, я уйду? Я и в правду очень устала.
Кайл нахмурился и что-то шепнул Бакстеру, который сидел слева от него.
– Проводим молодых! ― голос лэрда заглушил шум в зале.
Мы вышли из-за стола, и я почувствовала, как взлетаю в воздух. Муж поднял меня на руки, словно пушинку, и начал подниматься по лестнице.
  
Глава 3
 
― Ты решил жениться на ней. Это правда?
Кайл сидел в высоком кресле у камина и потягивал виски. Он никогда не опрокидывал стакан залпом, старался растянуть удовольствие. Огненная жидкость приятно обжигала губы и язык, сотни игл впивались в горло, а потом удивительное тепло заполняло тело, проясняя мозги.
– Для тебя это стало новостью?
Девушка капризно надула губки.
– Но ты же её совсем не любишь, ты же любишь меня!
Лэрд усмехнулся. Любил ли он Конни? Нет. Хотел ли её? Да.
Встав с кресла, мужчина приблизился к любовнице и приподнял её лицо за подбородок. Девушка закрыла глаза. Да, хорошенькая. Весьма. Пушистые ресницы отбрасывали на щёки длинные тени, нежные губки раскрылись в ожидании поцелуя, а дыхании стало частым и рваным.
– Лэрды не женятся по любви, по крайней мере, в наше время. Заруби это на своём маленьком носике. ― Он убрал руку и отошёл к окну.
– А я? Что будет со мной?
– И это тебе известно. Вернёшься в Лоуленд. Твой дядя нашёл жениха. Я дам хорошее приданое.
– Но я… я думала…
Конни начинала раздражать.
– Ты покинешь замок с рассветом. Мои люди проводят тебя до равнин и передадут родственникам из рук в руки. Только без глупостей. Понятно?
Девушка решила пустить в ход последний аргумент.
– А что, если я беременная?
Кайл рассмеялся.
– Умнее ничего придумать не могла? Я сам привык заботиться о том, чтобы незаконнорождённые сыновья не заполнили этот замок. Если ты и беременная, то только не от меня.
Конни занесла руку для удара. Лэрд перехватил кисть и больно сжал.
– Никогда больше так не делай. Твой муж может отлупить тебя или выгнать из дома. А сюда вход тебе заказан.
Горько рыдая, девушка кинулась к двери.
– Ненавижу! Будь ты проклят! И будь проклята твоя англичанка!
Когда створка закрылась, Кайл усмехнулся. Он уже давненько подумывал избавиться от взбалмошной особы, которая решила притащить его к алтарю, во что бы то ни стало. Всё сложилось, как нельзя лучше. Вот только, что получит он от предстоящего брака? Наморщив лоб, лэрд попытался вспомнить Мери. Детское личико с пухлыми щёчками, довольно милое, но не потрясающее воображение, волосы, вьющиеся крупными локонами, огромные кошачьи глаза. Иногда они казались карими, иногда цвета чайных роз. Они, то загорались от очередной затеи, то темнели и тухли, когда проделка заканчивалась наказанием. Какой она стала спустя двенадцать лет? Сможет ли изнеженная девица выжить в высокогорье, где зима длилась пять месяцев в году?
Лэрд вновь уселся в любимое кресло. Какая разница, как выглядит эта девушка, и что у неё на уме. Главное ― скрепить союз двух кланов. А уж он постарается стать хорошим мужем.
Кайл нёс молодую жену на руках. Она была лёгкой, просто воздушной, хотя назвать девушку худышкой было сложно. Тело, гибкое и упругое, как у лани, обладало всеми женскими прелестями. Грудь молочного цвета высоко поднималась в глубоком вырезе свадебного платья, рука крепко обвивала его шею, а между потемневших глаз залегла крохотная морщинка. Интересно, о чём малышка думает? Юная, неопытная, она, тем не менее, не дрожала от предвкушения неизбежного. Сможет ли она принять его и простить, или возненавидит за то, что он вынужден сделать? Воспитанная в Англии, повидавшая благородных господ, она мечтала о том, о чём мечтали её сверстницы: о юном красавце, богатом и отважном, о восторженном признании в любви, о робких поцелуях и пышной свадьбе. Кайл не умел ни красиво ухаживать, ни складно говорить. Он привык отдавать распоряжения и требовать их точного исполнения. Впервые мужчина пожалел, что не расспросил старую нянюшку, чего, действительно, хотят женщины. Он чувствовал, что не сможет лишить невинности это наивное создание, а потом молча уйти. Вот только как вести себя с девственницей? Таких у него ещё не было.
Войдя в комнату, несчастный новобрачный поставил молодую жену на пол и почесал затылок.
Кайл занёс меня в спальню и разжал руки. Да, если бы я крепко не держалась за его шею, то непременно рухнула на пол и ударилась пятой точкой. Никаких манер. Отойдя в угол, он уставился на меня, словно ожидая, что я сама разденусь и лягу на кровать. Допустим, разденусь. Допустим, лягу. Что дальше?
Очень медленно я сняла туфли и принялась расшнуровывать корсет платья. В первый раз делала это самостоятельно. Кайл помялся, но решил помочь. Проку от мужчины было мало, точнее, не было вообще. Чертыхнувшись, он просто достал из голенища сапога нож и полоснул лезвием по атласным ленточкам. Мой свадебный наряд опустился к ногам белоснежным облаком.
Тонкая ночная сорочка совершенно не скрывала наготы. Я хотела залезть в кровать и закрыться одеялом с головой, но кухарка часто повторяла, что мужчин лучше не злить. Кто знает, не разозлится ли Кайл.
Время шло. И долго мне стоять вот так, босиком, на ледяном полу? Почти посинела. Замёрзла. Зубы начали стучать, а кожа покрылась мурашками. Сжав кулаки, постаралась запомнить и этот факт.
– Иди, ложись.
Я вздрогнула. Чего орать-то? Не глухая. По хмурому лицу было понятно, что лэрд разозлился. Только на что? Вытянувшись на кровати, я смиренно скрестила руки на животе и зажмурилась. Пусть всё это быстрее закончится! Слабая нотка приязни исчезла, зато страх остался, вырос и заполнил разум липкой субстанцией. Раньше я ничего не боялась. Мне просто нечего было бояться. Теперь же пугало всё: и эта полутёмная комната, и эта постель, и этот огромный свирепый мужчина. Время тянулось слишком медленно. Мне надоело изображать безвременно усопшую, и я приоткрыла один глаз. Мой муж стоял в той же позе и о чём-то мучительно размышлял. Наконец, пошевелился. Приблизившись к кровати, шотландец навис надо мной.