Однажды, я выросла (СИ)

Баш
Я спешил как мог, чтобы успеть сопроводить свою жену на бал, неожиданно эта затея с браком пришлась мне по душе. Мари милая и неиспорченная девушка, спокойный нрав и скромность как порыв свежего ветра в удушливой полной благовоний комнате. Эти дни проведенные с ней мы всё наблюдали и анализировали насколько она посвящена в планы отца. Пока есть полное ощущение, что она все понимает, но инициативы не проявляет, а с этим вполне можно работать, жить и любить.
Она совсем не похожа на этих девочек, которые приезжают сюда дебютировть. Её поведение восхищает меня и настораживает. Она сильная, чуствуется внутренний стержень, и одновременно я ощущаю в ней эту чудовищную хрупкость, кажется её удивляют и тревожат самые банальные вещи на свете, она уязвима ко всему, как будто у неё совсем нет никакой защиты. И мне почему-то хочется быть её защитой, быть тем на кого она сможет опереться и наконец показать себя во всей красе. Она так искренне благодарна за любую мелочь— такое сокровище надо беречь и защищать. Её доверие заслужить будет невероятно сложно, но, пожалуй, хочется этого слишком сильно, чтобы себе в этом отказать. Хочется всегда видеть это особенное выражение в её глазах — словно ты герой, который может всё на свете. Наверное правы барды, ради сохранения этой иллюзии в её глазах и впрямь можно стать героем.
Ощутил что на лице держится широкая улыбка и покачал головой — влюбился не иначе. С другой стороны, это моя жена, имею полное право влюбляться.
Я поспешил переодеться и предвкушающе улыбаясь вошел в зал, зная, что Мари уже отправилась сюда час назад. В зале её не наблюдалось, тревога нарастала стягивая грудь. Рикан вышел из за поворота с какой-то из фрейлин не видел сейчас её лица. Сосредоточился на том, чтобы уловить знакомый обрис лица или силуэт.
— Где Мари, Рик? — сходу спросил я.
— А я думал она с тобой, братец, даже простил вам ваше отсутствие. — начал было брат с усмешкой, но осёкся. — Тебе пора, милая. — отослал он свою спутницу через мгновение. — Что случилось, Баш? — в миг стал серьёзным он.
— Я пока не знаю, но её нигде нет, а ты знаешь какая она ответственная, уже должна быть здесь с час. — выдал я несвязный лепет, надеясь выглядеть её в толпе придворных и понимая, что если бы она была тут, я бы ее уже нашел.
— Соберись, и расспроси слуг, Франц сейчас подойдёт. Она не смогла бы пропасть. Слабая молодая девушка в ночи покидающая дворец в разгар бала. Тем более после её подвига при захвате дворца, практически каждый воин знает её в лицо.
Глаз короля стремительно приближался, лицо напряжено.
— Где Мари, Франц? — опустив приветствия обратился я.
— Сегодня во дворец прибыл виконт Лаво, скорее всего она с ним.
— Хорошо, где они могут быть? — терпеливо повторил я, физически ощущая, как остатки самообладания утекают сквозь пальцы.
— Сейчас опрашиваем слуг… — не успел он договорить, как бледный парень в ливрее слуги под присмотром Мигеля предстал перед нами.
— Говори. — поторопил Мигель.
— Виконт Лаво, передал мне записку велел отдать жене бас… — под хмурым взглядом короля, парень быстро исправился. — Леди Бове.
— Что в записке? — отрывисто бросил я.
Парень округлил глаза, понимая что признаваться в том, что читает записки господ неразумно. Я устало вздохнул. И резко ухватив его за глотку приподнял над полом:
— Ты сейчас быстро и внятно скажешь мне, где она. Понял? — парень начал синеть, но закивал вполне бодро. — итак?
— В Жёлтой гостиной, он сказал там будет её ждать.
Мы оставили его там возле входа в зал сами же помчались в сторону Жёлтой гостиной. Тревога стянула грудь мешая сделать вдох. На что может пойти Лаво после неудачи с заговором? Тем более если Мари все таки лишь пешка, к тому же изящным росчерком пера сломавшая многолетнюю интригу тем что повенчалась со мной.
Я издалека слышу звук разбитого стекла, мы втроём буквально влетаем в гостиную чтобы спасти мою маленькую жену и видим, как она стоит над распростёртым на широком столике отцом. Стоит прижимая кинжал к его горлу, из под которого тоненькой струйкой сочится кровь.
 
— Если ты когда-нибудь ещё поднимешь руку на меня или на Лолу, я убью тебя. — маленькая бледная ладошка скользнула ему на лоб, вторая удерживала кинжал. — Ты больше никогда не будешь нас бить, иначе я убью тебя, даже если мне придётся сдохнуть для этого, я это сделаю. Ты понял меня, отец? — он просто смотрел на неё, как и мы все, а по лицу моей равнодушной жены текли слёзы.
— Милая. — она вскинула голову и посмотрела в упор на меня, кажется даже не узнавая, несколько секунд спустя она выдохнула:
— Баш. — и огляделась вокруг. А я смотрел на неё и в душе поднималась волна ярости.
Разорванное платье, одна сторона лица заплыла сплошной синей опухолью.
Она отодвинулась от отца и убрала кинжал.
— Что с тобой стало, дочь? На отца руку подняла… — Лаво слез со стола и, не делая резких движений, отступил в сторону стараясь держать нас всех в поле зрения.
— Я выросла, отец, и теперь могу дать отпор. — она снова равнодушно смотрела на мир. — Запомни, то что я сказала. И крепко подумай прежде чем навредить кому-то из моей семьи.
— Я и есть твоя семья, я твой отец! — воскликнул будущий мертвец, я никогда не прощу ему вида Мари сейчас. И полагаю, она терпела такое не один год. Что ж, за всё надо платить. И он заплатит. Клянусь. Он ублюдок перед смертью пожалеет о том, что родился на свет.
— Моя семья это Лола и…Баш. — с сомнением протянула она оглядываясь на меня. Я поспешил подойти. С усилием кивая своей девочке. Да, я её семья. Я жизнь положу, чтобы показать ей что такое настоящая семья.
Мари
Я была в такой ярости, что совсем не ощущала града ударов, которыми осыпал меня отец, единственной мыслью было достать кинжал в нужный момент. И убить. Я хотела убить его.
Отец так удачно для меня поскользнулся на шлейфе от моего платья, я воткнула брошь ему в бедро и повалила его на стол.
Я хотела убить его. Это бы избавило меня от многих проблем. Это бы избавило мою сестру от многих проблем. Я хотела убить его. Но я не могла.
— Милая… — раздался голос Баша. И в дверях я заметила каких-то людей с которыми был и мой Баш.
Я огляделась вокруг и ощутила, что плачу. Я плакала не от боли. А от того, насколько я всё ещё слабая, раз не могу убить его. Убить того, кто причинил столько страданий. Снова ни на что не способна.
Всё что я могла это сыпать угрозами. Но смогу ли я ещё когда-нибудь подобраться к нему на расстояние удара? Или я упустила свой единственный шанс на его убийство?
— Я и есть твоя семья, я твой отец! — воскликнул отец.
Мне захотелось рассмеяться ему в лицо, но я сдержалась. Не хотелось скатываться в истерику.
— Моя семья это Лола и…Баш? — неожиданно подобрала правильные слова я. Правильные настолько, что в груди потеплело.
Пока предавалась размышлениям о том, что Баш стал мне по настоящему дорог. Сам герой размышлений прижал меня к себе и шумно выдохнул:
— Убери его, Рик.
Затем комната пришла в движение, король отдал распоряжение увести отца куда-то, затем приходили ещё люди. В какой-то момент мы с Башем переместились в кресло, я сидела у него на коленях. Затем пришёл странно пахнущий старик и осторожно ощупал меня под шипение Баша и уговоры Его Величества успокоиться.
Сквозь вату в ушах я услышала:
— У Леди Бове шок, она сейчас не ощущает боли, но как только она выйдет из этого состояния, ей придётся туго. Я бы посоветовал Вам, дать ей вот эту настойку и отдых. Она должна проспать до завтрашнего вечера, а к тому времени я подготовлю, всё необходимое для лечения.
Я слышала всё, но не могла реагировать. Затем Его Величество принёс какую-то красивую красную накидку. Она пахла сиренью. Меня в неё укутали и Баш понёс меня куда-то. Уложил на кровать. В нашей спальне.
— Выпей это, любовь моя. Теперь я с тобой. — Баш говорил ласково как он умеет. Я хотела улыбнуться и сказать ему, что со мной всё в порядке. Но я не ощущала себя и ничего не могла поделать. Всё что я смогла это приоткрыть рот, чтобы ему удобней было вливать мне то что он держал в руках.