Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

То есть, следует из статьи, план второго года пятилетки все же не был выполнен до конца. То же и с планом по буровым работам: «Пробурено на старых площадях 501 тыс. м — 96,65 % программы…» В отношении бурения на новых нефтеносных площадях «программа выполнена лишь на 81,3 %, пробурено разведочным бурением 80,1 тыс. м». Далее на четырех страницах Ломов излагает сложнейшие проблемы нефтяной промышленности, начиная с низкой скорости бурения до тяжелейшего положения с транспортировкой нефти и нефтепродуктов. И делает вывод: отрасль находится в тяжелейшем положении, и для ее модернизации необходимы значительные финансовые средства.
Но Ломов не был бы руководителем главка времен борьбы за «построение социализма в одной отдельно взятой стране», если бы в конце своей статьи не указал, чем, по его мнению, можно восполнить недостаток финансовых и технологических ресурсов для выполнения пяти летнего плана: «Опираясь на растущую активность рабочих масс, на базе соцсоревнования и ударничества нефтяная промышленность с успехом выполнит возложенные на нее партией и правительством расширенные задания по нефти».
Однако не соцсоревнование и не активность рабочих масс, а совершенно иные ресурсы нашли азербайджанские руководители «нефтянки» для выполнения плана. Первого апреля 1931 года на первой странице «Правды» было напечатано приветствие генерального секретаря ЦК ВКП(б): «Приветствую рабочих и административно-технический персонал Азнефти и Грознефти с выполнением пятилетки за два с половиной года. С победой, товарищи! Да здравствуют рабочие СССР, разбившие цепи капитализма и ставшие хозяевами своей страны! Да здравствует Советская власть! Да здравствует партия большевиков! И. Сталин».
Между тем на последний год пятилетки для бакинского и грозненского нефтяных районов был определен объем нефтедобычи в 40 миллионов тонн. «В этом случае, — пишет А. Матвейчук, исследователь истории азербайджанской нефтяной индустрии, — возникает закономерный и недоуменный вопрос: что же такое сверхъестественное могло произойти на промыслах всего за три месяца 1931 г.? Ведь планы предыдущего года не были выполнены… И каким образом руководству “Со-юзнефти” удалось убедить генсека Сталина, что отрасль досрочно справилась с грандиозным пятилетним заданием?»
Изучение документальных источников, пишет историк, показывает, что, очутившись в сложном положении и постоянно помня о «кнуте» ОГПУ, руководители нефтяной промышленности сделали ставку на всемерное наращивание фонтанной добычи. Уже в 1930 году ее доля в общем объеме производства нефти возросла до 47,55 % по сравнению с 32,45 в 1927-м. Именно это позволило увеличить объем нефтедобычи на 26,6 % и вплотную приблизиться к контрольным цифрам пятилетки. С началом 1931 года наращивать фонтанную добычу стали еще более интенсивно. Для этого в ход шло все. И если в 1930 году среднесуточное производство составляло 27 тысяч тонн, то всего за три месяца 1931-го за счет «фонтанной» нефти оно было доведено до 58 тысяч тонн. Об этом рекорде глава «Союзнефти» доложил председателю ВСНХ Г. К. Орджоникидзе вкупе с заверением, что подобный показатель будет не только удержан, но и увеличен еще в несколько раз. В справке, подготовленной для ВСНХ, наряду с рекордами «Азнефти» и «Грознефти» в первом квартале 1931 года, была указана и суммарная нефтедобыча за первые годы пятилетки (1928–1930), она как раз и составляла 40 миллионов тонн.
«Сейчас трудно найти ответ, каким образом в ходе прохождения по бюрократическим лабиринтам ВСНХ и партийного аппарата объем суммарного производства нефти за первые три года пятилетки был представлен генеральному секретарю ЦК ВКП(б) Сталину в качестве уже достигнутого уровня годовой нефтедобычи, — пишет А. Матвейчук. — Но произошло это именно так, и в результате последовало вышеупомянутое первоапрельское поздравление от “вождя советских народов” в адрес бакинских и грозненских нефтяников». А через два дня там же, в «Правде», было опубликовано обширное поздравление нефтяникам от «беспартийного пролетарского» писателя Максима Горького: «Горячо поздравляю товарищей рабочих-мазутчиков Баку с прекраснейшей победой! Товарищ Сталин сказал, что у нас есть все объективные условия для победы социализма и дело за условиями субъективными. Эти условия целиком сводятся к двум: одно из них — сознание рабочим классом цели своего героического труда, другое — сознание, что для концентрированной трудовой энергии нет препятствий, которые она не могла бы преодолеть. Вы, товарищи, выполнив пятилетку в два с половиной года, доказали, что оба эти условия у нас налицо. Ваша победа послужит вдохновляющим примером для рабочих всех областей промышленности, добывающей и обрабатывающей. Вашей победой вы еще раз сказали врагам Союза Советов, как богатырски выросли вы за тринадцать лет, как велика ваша сила, как организована воля. Привет победителям! Путь от победы к победе становится все свободнее, шире! Да здравствуют победители и вожди их! Максим Горький».
 
Советские нефтяники переживали триумф. На Первом съезде Союза рабочих нефтяной промышленности СССР, прошедшем в Баку 15–20 апреля 1931 года, и доклад, и все выступления гремели об одном — о «славной победе нефтяной промышленности». Съезд принял решение об очередных задачах профсоюза нефтяников и призвал всех его членов «к дальнейшей борьбе за выполнение плановых заданий».
Нефтяная отрасль была объявлена «маяком пятилетки». 31 марта 1931 года Президиум ЦИК СССР наградил объединения «Азнефть» и «Грознефть» орденами Ленина. Орденов Ленина и Трудового Красного Знамени были удостоены 55 работников «Азнефти» и 35 — «Грознефти», включая руководителей объединений, Михаила Баринова и Сергея Ганшина.
В течение апреля 1931-го — череда разнообразных местных награждений: почетные грамоты, переходящие красные знамена и вымпелы — лучшим производственным подразделениям и ударникам социалистического соревнования.
Были поощрены новыми должностями руководители нефтяной промышленности: председатель правления «Союзнефти» Георгий Ломов назначен заместителем главы Госплана СССР, а его место в объединении занял Сергей Ганшин (1895–1937), ранее первое лицо в «Грознефти», показавшей «яркий пример самоотверженной борьбы за выполнение пятилетнего плана». «Один из передовых отрядов пролетариата СССР — нефтяники — своим победоносным наступлением на фронте хозяйственного строительства на деле доказали силу и мощь рабочего класса и правильность генеральной линии партии, — писал, не экономя на пафосе, новый руководитель отрасли в журнале “Нефтяное хозяйство” (1931. Ns 4–5). — Новой расширенной нефтяной пятилеткой предусматривается добыча нефти на последний год пятилетки в 46 млн т. Выполнение этой пятилетки позволит не только полностью удовлетворить потребности внутреннего рынка, но и без ущерба для этого рынка еще более развить нефтеэкспорт». Несмотря на то что «вредители именно нефтяную промышленность избрали одной из главных для своих подрывных операций», автор выразил полную уверенность, что «в активности рабочих масс, в дальнейшем развертывании социалистического соревнования и ударничества, в дальнейшей борьбе за технику — залог выполнения нового, расширенного плана нефтяной промышленности».
А потом… фонтаны начали иссякать. С катастрофической быстротой и к ужасу новых начальников «Союзнефти». Резко снизилась суточная нефтедобыча. План третьего квартала был с треском провален. Правительство отреагировало на это привычным образом: очередной аппаратной реорганизацией. Восьмого октября 1931 года Президиум ВСНХ СССР принял решение о расформировании Всесоюзного объединения «Союзнефть» и о создании Главного управления по топливу с наличием в нем Нефтяного сектора, который возглавил Сергей Ганшин. В Баку и Грозный полетели телеграммы и письма с требованиями немедленно принять меры по преодолению отставания от пятилетнего плана. Все было тщетно. Нефтяные фонтаны продолжали угасать. За весь 1931 год в СССР добыли лишь 22 миллиона 392 тысячи тонн нефти. Мыльный пузырь «грандиозной победы советских нефтяников» оглушительно лопнул.