Избранное (СИ)

– Как вы узнали? – не слушая ее, выпалила женщина, схватившись за спинку переднего сиденья.
– Я писатель, – глубокомысленно ответил Дэйв, вертя баранку, – но далеко не идиот. Хорошо угадал?
– Д-да, только… ребенка нет. Я… я хотела попросить назад свои письма, – выговорила миссис Фостер, явственно краснея, – а то мало ли…
– Алекс? – Дэйв повернулся ко мне. – Это же не фамильный детский горшок? Ну и… сам понимаешь, для дамы такие компрометирующие материалы…
– Да уж, – усмехнулся я и подмигнул ему. Надеюсь, он понял. – Правда, эти письма еще нужно найти. В документах, которые разбирал я, никакой личной переписки не было, только деловая. Приедем, спросим у экономки, где мистер Уоррен мог хранить подобный архив.
– И… пожалуйста, – пролепетала миссис Фостер, – не говорите никому! Тут…
– В маленьких городках слухи расползаются быстрее лесного пожара, – замогильным тоном процитировал очередной роман Дэйв. Тяжелая у него все же работа! – Мы сами-то не местные, заберем свои сокровища да по домам. А даже если останемся, то вряд ли вон Хелен станет сплетничать с вашими кумушками.
– Не имею такой привычки, – фыркнула та. – Смотри на дорогу! Джон, может, и купит другую машину, а вот другую себя я себе позволить не смогу!
– Хорошо сказано, утащу к себе в рассказ, – одобрил ее брат.
Я же, стараясь не сильно отвлекаться на руку Майи и не сжимать пальцы от щекотки, подумал, что у Генри Уоррена была очень насыщенная жизнь. И тут успел подсуетиться!
Дэйв домчал до Эбервиль-хауса за каких-то полчаса. Ему бы гонщиком быть, а не критиком! Или работа рецензента требует в случае чего умения не только сильно бить, но и быстро бегать?
– Мисс Маккинби, вас не затруднит проводить миссис Фостер? – сказал я, когда помог дамам выбраться из авто. – Хотя, полагаю, она…
– Да что вы! – испугалась та. – Я тут первый раз, клянусь!
– Тем более, – произнес я с нажимом.
– Конечно, – кивнула Хелен и протянула руку гостье. – Идемте. Осторожно, тут высокий порожек…
Дэйв заглушил мотор и посмотрел на меня.
– Думаете, самозванка? Если честно, я в глаза ее не видел, дядя Генри только имя называл.
– Вовсе не обязательно. Однако надо бы проверить.
– Ну, можно спросить у Донован. Она наверняка знает, к кому бегал покойный дядюшка, – непосредственно предложил Дэйв.
– Вот и я так подумал, – усмехнулся я. – Да и вряд ли в этих письмах что-то ценное. Скорее всего обычные записки о свиданиях. Вряд ли там есть хоть какая-то другая информация. Покойный Уоррен вряд ли сочинял любовные опусы на пять страниц, и миссис Фостер тоже не похожа на романтическую девицу, начитавшуюся этих проклятых романов!
– Алекс, дружище, поверьте, – проникновенно сказал он, – именно такие тихони и пишут длиннейшие письма. А вот романтические девицы вполне могут написать что-то вроде «Завтра у калитки», точка. Или даже не писать.
Тут он посмотрел на Майю, ждавшую нас на ступенях крыльца, а я понял, что у меня горят уши.
– Тогда идемте, поищем Донован, – выдавил я.
В гостиной мистер Бейнс с подозрением рассматривал миссис Фостер. Та съежилась в кресле и старалась ни на кого не смотреть, такое внимание явно было ей не по душе. Остальные делали вид, что пьют чай. К чаю ничего не было, и это удручало.
– Тоби, Джонни! Идите выгрузите припасы! – позвал Дэйв. – Я таскал в машину, теперь ваша очередь…
За ними помчалась Бэйби – руководить и контролировать.
– А где миссис Донован? – спросил я. – На кухне ее нет… Мне нужен ключ от кабинета и спальни мистера Уоррена, а он у нее.
Тут я покривил душой: во всем доме не осталось ни единой запертой комнаты. Все двери открыты нараспашку, чтобы наследникам было удобнее искать ценности. Зато это вполне уважительный повод разыскать экономку и кое о чем ее порасспросить.
– Да ее что-то давно не видно, – нахмурилась Эстер. – Кажется, с самого завтрака. Фиона?
– Ну да, она как ушла с подносом, так и не выходила больше, – припомнила та.
– Тогда просто поступим, как в книжках, – фыркнул Дэйв, с намеком глядя на Эстер. – Итак… Представьте, что я инспектор полиции… ну, как наш бессменный Рассел. И я строго спрашиваю: кто последним видел экономку?
 
– Мы! – хором ответили девушки. – За завтраком.
– Неправильный ответ. Она понесла завтрак наверх, следовательно, последними ее могли видеть те, кому она его несла! – воздел палец Дэйв. – Правда, гениальное умозаключение?
– О господи, за что мне это? – в который раз повторила Хелен, взявшись за голову.
– Браво, браво! – похлопала Бэйби. – Так пойдем да спросим у них! Пошли?
И вся эта компания, за исключением мистера Бейнса, миссис Фостер и Хелен, устремилась наверх. Даже Майя пошла с нами, хотя я этого и не ожидал. Я вообще был обижен.
Дэйв стукнул в дверь Дэниела, тот что-то ответил, и Маккинби сунулся внутрь. Я разглядел поднос на столике (завтрак был почти не тронут).
– Не он, – сообщил Маккинби. – Принесла завтрак и ушла. Следовательно…
Тут он сделал еще несколько шагов по коридору и без стука распахнул дверь к Эндрю…
И тут же ее захлопнул, для верности прислонившись к ней спиной.
– Не надо туда заглядывать, – сказал он, выдохнув. Впервые я видел насмешника Дэйва настолько ошарашенным. – Это даже не сюнга. И не «Камасутра», – добавил он, перехватив вопросительный взгляд Майи. – Кстати, а Донован-то еще очень даже ничего! Лишь бы прочие конечности Энди не переломала…
Тут даже до Фионы дошло, в чем там дело (да и звуки доносились весьма недвусмысленные!), и она залилась краской. Эстер сделала вид, что ничего не заметила, хотя я был уверен: она обдумывает новый сюжет.
– Подумаешь, – только и сказала Бэйби. – Ну, тогда будем искать эти письма обычным способом. Хотя…
Она отпихнула Дэйва и тоже сунулась за дверь.
– Скажите, а миссис Фостер – она кто? Ну, такая симпатичная, лет тридцати пяти, блондинка с родинкой на щеке?
В ответ раздалось краткое определение подобных особ, и Бэйби быстро захлопнула дверь.
– Вот видите, она настоящая любовница. Пойдемте письма искать!
И Бэйби потерла руки.
А вот Майя вела себя как-то странно: она принюхивалась, почти как я. Хотя сейчас я ничего особенного не чуял, так, немного веяло какой-то магией, но, повторюсь, тут половина безделушек с таким фоном! Кажется, Уоррен предпочитал коллекционировать непростые вещицы.
– А где искать? – уточнила Эстер. – Кто видел какую-то корреспонденцию мистера Уоррена?
– Думаю, разумнее сначала поискать в кабинете или спальне, – предложила Бэйби, подумав. – И я видела конверты на кухне, хотя это, наверное, слуг.
– Личных бумаг в спальне и кабинете нет, – заметил я. – Во всяком случае, на виду. А тайники мистера Уоррена пока никто не отыскал.
– Он же говорил, что нет никаких тайников! – возразила Бэйби.
– По-моему, какая-то переписка была в сундуках на чердаке, – сказала Эстер и покраснела.
– И в библиотеке мы что-то видели! – вспомнила Бэйби. – Чур, я в библиотеку!
– Надеешься найти еще одну сюнга? – съязвила Эстер.
– Девочки, не ссорьтесь, – сказал Дэйв и взял под руку Эстер. – Мы на чердак. Бэйби, Фиона – за вами библиотека.
– А мы посмотрим на кухне, – решил я совместить два полезных дела. – Посмотрим, что за письма спрятаны там.
– Ну, приступим! – скомандовал Дэйв и вздохнул: – Надеюсь, моя сестрица на пару с Хвалибога не сожрут эту милую женщину.
Вот так мы и разошлись в разные стороны. Вернее, все разошлись, а мы с Майей остались – она все принюхивалась.
– Чувствуете что-то? – спросил я.
– Да, до странности знакомый запах, – нахмурилась она. – Я его чувствовала, и не раз, но… Ну конечно!
– Ну говорите же!
– Идемте на кухню, я расскажу по пути, – Майя взяла меня за локоть. – У меня на родине приняты браки по соглашению родителей. Молодых даже не спрашивают, хотят они пожениться или нет, любят кого-то другого или вообще никого не любят… Словом, чтобы брачная ночь состоялась, в покоях молодых воскуряют особые благовония, и людей, вдохнувших этот запах, охватывает страсть. И то, чем пахнет из комнаты…