Книга драконов

По настоянию Уны Рыцарь Алого Креста освобождается и хватает Эррур за глотку. Но из ее пасти извергается поток мерзостной отравы, и Рыцарь, дрогнув, отступает. Гаденыши — отродье Эррур — кишат вокруг Рыцаря, облепляют его, раздражают Рыцаря, подобно гнусу, но не могут причинить ему вреда.
Выводок Эррур пожирает ее тело, но погибает, попробовав кровь матери.
Уна поздравляет Рыцаря Алого Креста с его первой победой.
В одиннадцатой песне Уна и Рыцарь Алого Креста приближаются к замку Эдема. Уна помнит, что ее отец и мать, законные король и королева, томятся в темнице замка.
Когда герои достигают родного края Уны, она предупреждает Рыцаря Алого Креста, что его поджидает дракон.
Они тайком наблюдают за замком родителей Уны, ставшим для них темницей. Появляется дракон:
 
 
Свирепым ревом отозвался склон,
 
Мир содрогнулся от вершин до впадин;
 
На солнечном холме лежал дракон,
 
Сам, словно холм, чудовищно громаден;
 
Не видывал никто подобных гадин.
 
Небесный герб для зверя нестерпим;
 
Он ринулся, к сиянью беспощаден
 
И гневом сокрушительным томим,
 
Рванулся, яростью дыша, навстречу к ним.
 
 
Рыцарь Алого Креста просит Уну укрыться в безопасном месте перед битвой.
Поэт пробуждает Музу Истории и обращается к ней с призывом воспеть этот бой.
Спенсер описывает огромное тело дракона, сверкание его чешуйчатой брони, подобные парусам крылья, хищные когти и челюсти, чудовищный жалящий хвост и зубы:
 
 
Подобье сокрушительной дубины,
 
Хвост защищал чудовищу хребет;
 
Пестрели на хвосте его пластины:
 
Чередовался с черным красный цвет.
 
Хвост в битве причинял смертельный вред,
 
Окрестность перед гадиной дрожала;
 
Тянулся хвост почти на милю вслед [123],
 
И были на хвосте два страшных жала,
 
Которыми живым погибель угрожала.
 
И зубы в каждой челюсти кровавой,
 
Железные, торчали в три ряда,
 
От крови же казалась челюсть ржавой,
 
И загнивала меж зубов еда:
 
Останки тел, которые туда
 
Попали, алчным схваченные гладом;
 
Там побывали целые стада,
 
Разжеванные ненасытным гадом,
 
И воздух был вокруг отравлен чадным смрадом.
 
 
Дракон приближается к Рыцарю, и сердце того сжимается от страха.
Рыцарь пытается поразить дракона копьем, но не может пробить чешую. Ударом хвоста дракон сбивает с ног коня вместе со всадником.
Рыцарь вскакивает и опять наносит удачный удар. Дракон свирепеет и взмывает в воздух, унося Рыцаря и его коня. Но сопротивляющаяся добыча тяжела, и скоро схватка возобновляется на земле.
Рыцарю удается ранить дракона мощным ударом копья:
 
 
Он заревел, как завывает море,
 
Когда ночной бушует ураган,
 
Свирепствуя во мраке на просторе,
 
И в исступленье грозном океан
 
Бросается на побережье стран
 
Разбуженных, и в небо бьет громада
 
Волн, — зыбкий, но безжалостный таран, —
 
Которому неведома преграда;
 
Взрыв сокрушительный стихийного разлада.
 
 
Дракон истекает черной кровью и извергает из пасти пламя. Даже раненый, он все еще силен. Чудовищным хвостом он обхватывает коня, и Рыцарь падает в грязь. Он снова вскакивает и разит дракона своим мечом, но удар отскакивает от чешуи. Взбешенный Рыцарь снова разит дракона, тот начинает слабеть, но не сдается:
 
 
 
Зверь зарычал, завыл, заверещал
 
И пламень жгучий изрыгнул из чрева;
 
Щит рыцаря уже не защищал:
 
Горело справа, полыхало слева.
 
Так не щадит огонь лесного древа;
 
Тянулись мириады языков
 
К нему из огнедышащего зева;
 
В доспехах раскаленных жар таков,
 
Что рыцарь сбросить их в отчаянье готов.
 
 
Устав от битвы, Рыцарь в изнеможении падает на землю. Он изнывает в раскаленных латах и призывает смерть. Дракон, увидев слабость противника, сбивает его с ног. Но случается чудо: Рыцарь падает в целительный родник с живой водой, хотя поначалу сам об этом не подозревает.
Наступает ночь. Дракону кажется, что он одержал победу в битве. Он горделиво восседает на своем насесте и хлопает крыльями.
Уна молится о своем Рыцаре всю ночь. Наступает второй день битвы. Уна видит, что родник с живой водой вернул Рыцаря к жизни. Он выходит из него преображенный и помолодевший.
Рыцарь застигает дракона врасплох и наносит ему удар по голове, рассекая гребень.
Раненый дракон ревет и встает на дыбы:
 
 
Дракона разъярила злая рана;
 
Он заревел, как сто голодных львов,
 
И вызвал он подобье урагана,
 
Который землю потрясти готов
 
До самых вековых первооснов;
 
Дракон рассек воздушные просторы
 
И, на стихийный посягнув покров,
 
Лишил бы всю вселенную опоры;
 
Валил он дерева, и сокрушал он горы.
 
 
Дракон пронзает Рыцаря острым хвостом, Рыцарь же отсекает его. Дракон в ярости снова атакует, но его подводит раненое крыло. Он вцепляется в рыцарский щит и виснет на нем. Рыцарь сражается, чтобы освободить свой щит от хватки дракона, и вынуждает его разжать одну лапу. Другую лапу Рыцарь отрубает.
Терзаемый злобой дракон извергает пламя:
 
 
Вновь изрыгнул дракон огонь и дым,
 
Кровавая его бесила рана;
 
Был небосвод подернут огневым
 
Подобием сернистого тумана;
 
Казалось, извержение вулкана
 
Свирепствует в долинах и в горах,
 
Дыханьем раскаленным урагана
 
Утесы превращая в дробный прах,
 
Распространяя мрак и страх в иных мирах [124].
 
 
Рыцарь отступает перед огнем и падает. В этот раз он оказывается у подножия древа жизни. Бальзам, струящийся по древу, спасает Рыцаря.
Дракон не может приблизиться к дереву; наступает ночь. Уна непрестанно молится о выздоровлении Рыцаря.
Наступает рассвет третьего дня битвы. К ужасу дракона, Рыцарь встает, полностью исцелившись
Рыцарь Алого Креста вонзает свой меч в пасть дракона:
 
 
Так пал дракон, и дрогнула земная
 
Твердь, по которой кровь его текла;
 
Так пал дракон, и туша кровяная
 
Была земле и небу тяжела;
 
Так пал дракон, как рушится скала,
 
Которую подтачивал упорный
 
Безжалостный прибой, пока дотла
 
Не разорил скалы Нептун злотворный;
 
Так пал дракон, как будто кряж низвергся горный.
 
И содрогнулся победитель сам,
 
Увидев неподвижную громаду,
 
Еще не веря собственным глазам,
 
Приблизиться к поверженному гаду
 
Едва решилась дева, чтобы взгляду
 
Открылся весь чудовищный массив:
 
Зверь, павший вопреки огню и смраду;
 
Героя нежно поблагодарив,
 
Уверилась она: Всевышний справедлив.