Драконов больше нет. Дилогия (СИ)
15. Миг над пропастью.
Очнулась я среди развалин с жуткой головной болью. Лежала на твёрдой шероховатой поверхности. Вряд ли это был огромный камень, скорее уж часть стены давно разрушенного здания. Тело онемело настолько, что даже голову невозможно было повернуть. Скосив глаза в сторону, разглядела вокруг ещё множество подобных осколков. По виду помещение, в котором я находилась, напоминало полуразрушенный склеп. Невольно испугалась, предположив, будто меня успели похоронить в древней усыпальнице, пока сознание блуждало среди теней. Усилием воли отогнала нарастающую в душе панику, пытающуюся затмить ясность мысли. Чуть успокоившись, разглядела просветы среди камней. Выход из этой полуразрушенной гробницы должен был быть — очень хотелось в это верить. Вознамерилась встать и почти сразу же со стоном прекратила бессмысленные попытки пошевелиться. Множество иголок пронзило моё непослушное тело, словно я была оплетена незримой паутиной, имеющей в наличие подобие шипов.
Подобные оковы мне были знакомы. Без сомнений, это была магия, самая настоящая сильная магия, против которой мой огонь оказался совершенно бессильным. Подумалось даже, что дракон во мне умер или его и вовсе никогда не существовало. Магия этого странного места спеленала чёрное пламя точно так же, как и его хозяйку. Я осознавала страшную правду: ещё немного и дракон во мне уже не сможет проснуться. Ранее я не знала о его существовании, но теперь не смогла бы обойтись без этой части себя самой ни дня. Его гибель обернулась бы для меня неминуемой смертью души, ранее казавшейся бессмертной.
Упрямство не позволило сдаться без боя. Я снова рванулась из магических пут. Снова почувствовала резкую боль, но приблизиться к свободе так и не удалось.
— Побереги силы, Ваше Величество. Они тебе ещё пригодятся, уж поверь мне, — знакомый глубокий бархатный голос прозвучал для меня громом с ясного неба.
Так вот для кого стражи старались! Лишь для своего создателя эти истуканы могли решиться на подобное преступление. Он единственный знал, как надавить на людей, которых сам же лишил души. Уже через миг послышался звук падающих камней и в показавшейся расщелине появился обладатель столь ненавистного для меня голоса. Никогда бы не подумала, что учёный мудрец способен связаться с магией, которую считал истинным злом. Видимо, ничто не остаётся неизменным. К тому же, речь шла о спасении его мерзкой жизни, а в таком деле любыми средствами брезговать он бы не стал.
Пока стражи-предатели расширяли проход в мою древнюю усыпальницу, с усилием перекладывая части каменных стен, Конрад воспользовался тайным ходом, проникнув в помещение через отверстие в полу. Некоторое время мы хмуро разглядывали друг друга, не пытаясь скрыть взаимной ненависти. Впрочем, в обычно бесстрастном взгляде мудреца теперь плескались эмоции, и мне даже показалось, что он наслаждается этой переменой в себе. Помимо ненависти, он явно испытывал и ещё что-то, но я не смогла понять что именно. Всего за несколько дней мой муж умудрился измениться почти до неузнаваемости. Одежда была грязной, местами изорванной, хромал он ещё сильнее, чем прежде, а эмоции настолько исказили и без того уродливое лицо, что оно перестало напоминать человеческое. Глаза же на этом покрытом шрамами лице пылали так же сильно, как и мои в периоды буйства во мне огня. Впору было заподозрить Конрада в том, что он обзавёлся собственным драконом. Зная о его гении, я бы не удивилась такому повороту событий.
К сожалению, я не могла ответить ему подобным взглядом. Нынче мои глаза выгляди, скорее всего, как чёрные угли без тени искры. Моя ненависть была неспособна пробудить огонь, пленённый сильной древней магией. Я лишь обессиленно заскрипела зубами, облизывая потрескавшиеся от сухости губы. Блудный супруг удовлетворённо кивнул, видимо, только теперь окончательно поверив в мою полную беспомощность. Он подошёл ко мне и с неожиданной заботой напоил из фляги. Я не стала отказываться от напитка, хотя не была уверена в его безопасности. Вода придала мне сил, мои губы шевельнулись почти безболезненно:
— Зачем я тебе?
Конрад присел рядом на корточки. Осознание своей полной власти надо мной совершенно его успокоило. Он криво ухмыльнулся:
— А ты быстро взрослеешь, дорогая жёнушка. Смотрю, научилась задавать правильные вопросы. Ведь если хотел, то я давно успел бы тебя убить, не так ли?
— Что тебе нужно? — упрямо повторила я, желая скорейшим образом прояснить ситуацию.
Конрад, впрочем, не пытался скрывать что-либо от меня. Казалось, он жаждал открыться и как можно скорее. Он склонился к самому моему лицу и прошептал с неожиданной страстностью.
— Мне нужно то же, что и тебе: весь этот мир, весь без остатка. А раз наши цели совпадают, судьбы сплетены в одну, и достаточно сил достичь желаемого, мы сможем стать едиными владыками всего сущего. Даже драконы, хотя я не ожидал такого сюрприза, вскоре начнут танцевать по нашей указке на задних лапах.
Я настолько была ошарашена этой нетипичной для Конрада вспышкой эмоций, что даже не нашла слов, дабы возразить, лишь растеряно напомнила о его ненависти к магам и иным нелюдям.
— Я же не предлагаю им покровительство, — отмахнулся от моей наивности супруг. — Все они станут нашими рабами и будут служить вечно своим владыкам.
— Ты безумец, если веришь в своё могущество, — прохрипела я, обессилено закрывая глаза.
Удивляться было нечего. Сумасшествие у этой семейки, видимо, в роду, если вспомнить о странном родителе мужа.
— Я говорю о нашем могуществе, Верна, — перебил меня Конрад, пропустив мимо ушей свой абсолютно верный диагноз. — Ты законная королева и правительница нашего мира. Но этого недостаточно, люди разучились подчиняться владыкам беспрекословно. Народу нужна твёрдая рука. Конечно, ты бы могла удерживать их в подчинении с помощью своих ручных драконов, но пока что они ещё не настолько приучены, я так думаю. Тебе нужен я! Я способен управлять этим миром, ты ведь уже видела некоторые мои открытия и даже испытала их. Они впечатляют. Не правда ли, дорогая?
— О да! — мне удалось издать подобие крика. — Вытравливать души ты, безусловно, мастер!
— Ещё нет, — огорчённо обронил муж, — иначе мне бы не пришлось объяснять столь простые истины. Тебе мешают лишь ненужные эмоции. Если бы нам удалось избавиться от них прежде, ты поняла, что я совершенно прав. Пусть я ранее недооценивал столь ценный талант и планировал твоё подчинение себе наряду с другими. Но ты, дорогая, доказала, что достойна быть равной мне.
— Ты не уверен, что сам сможешь справиться с драконами без моей помощи, — догадалась я.
— У каждого из нас есть свои уникальные способности. Нам нужно объединить их и мы станем непобедимы. И помни, я единственный способен подарить тебе бессмертие. Это ценный дар!
— Единственное чего я хочу, — пробормотала я, упрямо не желая открывать глаза, — это стать вдовой и как можно скорее.
В моём голосе прозвучала такая ненависть, что он просто не мог не заметить её.
— В тебе столько страсти, Верна! — вдруг необычайно тихо проговорил Конрад. — Ты даже сумела поделиться ею со мной. Я давно не испытывал настолько сильных чувств. Когда-то это была любовь, теперь нечто противоположное ей, но ещё более сильное, просто непреодолимое. Мы неравнодушны друг к другу, дорогая. Этого никто не сможет отрицать. Это даже больше, чем я мог предположить. Ненависть та же любовь, только с другим знаком, она способна связать нас намного крепче. Я хочу владеть тобой так сильно, как ничем иным.