Дети драконов (СИ)

Я помахал ей издалека, но Шуна ничем не выдала, что заметила меня. Только когда я подошел совсем близко, молча кивнула. Капюшон наполовину скрывал ее лицо, я видел только сурово сжатые губы. Ребенок тихо спал в перевязи у нее на груди, и проклятья над ним больше не было.
– Здравствуй... Знаешь, там один глупый парень хочет поговорить с тобой.
Она опустила капюшон, и я вздрогнул. От длинных волос остались только упрямые короткие завитки... Она остригла свои густые темные локоны почти до самых корней, и теперь сама походила на мальчишку-подростка.
Темные глаза посмотрели на меня холодно и тяжело.
– Зачем?
– Не знаю, – ответил я после короткой паузы, с трудом отведя взгляд от ее головы. – Наверное, затем, что он не чужой тебе человек. Вам есть, что обсудить.
Она повела плечом и снова уставилась на деревенских сорванцов.
Очевидно, это означало «нет».
– Пожалуйста, Шуна.
– Если ему так надо, пусть придет сам.
Я вздохнул.
– Ох, боги... не глупи. Он не может. И долго еще не сможет. Лиан сейчас слабей своего сына.
– Это мой сын.
– Это ВАШ сын. Общий. Пожалуйста, позволь мне отвести тебя к нему.
– Нет. Нам не о чем больше разговаривать, – Не отводя глаз от играющих детей, Шуна добавила: – У него своя жизнь, у меня своя. В ней нет места для сопляков, которые не умеют держать свое слово и нести ответственность за свои слова и дела.
Я понимал, что сейчас только от меня зависит будущее этих двоих. Останется ли в нем место хоть для чего-то светлого.
– У тебя будет хорошая возможность сказать это ему в лицо.
– Не хочу...
– Шуна, прости меня пожалуйста, но ты сама ведешь себя как соплячка. Взрослые люди не решают проблемы таким образом. Вам НАДО поговорить. Хотя бы один раз. Потом ты можешь делать, что угодно. И уже не пожалеешь никогда, что не сказала самое главное.
Она посмотрела на меня внимательно, долгим пронзительным взглядом.
– Хорошо тебе боги язык прицепили, Высочество... и ума вложили побольше, чем некоторым. Так и быть... пойдем. Твоя взяла. И правда, я не хочу ни о чем жалеть.
4
Лиан все-таки уснул, пока я искал Шуну и уговаривал ее прийти. Когда мы ней вошли, его плотно сомкнутые веки даже не дрогнули. Зато дрогнуло лицо Шуны – похоже, она рассчитывала увидеть зрелище хоть немного более обнадеживающее. Наверное, думала, что Дани способен творить чудеса... Увы, не все можно исправить сразу.
– Ли... – я осторожно тронул его за плечо. – Эй, братец... Шуна здесь.
Его глаза распахнулись, а сердце ударило в ребра так, что дрогнул воздух по всей комнате.
«Спасибо»
Я помог ему сесть повыше.
Шуна стояла у окна и гладила по голове спящего малыша. Взгляд ее был устремлен куда-то очень далеко.
– Здравствуй, Шуна...
– Погано выглядишь, – сказала она вместо ответного приветствия, так и не посмотрев на Лиана. – Краше в гроб кладут.
– Да... – зато сам он не сводил с нее глаз. – Ты тоже... изменилась.
Лицо Шуны перечеркнула усмешка.
– Не нравится? – она наконец обернулась к нему и скрестила руки на груди прямо поверх малыша. – Вот и прекрасно.
– Зачем? – в голосе Лиана отчетливо звучала боль. – Зачем ты так с собой?
– Тебе-то не все ли равно? – Шуна усмехнулась, прищурив глаза. – У тебя теперь есть кем любоваться.
Я осторожно отступил к двери. Тут явно не было места для третьего.
– Нет! – Шуна резко повернулась ко мне и пронзила своим острым темным взглядом. – Останься.
Я не понял, зачем ей это, но кивнул на всякий случай, боясь сделать только хуже. И прислонился спиной к дверному косяку.
– Шуна... – Лиан наверняка уже сто раз пытался подыскать нужные слова, но даже теперь с трудом извлекал их из себя. – Послушай... Я знаю, что сильно виноват перед тобой. Я все сделал не то и не так. Все испортил... Но, пожалуйста, давай попробуем начать все с начала. Клянусь, я больше никогда не брошу тебя одну. Я могу быть хорошим мужем. И хорошим отцом. Правда!
Шуна покачала головой.
– Только до того момента, пока эта маленькая ведьма не поманит тебя пальчиком снова. Нет уж, я не хочу еще раз проходить этот путь. Мне хватило.
 
Между ними повисло молчание, и оно было тяжелым, как ледяная глыба. Моему глупому бестолковому брату и хотелось бы сказать, что Шуна ошибается, но он не мог. В глубине души мы все знали – она права...
– Я хочу увидеть сына.
– Он больше не твой.
– Шуна... Ты... – на лице у Лиана отчетливо проступило отчаяние. – Ты не можешь так говорить! Пожалуйста!.. Я ведь... я нашел для него имя.
– Оставь себе. Для нового ребенка, которого родит тебе эта сопливая дрянь.
– Нет! – я не знаю, откуда Лиан нашел в себе силы, но он рывком сел в своей постели и как будто даже собрался выползти из нее. – Это имя для нашего с тобой мальчика! Я знаю это! Фарр сказал, ты ждала, пока я сам нареку его...
– Фарр ошибся. У моего сына уже есть имя. В мире существуют и другие люди, которые могут нарекать чьих-то младенцев.
– Но... – растерянность на его лице была огромной и граничила с отчаянием. – Кто?
– Не твое дело, – Шуна смотрела на Лиана без единого проблеска милосердия. Впрочем, спустя пару мгновений она почему-то передумала. – Это сделал брат твоей ведьмы. И у него славно получилось. Мне нравится.
Лиан закрыл лицо руками. Похоже, именно в этот миг он до конца осознал, что все действительно кончено. Мне было искренне жаль его. И я удивился, когда он отнял ладони и сказал твердо, как никогда:
– Что бы ты ни говорила, Шуна, я отец этого ребенка. И я имею право дать ему имя. Пусть то, которым нарек его Вереск остается ему тайным именем... это будет хорошо и правильно. Но мое имя ты возьмешь тоже. И для всех остальных, кроме самых близких его будут звать Радэли. Я мало что могу сейчас дать, но от этого дара ты не имеешь права отказаться. Имя станет оберегом для мальчика, оно будет хранить его.
Шуна фыркнула, усмехнулась, но почему-то все же кивнула.
– Хорошо, Лиан Даэл. Считай это м о и м последним подарком тебе.
Я едва успел отодвинуться от двери, когда она стремительно пересекла комнату и вышла прочь.
– Проклятье... – Лиан снова закрыл лицо руками и сидел так, не говоря больше ни слова.
Я налил в резной бронзовый кубок немного молодого вина и сунул ему под нос.
– Выпей. И ложись спать. Не думаю, что здесь еще можно что-то исправить... но когда-нибудь тебе точно станет легче.
5
Я был уверен, что Лиан уснет почти сразу – его тело очень сильно нуждалось в отдыхе и восстановлении – однако брат все лежал, уставясь в стену перед собой сухими блестящими глазами. Даже вино не свалило его.
– Похоже, – промолвил он спустя вечность, – моя жизнь кончена.
Его боль я привычно ощущал, как свою.
– Да ну брось! Ты просто здорово устал. Надо для начала отскрести себя от постели, помыться и нормально пожрать, а там, глядишь, и все плохое покажется не настолько ужасным.
Уголки его губ дрогнули, словно хотели сложиться в улыбку.
– Фарр... – он глубоко вдохнул, как перед прыжком в ледяную воду. – Ты разве еще не понял? Я думал, ты почувствуешь это первым...
– О чем ты? – у меня по хребту проползла холодная ядовитая змея.
– Я... Фарр, я больше не маг. Все повторилось... Я лишился Силы.
Змея вонзила свои клыки в основание моего черепа, залив глаза пеленой черноты.
Ну конечно... Вот что было не так! Я сам слишком устал и думал только о себе и своих радостях, а потому мой разум до последнего не впускал эту страшную новость.
– Но... – на подкосившихся ногах я рухнул в стоящее рядом кресло. И тут же ухватился за спасительную мысль: – Это не может быть правдой! Я ведь слышал твой голос! Внутри!
 
Лиан потер свой шрам, но тут же уронил руку.
– Возможно тебе просто показалось. Смотри, – он вытянул перед собой ладонь и долго держал ее так, пока виски не покрылись каплями пота. – Я ничего не могу... Огонь ушел.