Избранное (СИ)

Вот и Нортон не устоял однажды, и те две недели были поистине незабываемы во всех смыслах слова: ломать ребра ему было не впервой, но не в такой же ситуации! Еще и ребята хохотали, как гиены, узнав, чему, то есть, кому он обязан такой травмой… Словом, Либби зашла навестить его в госпитале, принесла фруктов, а потом роман сам собою рассосался, чему Нортон был очень рад: он категорически не умел прекращать отношения с женщинами. Либо его бросали, либо он уходил, но объясняться… это было выше его сил.
Ну а Либби просто сказала: «Ты классный парень, Текс, но, чую, дальше у нас не склеится, так что останемся коллегами, ладно?», и этим дело ограничилось. И хорошо, что разошлись миром и сохранили приятельские отношения: они все-таки частенько пересекались по служебной надобности…
– Что успели нарыть? – спросил Медина, потирая руки.
– Нарыть пока не нарыли, а разведать успели, – Либби поманила их в фургон, где была развернута аппаратура. Скучавшие поблизости Дженкис и Эл тоже подтянулись и кое-как разместились внутри машины – большую часть пространства занимали приборы и сама эксперт. – При желании это не так уж долго…
– Погоди, а где Маккерн с сыном? – спросил Текс.
– Во втором фургоне. Она наотрез отказалась ехать домой. Ну, перекусить м им с пацаном организовали, он дрыхнет сейчас.
– Где ее муж-то? – поинтересовался Медина.
– В командировке аж на другой стороне шарика, – ответил Нортон. – Она просила пока ему не сообщать, у него какая-то важная деловая встреча. Боится, что он все бросит и рванет домой, а какой тут от него прок?
– Угу, ясно… Так, смотрите, – сказала Либби и указала на экран. – Вот те схемы, которые удалось найти в архивах. Коммуникации обозначены зелеными линиями. Даже ваша труба нашлась – вот она.
– Ага… Как мы и думали, часть ливневой канализации?
– Она самая. А та пещера – коллектор, Эл правильно догадалась, – произнесла она, и девушка довольно улыбнулась. – Вот и колодец, который ведет на следующий ярус. Там, по идее, еще кое-какая электрика должна быть, но не представляю, в каком она теперь состоянии.
– Да сгнила наверно, давным-давно, – сказал Пол. – Сейчас-то там сухо, а раньше что было? Неизвестно… Ну или крысы ее погрызли, это они запросто!
– Не перебивай, – одернула Либби и движением руки развернула поверх схемы коммуникаций еще одну. – Вот, друзья мои, то были известные тоннели, а это – те пустоты, которые мы обнаружили при сканировании. Красные линии видите? Часть совпадает с планом… не везде, правда, но тому виной, надо думать, обрушения. А часть…
– Да это не холм, а кусок сыра какой-то! – присмотревшись, восклинул Дженкис. – Сколько же там дыр?
– Сам видишь, полным-полно, – ворчливо ответила эксперт и ткнула пальцем в экран. – Вот отсюда, из коллектора неизвестный тоннель ведет вверх. Но глядите, от него отходят другие! На плане их нет и быть не может, в них нет никакой необходимости.
– Но они существуют… И что, ты хочешь сказать, кто-то прокопал эти лазы нарочно? Крот-мутант, что ли? – пресерьезно спросил Текс.
– Крот или не крот, выяснять вам. А я пока могу только подтвердить, что кровь на решетке принадлежит Ричарду Маккерну, – мрачно сказала Либби и воткнула стилус в тяжелый узел волос на затылке. – И… секунду. Что у вас там?
Она выслушала сообщение, отключила связь и тяжело вздохнула.
– Дроны обнаружили кое-что. Вот, полюбуйтесь…
Взглянув на снимок, Текс подавил желание выругаться, а Эл невольно зажала рот ладонью. Ну, подумал он, ей простительно, в академии, наверно, такого не показывают даже на картинках. И если даже Эл бывала в морге, там тоже вряд ли имелось такое.
Дрон заснял руку. Детскую руку. Правда, узнать ее в этом ошметке плоти можно было только по сохранившейся части кисти, по иронии судьбы – с замолчавшим браслетом на запястье.
– Ее что, жевали, что ли? – подала голос Эл.
– Скорее уж, дробилкой прошлись, – ответил Пол, прокашлявшись. – Либби, там никаких вентиляторов нету? А то ведь если человека в промышленный затянет, фарш получается, тебе ли не знать!
 
– Нет, – покачала та головой, видно, тоже вспомнив то дельце, – конструкцией не предусмотрено. Да и зачем они?
– Чтоб ремонтники не задохнулись.
– Там и естественной тяги более чем достаточно. – Либби почесала в затылке и развернула еще один экран. – Я вот слушала записи ваших переговоров… Ботинок там, значит, валялся? Вроде как пожеванный?
– Мне так показалось, – ответила Эл.
– Ну, его уже притащили… И, – женщина развернулась к ним, – тебе не показалось. Он в самом деле изжеван. И если это сделала не та же тварь, что оторвала мальчику руку, то я съем свой диплом!
– Вот так и слазил техник проверить коллектор… – пробормотал Дженкис.
– За давностью лет уже ничего не установишь, – сказала Либби, – этому ботинку лет сорок самое меньшее. И следов крови на нем нет, так что…
– Угу, техник кинул им в страшилище и утек через люк, пока то жевало добычу, – мрачно пошутил Нортон. – И никто ему не поверил, сказали, поди, пить надо меньше, особенно на службе.
– Ну, насчет этого ты не промахнулся, – ответила эксперт. – Пустые бутылки там в закоулках валяются. Дешевое пойло, его давно не производят. Ну и на этикетках год обозначен, ясное дело, так что можно примерно представить, когда там отдыхал техник. Этот, с ботинком, или другой, уже не важно – больше тридцати лет прошло с тех пор, как последнее плановое техобслуживание проводили.
– Слушай-ка! – заинтересовался Пол. – А не отыскать ли этих техников? Наверняка они еще живы, могут припомнить что-нибудь интересное!
– Ну вот и займись, – согласился Текс. – Надеюсь, хоть записи о нанятых работниках сохранились?
– Ага, есть, – через пару минут ответил Дженкис. – Пойду в нашу машину, попробую выцепить кого-нибудь из этих ребят и убедить их, что я не чокнулся, с такими-то вопросами!
– Я в тебя верю, – серьезно сказал ему Нортон. – Либби, а ты над чем колдуешь?
– Да вот гляжу на снимки, которые Эл сделала.
– На которых Пол глаза какие-то нашел?
– Они самые… Погоди, сейчас компьютер это дело обработает, посмотрим, что там может быть и какого размера…
Ждать пришлось довольно долго – компьютеру не хватало данных для построения модели, да и качество снимков оставляло желать лучшего. Наконец, он все-таки выдал… что-то.
– Ну-ка, поглядим… – Либби развернула изображение и протяжно присвистнула. – Значит, Текс, говоришь, ты не веришь в монстров из канализации?
– Кажется, теперь верю… – ответил он, посмотрев на страшилище, сконструированное умной машиной. – Но что это за тварь?!
– Я откуда знаю? – пожала женщина могучими плечами и повертела модель (удалось достроить только часть щетинистой головы с двумя круглыми глазами, длинными не то усами, не то рогами и вытянутыми отростками неясного назначения, а еще мощную когтистую лапу). – Но это явно не крот.
– Да уж, это какой-то жукоглазый пришелец, – пробормотала Эл. – А оно большое?
– Пожалуй, с крупную собаку вроде овчарки, а то и больше. Точнее не скажу, неизвестно же, какое у нее тело! Если это одна голова или головогрудь… – Либби развела руками. – Можно только гадать.
– Что-то мне эта тварь напоминает… – протянул Текс и поскреб в коротко стриженном затылке. – Правда жука какого-то. Но где я мог видеть такое страшилище?
– В книжке? – поддела Либби. Все знали, что Текс Нортон – не большой любитель чтения. – В музее? В школьной коллекции?
– Да не сбивай ты с мысли! – Он глубоко задумался, но на ум ничего не шло. – Ладно, я выйду покурю…
– Уж будь любезен, не дыми возле машины, – тут же сказала эксперт, – я твой горлодер не переношу! А я пока попробую поиск соответствия изображений запустить, вдруг что найдется?
– Давай, – кивнул Текс и выбрался из фургона.
  
4
 
Уже сгустились сумерки. Впрочем, в большом городе никогда не бывает полной темноты, и если нигде ничего не светится, значит, либо жители ждут авианалета, либо отрубились разом все подстанции. Так или этак – все одно катастрофа.