Как проучить шотландца, или Любовь на вересковом поле (СИ)

Бакстер приподнял голову.
– Эй, малышка, уже проснулась? А ты ранняя пташка. Я думал, английские леди нежатся в кровати до полудня.
– С удовольствием бы понежилась. Вот только кое-кто решил, что я Конни.
Кайл подскочил и протёр глаза.
– Чёрт, приснится же такое!
Мужчины зашевелились и вновь принялись подтрунивать над полусонным гигантом.
– Ничего, парень, скоро у твоего малыша появится новая хозяйка.
– И звать её будут Мери.
Я тяжело вздохнула. Судя по всему, с этой самой Мери меня и перепутали. Немного подумав, решила поговорить с гигантом по-хорошему в последний раз. Поэтому сразу же подала руку, как только шотландец моргнул в мою сторону. Оказавшись в седле, прошептала:
– Послушайте, сэр. У Вас есть любимая девушка, а у меня любимый мужчина. Возможно, мы сможем договориться? Чего Вам стоит послать гонца в ВайтХолл?
Квадратный подбородок упёрся в мой затылок.
– Это невозможно. К нашему с тобой несчастью за последние двадцать лет в роду МакНейлов родилась единственная девочка, и это ты.
– И что из этого следует?
Мужчина пришпорил коня.
– Только то, что теперь нам придётся пожениться. Кланы породнятся и укрепят союз.
– А без породнения? Никак?
– Это Шотландия, детка. Времена нынче неспокойные. Надеяться можно только на кровных родственников. Кроме того, женившись на тебе, я принесу клятву верности лэрду МакНейлу, а он мне.
– Значит, вы не родственники?
Кайл усмехнулся.
– Естественно, нет. Но скоро ими станем.
Да, разговор «по-хорошему» ни к чему хорошему так и не привёл. Я попыталась использовать последний аргумент.
– А Конни? Как переживёт она твою женитьбу?
– Стойко. Она знала всё с самого начала. А вот твоему дружку придётся забыть тебя навсегда.
Я хотела разрыдаться. Что ещё оставалось бедной беззащитной девушке, оказавшейся в чужой стране среди чужих людей и варварских обычаев?
– К вечеру мы будем в Неймуре.
– Это какой-то город?
– Это крепость, в которой заправляет твой дядя. Переночуем, а после двинемся в мой замок.
Я промокнула влагу на ресницах.
– У тебя есть собственный замок?
– Лес-Хоилтон. Мы все горцы, но мой замок стоит на самой вершине. Выше меня гнездятся только орлы.
В словах огромного шотландца было столько гордости и любви к своей земле, что я глубоко вздохнула. Смогла бы я полюбить эти безжизненные скалы, эти пустоши и одинокие деревушки, которые попадались нам во время путешествия? Пожалуй, нет. Я была рождена для балов и светских развлечений. Я собиралась блистать при дворе и сводить с ума придворных кавалеров. Нет, жизнь в этой глуши ― не для меня. Но, чем дальше мы продвигались по извилистой дороге, уходившей в горы, тем меньше шансов оставалось вырваться из плена огромных рук незнакомого мужчины. Он тоже не горел желанием жениться, во всяком случае, на мне, но чувство долга превалировало над всеми другими чувствами. Он был по-своему несчастен, но, тем не менее, помогать не собирался. Да чего уж там, даже слушать меня не хотел.
Этот день совершенно не отличался от двух предыдущих. Унылая местность, тусклые пейзажи. К вечеру на горизонте показалась крепость. Серая, сложенная из нешлифованных камней, она сливалась с горой, на которой её возвели. Скудная растительность покрывала склоны, зато вдали шумела река. Она несла свои воды с заснеженного высокогорья и спускалось в озеро у крепости блестящим тёмным водопадом.
– Места не кажутся тебе знакомыми? ― лошади перешли на шаг, и это дало возможность поговорить.
– Я никогда здесь не была.
– Была, правда, всего один раз, лет в пять. Именно тогда нас и представили друг другу.
– А сколько было тебе?
– Пятнадцать. И маленького бесёнка я помню, как сейчас. От тебя было слишком много шуму. Впрочем, вижу, спустя двенадцать лет ты совсем не изменилась.
– Кайл! ― я тяжело вздохнула. ― Ты производишь впечатление здравомыслящего человека. Почему же не веришь мне? С чего решил, что я та самая Мери?
Мужчина за моей спиной напрягся.
– Твой отец сказал, что ты сбежала. Мы нашли тебя в двадцати милях от Денвера.
– И что? Неужели Мери была единственной женщиной на свете, которая могла пуститься в путешествие верхом?
Шотландец рассмеялся.
– Можешь говорить, что хочешь, но твои медные волосы и тигриные глаза свидетельствуют об обратном. Ты Мериам Дулайт, дочь лесника Его Английского Величества.
Моё сердце упало. Да, нелегко из дочери лорда превратиться в одночасье в дочь какого-то лесника, пусть даже королевского.
Между тем отряд преодолел крутой подъём. Тяжёлые ворота распахнулись, и нам навстречу хлынули люди. Они радостно приветствовали своего лэрда. Что? Бакстер, глава разбойников, оказался лэрдом? Вот это да! Среди обитателей замка я увидела множество женщин разных возрастов.
– Кайл, а ты лукавил, когда сказал, что за двадцать лет в клане не родилось ни одной девочки. Смотри, сколько невест вокруг.
Мой жених ухмыльнулся.
– Я лэрд, и могу жениться только на дочери или племяннице лэрда. Лишь в этом случае мы станем единым кланом и сможем противостоять…
– Кому?
– Не важно. Ты много болтаешь, девушка.
Уилл спешился и по традиции поймал меня на руки. Не успела я хорошенько оглядеться, как оказалась в плотном кольце местных дам. Самая старшая улыбнулась и заключила меня в свои объятия.
– Добро пожаловать домой, дорогая. Ты помнишь меня? Я твоя тётушка Эмми.
Ах, теперь я обзавелась ещё и тётушкой! Вот только этой напасти мне не хватало. Судя по виду шотландки, она была весьма властной и деятельной. У такой не забалуешь. Объятья тётушки были крепким, руки сильными, ладони грубыми, покрытыми шершавыми мозолями.
– Так жаль, что моя сестра не дожила до столь радостного события. ― Она смахнула слезу. ― Но мы все очень рады за тебя. Пойдём, я покажу твою комнату.
Я решила поговорить с доброй женщиной, но чуть позже. Поэтому покорно поплелась следом. У самых дверей Эмма остановилась.
– А вы чего уставились, лентяйки? А ну, марш на кухню! Сегодня мы закатим настоящий пир. ― Она перевела взгляд на меня. ― Идём, милая.
Я никогда не была в шотландских замках, но моё представление о дикости этой страны полностью подтвердилось. Холодно, сыро, уныло. Узкие окна не пропускали и малой толики света. Большая часть была прикрыта грубыми ставнями, чтобы защитить обитателей от промозглого ветра. Но, даже несмотря на это, по коридорам гуляли сквозняки. Я поёжилась.
– Твоя комната на втором этаже. Когда-то там жила твоя матушка.
Я решила, что настал подходящий момент, и схватила женщину за руку.
– Послушайте, Эмма! Произошло досадное недоразумение. Я не та, за кого меня принимают. Я дочь лорда Чандлера. Я не Мери!
Тётушка хохотнула.
– Ты всегда была выдумщицей, детка. Вижу, за двенадцать лет ничего не изменилось. Но подумай сама, кто бы разрешил дочери английского лорда путешествовать одной, да ещё в мужском наряде?
Я заскулила.
– Но это, действительно, так. Я поссорилась с женихом и помчалась в ВайтХолл, в дом моего брата. Я была расстроена и хотела поговорить с невесткой. Мы с Луизой подруги, близкие.
Эмма повернулась и обняла меня.
– Успокойся, девочка. Я всё понимаю. Ты хотела выйти замуж за добропорядочного англичанина, а тут появился Кайл. Естественно, ты испугалась. Но он не такой страшный, как кажется. Поверь, он хороший человек, и никогда тебя не обидит.
Боже! Замок населяли сумасшедшие! Мы поднялись на второй этаж, и Эмма распахнула передо мной дверь. Даже не ожидала, что спальня окажется такой уютной. В углу пылал камин, с десяток свечей создавали таинственный полумрак, огромная кровать, покрытая клетчатым пледом, занимала добрую половину комнаты. Убранство дополняли несколько сундуков вдоль стен и прекрасные гобелены на окнах.
– Поройся в сундуках, милая. Там всё ещё лежат вещи моей бедной сестры. А вечером, после ужина, тебе принесут ванну.