Печать пожирателя 10

Она сказала это с такой лёгкой, почтительной опаской, что я ей почти поверил.
Почти.
М-да…
Несмотря на все свои усилия, с момента пробуждения на Земле я всё время был чьим-то объектом внимания — и продолжаю им оставаться! И вниманиме стало таким, что скрываться уже точно не получится.
Да и не хочется.
Совет, сам того не зная, подтолкнул меня к активным действиям. Они сами выкопали себе могилу…
  
— Движение! — голос Линь Шу в нашем общем канале оборвал мои мысли, — Цель покинула высотку! Выезжает на поверхность с северного выезда и будет двигаться к мегабашне «Чёрный лотос» почти без сопровождения. Кортеж из трёх бронированных лимузинов и шести гравициклов эскорта. Прибывает по проспекту Тысячи Фонарей в сторону набережной!
— Следуем за ним, сестрёнка, — произнесла Мэйли.
— Понял, — подтвердил я и выкрутил ручку газа до упора. Гравибайк с тихим свистом рванул вперёд, разрезая спёртый воздух нижнего яруса. Я обошёл Мэйли и рванул в сторону кортежа.
Преследование началось.
  
Глава 8
 
Затонувшее наследие. Часть 3
 
Мы с Мэйли, будто два призрака, скользили в потоке транспорта, управляемого уставшими после рабочего дня горожанами «нижнего» Шанхая. В отличие от «верхних» районов, автострад с автопилотами тут не было, и все водили по старинке — самостоятельно.
Чуть впереди, по затянутым дымкой улочкам, ехали длинные чёрные лимузины с тонированными стёклами, и сопровождающие гравибайки, управляемые фигурами, затянутыми в кожу.
— Во сколько встаёт солнце? — поинтересовался я по связи.
— В шесть тридцать, через четыре часа. Нам хватит, — тут же отозвалась Мэйли, — Прижмём гада!
Стороннему наблюдателю было бы непонятно, в каком именно лимузине едет старейшина — чёрные мобили были одинаковые. Однако для меня никакого секрета не было — от машины впереди исходил тот самый ядовитый энергетический след.
Смесь старой, даже древней, крови, окисленной стали и горькой, затхлой магии. А ещё небольшой след эмоций.
Старейшина «Алых Когтей» чувствовал себя в безопасности, запертый в своём бронированном коконе, окружённый шестёрками на гравибайках. Их эскорт двигался чётко и профессионально, перекрывая все потенциальные углы атаки.
Однако старейшина чувствовал и предвкушение — и вот тут я не мог сказать наверняка, от чего именно. То ли от скорого ужина (кажется, он отыскал себе пару грудастых блондинок и они ехали с ним), то ли от чего-то иного…
Я чувствовал, как мои энергожгуты лениво шевелятся в энергосистеме, словно скучая от этого неторопливого преследования. Мэйли, пристроившаяся слева от меня, казалась совершенно расслабленной, но я видел, как её взгляд, скользя по рекламным голограммам и грязным фасадам домов, на самом деле оценивает каждую мелочь, каждый намёк на угрозу.
Мы проехали ещё пару кварталов, то и дело ныряя под низкие арочные своды тоннелей под жилыми домами, где неоновый свет сменялся густой, почти осязаемой тьмой. И именно в один из таких моментов, когда мы вынырнули из тени под грохот проезжающего над нами поезда, я почувствовал резкий, колючий импульс.
Крошечный дрон, притаившийся под вентиляционной решёткой, на стене слева, развернулся. Его крошечный сенсор-глазок блеснул алым — и тут же все шесть байкеров эскорта синхронно разъехались, разворачиваясь к нам с отработанной слаженностью.
— Нас засекли! — выпалила Мэйли, и её голос в моём наушнике прозвучал не с испугом, а с дикой, ликующей готовностью.
А дальше всё произошло за считанные секунды. Чёрные лимузины взревели двигателями и рванули вперёд, снося с пути груду пустых ящиков. А на нас обрушился шквал магии.
Воздух взрезали синие молнии. С визгом со стены позади нас вырвало кусок бетона. Я рванул ручку газа, и заложил свой байк почти в горизонтальный вираж, пропуская атаку над собой. Гравитация явно протестовала, движки скрежетнули, выравнивая меня буквально в сантиметре от ржавой стены, в которую я должен был врезаться.
Мэйли не отставала. Её лиловый плащ взметнулся, и из складок ткани вырвался сгусток багровой энергии, похожий на живую тень. Он впился в ближайшего байкера, и тот, не издав ни звука, просто замер, а его машина, потеряв управление, врезалась в стену, осыпав всё вокруг снопом искр.
Я тоже не стал церемониться.
Энергожгуты вырвались наружу двумя тонкими, раскалёнными добела бичами. Я тряхнул запястьем — один бич метнулся вперёд, обвил колесо байка второго охранника и рванул на себя. Машина вздыбилась, перевернулась через руль и отшвырнула седока прямиком в ларёк с дешёвой электроникой. Раздался оглушительный треск, и в воздухе запахло палёным пластиком.
Третий нёсся нам навстречу и попытался зайти сбоку, но Мэйли была быстрее. Её рука метнулась вперёд, и в воздухе зазвенели тысячи крошечных кристаллов льда, сложившихся в мгновение ока в идеально гладкое зеркало.
На полной скорости байкер врезался в него… Зеркало разлетелось на осколки, но импульс отразился — несчастного отбросило назад, и он покатился по земле, изодранный в клочья.
Мы рванули вперёд, оставляя за собой хаос.
Трое оставшихся байкеров пытались стрелять в нас, но на одного налетели Хугин и Мунин, исклевав голову вампира прямо через шлем, и он влетел в отбойник. Двух других я просто снёс кинетическими импульсами и заставил врезаться друг в друга.
Мощную защиту их байков и персональных амулетов удалось вскрыть меньше чем за секунду…
Лимузины уже исчезал впереди, нырнув в ещё более узкий проход между громадами домов. Это была уже не улица, а каменная щель, едва пригодная для проезда. По бокам мелькали открытые двери мастерских, откуда на нас смотрели испуганные лица, а спутниковые тарелки, закреплённые на стенах, с грохотом отлетали от капотов лимузинов.
Я пригнулся к рулю, чувствуя, как вибрация проходит через всё моё тело. Где-то впереди завыли сирены — похоже, полиция… Надо было заканчивать это представление.
Один из лимузинов резко затормозил и я добавил вертикальной тяги, потянул руль на себя… Гравибайк взлетел в воздух и проскочил над мобилем!
Обернувшись, я увидел, как Мэйли повторяет мой манёвр — а по ходу ещё и две мины липучки швырнула под себя!
БАХ! БАХ!
Лимузин объял огненный шар…
Мы неслись дальше.
Последние два лимузина рванули в разные стороны — но я знал, за кем мне надо, так что без раздумий рванул влево, в арочный проём какого-то старого, огромного склада. Внутри царил полумрак, нарушаемый лишь аварийными огнями.
Но старейшина «Алых Когтей» не собирался принимать бой здесь.
Его мобиль, не сбавляя скорости, пронёсся через склад, снёс груду пустых ящиков и вылетел с другой стороны здания, прямо на оживлённую рыночную улицу.
Мои энергожгуты сжались в комок, предчувствуя беду.
— Сумасшедший сукин сын! — крикнула Мэйли.
Мы выскочили со склада в тот самый миг, когда лимузин, ревя сиреной, врезался в лоток с морепродуктами. Хруст ломающегося пластика, визг тормозов и оглушительный, влажный шлепок — по рынку взметнулась волна ледяной воды, кусочков льда и извивающихся кальмаров.
Мобиль занесло. Заставляя бросаться в стороны испуганных людей, он проехал по лоткам с дешёвой электроникой, рассыпая искры и ошмётки плат, чиркнул дверью по стойке с бумажными фонариками, которые вспыхнули, как факелы, и наконец, с оглушительным металлическим скрежетом, врезался в несущую колонну торгового ряда.
На секунду воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь треском пламени, шипением короткого замыкания и отчаянными криками продавцов. Воздух мгновенно пропитался едкой смесью гари, озона, жареного масла и свежей морской воды.
  
Мы едва успели затормозить рядом, как дверь смятого лимузина с треском отлетела в сторону, сорванная изнутри с нечеловеческой силой.
Из обломков мобиля появился старейшина.
Высокий, худой, в дорогом, но теперь порванном и забрызганном кровью костюме. Его лицо, бледное, острое и искажённое яростью, с горящими красными глазами, на мгновение мелькнуло в дыме.