Избранное (СИ)
– Я запомню, – кивнул оборотень. – Так куда, говоришь, он побежал? Через Фойру, а дальше?..
Я описал, как сумел: Хадрисс кое-что говорил о предполагаемом своем пути. Попросил еще напоследок:
– Фойру минуешь, спой, Хавурр. Может, услышу, на сердце легче станет. Твоего отца я услышал. А получится, так вдвоем…
– Это уж непременно, – фыркнул он. – Но загадывать не стану. Об Эррисе позаботься, а? Я там вон в кустах кое-чего закопал, вряд ли он охотиться сможет, а тут хоть что-то! Ему нужно будет.
– Понимаю, – ответил я. – Беги. Я сделаю, что смогу.
– Спасибо, Север, – серьезно сказал Хавурр и как-то странно сверкнул зелеными глазами.
Ах, Вуррум, какой у тебя красивый сын!
– До встречи!
– До встречи! – сказал я вслед, хотя понимал, что она вряд ли когда-нибудь состоится.
И кто бы мне еще объяснил, как заботиться о сумасшедшем оборотне на грани голодного обморока!..
Глава 15
Я сидел на берегу ручья вторые сутки. По мне, так и полдня было достаточно оборотню, чтобы добраться досюда, даже если он путал следы!
Но что, если Эррис погиб? Мне действительно придется возвращаться и узнавать о его судьбе? Чтобы – гадательно еще! – оповестить Хавурра? (Кстати, о гадании – лишь бы Ясенец не додумался запустить руку в мой кошель с камушками, иначе пиши пропало, надо заново собирать.)
А вернуться придется. Я же пообещал. А я всегда держал слово… Да и чего мне теперь бояться? Эсси больше нет, Хавурр, я надеюсь, успешно унес ноги, а мне самому… Да мне самому милее будет отмель во владениях Великого Нижнего, по которой я выйду, едва замочив ноги, к костру моего рода. И предки потеснятся, принимая меня в свой круг, и спросят…
От мечтаний меня отвлекло чье-то загнанное дыхание. Хорошо еще, я не прямо на тропе разлегся. Спрятался в кусты и, как мог, замаскировал свое лежбище. Опытный охотник заметил бы, а случайный путник или там ретивый стражник – вряд ли.
На поляну выбрел невиданный зверь. Крупный, мне по пояс, не меньше, широкогрудый… Только сейчас светлая шерсть свалялась клочьями, а грива превратилась в бурые сосульки. Это какими же болотами он пробирался? Не теми ли, от которых предостерег нас Ясенец?
Зверь едва держался на лапах, сквозь шкуру проступали ребра. Понятно, оборотень, если долго бежит в зверином обличье, теряет много сил. А охотиться некогда. Да и мог ли он? «Эррис», – хотел я позвать, но прикусил язык. Кто разберет, что у него на уме, он и меня сожрать может! Хотя сильнее должна манить его половина коровьей туши, закопанной Хавурром в кустах. Она уже пованивала, это и я ощущал…
Но нет. Прежде всего Эррис ринулся к ручью. Ну как – ринулся… Просто лапы подкосились, и он упал мордой прямо в воду. Будь это другой зверь, я бы подошел, проверил, не захлебнется ли, в таком состоянии они не настолько опасны, но к оборотню приблизиться не рискнул. Наверно, зря, потому что время шло, а Эррис так и не поднимал головы от ручья, из которого так шумно лакал первые несколько минут.
«Да пропадите вы все пропадом!» – подумал я, выбираясь из кустов и стараясь как можно меньше шуметь. Мог бы и не стараться, Эррис даже ухом не повел. Правда захлебнулся, что ли?
– Эй, вставай… – Я осторожно взял его за гриву у затылка и потянул вверх. Нет, он дышал, это уж точно, напился и отполз, а отключился, наверно, от слабости. – Эррис! Эррис, ты меня слышишь? Я друг Хавурра… Ну приди в себя, кошка ты драная!..
В себя он так и не пришел. Просто я вдруг обнаружил, что сжимаю в руке не клок шерсти, а густые пряди человеческих волос. Очень грязных, должен сказать, спутанных, но несомненно человеческих. У меня под ногами распростерлось нагое тело. Парень вряд ли был старше Хавурра, да и сложения того же: стройный, а сейчас – просто костлявый, изможденный даже, все ребра наружу и позвонки пересчитать можно. Довольно высокий, с меня будет. А лицо…
Тут я перевернул его на спину и задумался. Не видал я таких лиц. Или… Вру! Видел! Много-много лет назад, сколько, я уже не сосчитаю, я встречал подобные черты, но не помню, где родина этого парнишки. Скверная у меня память… Впрочем, может, вспомню еще. Либо сам расскажет, если придет в себя. Не это главное, сказал я себе и выпростал руку из спутанных рыжих косм. Вшей бы не развести…
Холодный ручей – не лучшее подспорье. Спасибо Хадриссу, благодаря его науке я кое-как умел плести берестяные сосуды, греть в них воду, но что толку? Отмыть патлы Эрриса я бы не смог, а потому обрезал их так коротко, как сумел при помощи трофейного ножа (ох, прости, парень, извините, предки, но сейчас не до соблюдения ритуалов!), потом сунул его головой в ручей и постарался смыть давнишнюю грязь.
Эррис при этом начал фыркать, что меня насторожило: если оборотень придет в себя, мне может не поздоровиться. Но ладно, вредных насекомых я вроде не заметил, остальное кое-как отмылось. Целиком сам пусть моется.
«А одеть мне его не во что», – заключил я. Ну ладно, без куртки или рубашки я обойдусь. Но штаны-то на мне одни! Впрочем, об этом я подумаю, когда он очнется. Если очнется…
Стоило об этом подумать, как оборотень со стоном разлепил глаза. Ну да, живучие они твари, мне ли не знать… Вот понять бы только, в себе он или начнет бросаться на всех подряд! Хотя взгляд он на мне сосредоточил, явно удивился…
– Хавурр… – у него оказался какой-то странный взрыкивающий акцент, но слова разобрать я мог. – Хавурр, где мы? Нас что, выпустили?
– Я не Хавурр, я его друг, – коротко сказал я, сторожась. Если вдруг набросится – мне прямая дорога вон на то дерево, там сучья низко, верхушка меня выдержит, а изможденный оборотень туда не залезет, сорвется! – Не выпустили вас. Мы сбежали.
– А где Хавурр?..
Тонкокостная худая рука схватила меня за колено, и поди вырвись! Это он мне, скорее, колено вырвет…
– Он пошел искать отца, – ответил я.
– Я тоже… я… я с ним, мы вместе… – Эррис неловко перевалился на живот, уронил голову на руки, снова приподнялся, и вот так, ползком…
Я не мог на это смотреть.
– Стой, стой… Не так, парень! – Даже в таком состоянии оборотень весил столько, что я чуть не сорвал спину. – Подожди. Ты его догонишь. Конечно, догонишь, он вон погнался папашу искать, а ты уж… Ты же есть хочешь, верно?
Эррис сверкнул на меня глазами, желтыми под темными бровями.
– Хавурр закопал там что-то, – кивнул я на кусты и зажмурился. Я не хотел смотреть, как парень на четвереньках побежит туда и, не до конца перевоплотившись, станет заглатывать подгнившее мясо…
– Благодарю, – тихо сказал кто-то, и я открыл глаза. Эррис сидел напротив, и, хотя я видел, как тянет его к тайнику, говорил со мной. – Ты же не человек?
– Я им был, – мрачно ответил я. – А ты нас спас. Иди, не терзай себя.
– Благодарю, – повторил он, а я отвернулся, хотя не услышал ничего такого.
Хадрисс никогда так не говорил. Никто из знакомых мне оборотней! Но я всегда умел слушать, а мои хозяева любили поболтать…
– Эррис, – окликнул я, и его лопатки вздрогнули. – Скажи, твой народ приемлет оборотней?
– У нас… – Я едва разобрал слова, он заглатывал кусок мяса. – У нас это считается даром богов!
– Тебя поймали и привезли сюда?
– Да…
– Если ты вернешься, тебя не убьют?
Вот тут Эррис обернулся ко мне.
– Нет, – рыкнул он. – Испытание. Но я выдержу. Я уже выдержал! Побег из плена зачтется!
– Тогда, – сказал я, – нам надо придумать, как вернуть тебя домой. И, главное, как найти тебе штаны… Кстати, поди вымойся. Ты и так грязный был, а теперь вообще уделался!
– Угу, – кивнул он и пошел к ручью, спустился вниз по течению, скрылся за кустами, и оттуда скоро раздалось фырканье и шипение.
Вернулся Эррис не скоро, уже полностью в человеческом облике. Кожа у него раскраснелась, должно быть, от холодной воды, кое-где была поцарапана (песком он оттирался, что ли?), но теперь я видел – он чист настолько, насколько возможно отмыться в наших условиях. И да, неровно обкорнанные мною волосы уже превратились в золотистую кудрявую шапку. Скоро совсем отрастут.