S.T.A.L.K.E.R. Кроличья клетка (СИ)
— Игорь? — удивленно повторила девушка, глядя куда-то в сторону всё тем же напуганным пустым взглядом, — это ты?.. Я не вижу тебя…
— Да вот же я, — я погладил сектантку по коротким волосам, — и Лиза вот тут! Ты чего, а?
— Привет! — Лиза села с другой стороны от меня. Если не считать взлохмаченные волосы и размалёванное как у психа лицо, то по взбодрившейся практикантке и не скажешь, что пару минут назад носилась по полю, облепленная насекомыми.
— Я не вижу… — повторила Брелок потухшим голосом, — я ничего не вижу… Я ослеп!..
И правда, глаза её смотрели перед собой и ничего не различали. Нутро моё снова облилось холодом. Как же так? Неужели так газ того бандита подействовал? Видя, как Брелок начала колотить крупная дрожь, а на слепых глазах появились слёзы, я прижал её крепко к себе.
— Тише-тише… Мы что-нибудь придумаем… Всё будет хорошо!.. — успокаивающе бормотал я ей, но сам понимал, что ни черта ничего хорошего не будет. Слепой сталкер, считай, уже ходячий труп. Калеки долго в Зоне не живут, особенно, если она сама их уродует. Правда, знал я одного сталкера, что справляется с одной рукой, потеряв вторую в пасти химеры. Теперь у него протез, да и дело совсем другое. Тут один из главных органов — зрение. Что делать со слепым монолитовцем и как помочь, я не знаю. Но бросать Брелок здесь я точно не буду!
— Давай, вставай, — я помог девушке осторожно подняться. Придерживал её с одной стороны, а Лиза заботливо пристроилась с другой. — Дойдём до остановки, там посидим, подумаем, чего делать…
Обратно шли теперь невероятно медленно. Брелок боялась сделать лишний шаг и споткнуться, переставляла ноги неуверенно, вцепившись в мою руку. Лиза тихо ободряла её, уверяя, что не всё уж так плохо. Мол, живут люди и слепые. Вряд ли её слова хоть как-то утешили бедную фанатичку. Мысли у меня в голове крутились, сбивали друг друга. Одна была хуже другой. Начиная от общего хренового положения, до состояния сектантки и потерянной собаки. И внезапно их разогнал громкий громовой выстрел. Заставил нас остановиться в нерешительности, слушая, как он растворяется в тумане, переплетаясь с паническими криками.
— Костя! Это точно он! — обрадованно воскликнул я, — Брелок, слышишь?! Воюет там с кем-то!.. Ой, блять.
Отпустив руку Брелок, я строго наказал Лизе идти за собой след в след и не отступать ни на шаг. Девушка, несколько испугавшись ближней пальбой, быстро кивнула, крепче сжав локоть сектантки. Я старался идти быстро на звуки стрельбы и воплей, но при этом часто оборачивался, проверяя, не отстали ли девчонки. Резво взбежал на пригорок, потеряв ненадолго из виду Лизу с Брелок. Присев на одно колено позади остановки, я упёр приклад автомата в плечо, глядя поверх мушки. Конечно, ничего не видел кроме поднадоевшей белизны. А пальба, между тем, стихла…
— Эй! — выкрикнул я, — Костя, не шмаляй, это мы!
— Водяной! — с восторгом и облегчением выкрикнул где-то в тумане лаборант, — Лиза с тобой?! С вами всё хорошо?!
Перед каменным домиком, выплыла из белых облаков фигура Михайлова. Напуганный, тяжело дышит и раскраснелся после стрельбы, но осчастливленный нашим появлением.
— Господи Боже! — воскликнул он, вытирая пот со лба рукавом зелёного комбинезона, — вы не представляете как я… Да что я-то?! Вы все целы?! Лиза, вы в порядке?!
— Брелок у нас ослепла, — хмуро ответил я, помогая Брелок подняться на крутой холм. Всплеснув руками, Костя быстро затолкал пистолет в кобуру и подскочил к нам, придержав Брелок подмышку. Мы усадили её на холодную деревянную скамью под каменным потолком остановки, и Михайлов поспешил помочь Лизе подняться к нам. Я же встал рядом с Брелок, разглядывая её. Из-за застывшего, ничего не выражающим взгляда, казалось, что сектантка ушла глубоко в себя. Пока я не стал беспокоить напарницу, а спросил у лаборанта:
— Саяна не видал?
— Нет, — тот мотнул головой, поправил очки указательным пальцем, — зато, не поверите, кто на меня тут напал…
— Кто? — не дожидаясь ответа, я сложил ладони рупором и крикнул в однотонную пустоту, — Саян!!! Ко мне, Саян!
Никакого ответа. Грудь начинала болеть сильнее, и снова каждый вдох давался с трудом. Пальцы подрагивали, желая поскорее ощутить мягкую тёплую чёрную шерсть. Я чувствовал, что пёс где-то совсем рядом, но почему-то не отзывается. Будто проклятая стена тумана мешает ему.
— Саян! — снова прокричал я и обреченно выдохнул, — ну так и чего у тебя тут было? Кто напал-то?
— Мертвецы, — хрипло и мрачно выдал Михайлов, отчего-то таким же невидящим взглядом, как у Брелок, глядя в туман, — мертвецы приходили… Я по ним стрелял…
— Какие мертвецы? — я непонимающе сощурился, слыша за спиной потрясённый напуганный вздох Лизы, — зомби, что ли?..
Тонкий визг-скулеж прорезал безмолвие тумана, ударив острой стрелой в сердце. Оно болезненно скрутилось, обливаясь кровью, падая в ноги и подкашивая их. От этого звука замерли и замолчали все, уставившись в одну точку. Там, где оканчивалась дорога и начиналась трава, зашевелилась чернота. Ступила лапой на асфальт и рухнула со стоном.
— Ты куда стрелял?.. — я сделал первый шаг, не видя вокруг больше ничего, кроме содрогающегося чёрного комка, — ты куда стрелял, ублюдок?!!
В несколько быстрых шагов добрался до края газона, упал рядом с трясущимся в судорогах псом на колени. Шерсть на груди и левом боку взмокла от крови, из открытой пасти пенилась кровь. Глаза любимого пса демонстрировали только налитые кровью белки. С каждым частым выдохом выходил сиплый скулёж.
— Игорь! Я клянусь, я в зомби стрелял! Там не было твоего пса!
— Саян… — боясь трогать развороченную пулями грудь, я аккуратно приподнял голову собаки, ощущая горячее дыхание, — братишка! Саянушка!
Со скрипучим всхлипом, пёс судорожно дёрнул всеми четырьмя лапами и выпустил из лёгких последний вдох… Это как сон. Самый худший и самый страшный. Такого быть не может. Хватая воздух ртом, я прижал тёплую морду овчарки к своему лицу, и зарыдал в голос как мальчишка, потерявший единственного верного друга…
Глава 5
Его шёрстка тёплая, мягкая. Может быть, он просто без сознание? У него же большая потеря крови! Надо как-то помочь!.. Как-то на «Агропроме» он крепко подрался с матёрой пси-собакой. Этот кобель-мутант оцарапал когтями ему левый бок и прокусил правую переднюю лапу, да так, что кость повредил. Я на руках нёс Саяна до самого дома Болотного Доктора, и он неделю выхаживал моего друга… А что теперь? Что я могу сделать?! Но я должен что-то сделать! Я ведь могу еще спасти своего лохматого братишку!
— Игорь… — чья-то рука тронула меня за плечо, сжала пальцы и слегка встряхнула, — Игорь, ты…
— Отвали! — развернувшись, я со злости оттолкнул кого-то от себя. — Ты не видишь, у меня Саяну плохо?!
— Прости… я, правда, не вижу…
Мутная пелена начала спадать с глаз, возвращая меня обратно в туманные поля. Костя и Лиза стояли на платформе, глядя на меня с сожалением и будто виновато. Девушка вытирала рукавом оранжевого комбинезона под глазами. Кажется, плакала. Рядом со мной на асфальте сидела Брелок, слепо водя рукой по воздуху, пытаясь отыскать меня.
— Брелок… — перехватив ладонь, я крепко сжал её. Невидящий взгляд монолитовки на миг остановился на мне и проскользил дальше. — Саян тут… он… он!..
— Я поняла это, — не вырывая своей руки из моего захвата, фанатичка осторожно встала на колени и подползла ко мне ближе. Дотронулась до морды затихшего пса, провела пальцами осторожно до его макушки, — я только начала привязываться к нему. Игорь, я не знаю, что сказать… Наверное, ума для этого не хватает…
— Я не хочу!.. — плотно закрыв глаза, я ткнулся лицом в горячую щёку сектантки, всхлипнув от новой подкатившей горечи, — не хочу этого!.. Мне нужен живой Саян! Живой, понимаешь?!
— Кажется, понимаю, — Брелок несмело обняла меня за плечи, — я тоже терял…
Смесь в душе была страшная. Хотелось орать, выть, стрелять, пинать, втаптывать в асфальт до кровавых ошмётков. Кого? Не важно. Лишь бы это помогло вернуть Саяну жизнь! Вернуть нас обратно на «Янов», на момент, когда я согласился сопровождать проклятых учёных! Лучше бы они сдохли! Эта тупая манда Лизка и её дружбан идиот Костя! А не МОЯ собака!