"Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Вполне, — кивнул я.
— Если начнутся «танцы», не надо стараться вылечить всех и сразу, вылив к чертям собачьим весь запас целительной энергии и превратившись в неотсвечивающую ветошь, — продолжил майор, пристально глядя мне в глаза, стараясь взглядом поглубже вбить излагаемую информацию в моё сознание. — Главное — обеспечить отход раненых, улучшение их мобильности, а окончательное лечение уже потом, во время антракта, это тоже понятно?
  
Я молча кивнул, не отрывая от него глаз и почти не моргая. Таких увлекательных и лаконичных инструкций в моей жизни ещё не было. Как я понял, моя главная задача — выжить самому и помочь выжить и иметь возможность продолжать сражаться другим. Всё в майоре, начиная от выражения лица и заканчивая манерой разговора, выдавало в нём очень грамотного и подкованного военного специалиста, про таких снимают фильмы и для них льют ордена из чистого золота. Уж он-то точно не пушечное мясо, а разящий меч. И он пока единственный человек, который точно идентифицировал моё личное оружие, другие в лучшем случае говорили «копьё», что само по себе уже неплохо.
— Можешь пока погулять по расположению, жалом поводить, — сказал майор, вставая из-за стола. — Сбор минут через сорок, сигнал не пропустишь, он прозвучит из динамиков в шлеме по выделенному каналу команды. Также в случае необходимости эта система позволяет связаться напрямую с командиром.
Чувствительно хлопнув меня по плечу, он вышел из палатки, оставив меня наедине с моими первыми впечатлениями от общения с «клыкастым волком». Такая надпись красовалась на спине майора, подкрепленная соответствующим грозным изображением. Потом я не спеша поднялся, нацепил на плечо автомат, подобрал протазан и вышел на улицу.
Дело шло к вечеру, солнце плавно приближалось к горизонту и присматривало место для мягкой посадки. Отвлекающий манёвр, для участия в котором я сюда приглашён, начнётся совсем скоро. Чтобы убить остаток свободного времени, я решил пойти поглазеть на технику, которая стояла ровными рядами за пределами палаточного лагеря.
А здесь есть на что посмотреть, раньше мне никогда не доводилось подходить к таким машинам практически в упор. Тут были и танки разной степени тяжести, и системы залпового огня, и мобильные ракетные комплексы. Каждая машина поражала своей мощью и величием. Несущие смерть технологии вопреки здравому смыслу способны вызывать благоговейный трепет.
Немного в стороне стояла техника более скромных габаритов, но от остальной бронетехники её отличала маскировка. Чётко увидеть контуры получалось, только подойдя в упор. Наверно это всё как раз и поедет выполнять тот самый отвлекающий манёвр. Здесь же стоял и тот самый броневик, на котором меня сюда привезли, я запомнил бортовой номер.
Так, подожди, но, чтобы отвлечь внимание от чего-то, надо привлечь внимание к себе, а любую из этих машин на расстоянии больше ста метров почти не видно. Тогда как привлекать? И в чём смысл? Не буду больше забивать себе голову — майор большой, ему виднее.
Я как раз тестировал маскировку техники спецназа, отойдя подальше, чтобы очертания машин полностью расплылись, и одновременно анализируя это с помощью нейроинтерфейса — доступа к такой технологии у моего рода не было, когда в наушниках раздалась команда сбора как раз возле той самой техники. Это я удачно попал, надо просто вернуться обратно к почти неразличимым пятнам, которые только что были двумя лёгкими танками и пятью бронемашинами.
Остальная техника к этому времени уже пришла в движение и стройной колонной двинулась за пределы лагеря, чтобы занять отведённые огневые позиции. Я с уважением провожал взглядом басовито рычащие боевые машины, топая по направлению к точке сбора.
Сюда же довольно быстро, но без лишней спешки стекались военные в таком же снаряжении, как у меня, только без копья. Ещё их отличало отсутствие на рюкзаках, выполнявших функцию разгрузки, красных крестов. Зато на каждом красовался скалящийся волк. Волчата собирались в стаю и готовились к походу.
Все бойцы, собравшиеся в условленном месте, реально выглядели, как матёрые волки. Спокойные лица, внимательный взгляд, широкие плечи, ни одного лишнего слова. Каждый с интересом посмотрел на меня, но ни один не прокомментировал мой протазан. Ни одной шутки и ни одного вопроса. Если так есть, значит, так надо.
Последним подошёл майор, обвёл взглядом присутствующих, коротко посмотрел на меня, потом более внимательно на протазан.
— Что ты умеешь с ним делать? — спросил он так же спокойно.
В его вопросе не было издёвки или прикола, он просто хотел понять, стоит ли мне брать столь негабаритный экземпляр личного оружия с собой в машину. Я осторожно положил на землю автомат, всё остальное мне не мешало. За несколько секунд я изобразил пару резких взмахов и выпадов, закончив демонстрацию круговым ударом, потом застыл по стойке смирно, как парень с веслом.
Если бы я изобразил такое на городской площади, был бы восторг и аплодисменты, здесь же полная тишина. Майор удовлетворённо кивнул и обратился к одному из бойцов, стоявшему позади меня.
— Мишаня, док поедет с тобой, головой за него отвечаешь! А то он единственный, кто тебе может ее прикрутить на место.
Я обернулся к своему новому покровителю. Так называемый Мишаня и, правда, был реальным медведем, а не волком. В его габариты легко поместятся два меня и ещё место останется. Громила довольно мило улыбнулся мне и чуть хрипловатым низким голосом горного тролля изрёк:
— Прошу! — приглашение он сопроводил широким театральным жестом в сторону открытой двери броневика.
— Благодарю, — пробормотал я, кивнул и шустро проскочил внутрь, уже привычно уложив протазан на пол.
Вслед за мной в машину быстро набились ещё четверо солдат. Трое сели так же, как и я, а Мишаня расположился в кресле управления расположенной на крыше пулемётной турелью. И кто такое придумал? Он там смотрелся, как слон в песочнице. Один солдат поймал мой взгляд и усмехнулся.
— Просто если его сюда посадить, будет ещё хуже, — сказал он мне, когда броневик резко рванул с места.
Ну да, в салоне было две пары смотрящих друг на друга кресел и проход в заднюю часть, где располагалась вращающаяся внутренняя часть турели, а на стенах фиксированы ящики с боеприпасами. Если бы Мишаня сел в кресло напротив меня, второй боец наполовину свисал бы в проход.
Во время обеда майор мне очень лаконично объяснил, что суть работы его отряда — раздразнить волну исходящих из аномалии монстров и увлечь за собой, чтобы привести к специально укреплённым позициям, способным сдержать любой напор. Прямо перед позициями мы должны были резко уйти в сторону, и тварей накроет шквальный огонь. Мы же должны будем дополнительно атаковать враждебную биомассу с фланга. Потом всё это повторится ещё раз и ещё. Сколько всего будет этих «ещё», майор не сказал.
Незаметная издалека бронетехника летела гепардом по ровному полю, недалеко от стен города, в сторону входа в Аномалию. Скоро всё начнётся. Я уже приготовился затыкать уши ладонями, но мы внезапно остановились. В навалившейся тишине было слышно лишь спокойное дыхание бойцов и шуршание ветра о выступающие части броневика.
Я нашёл, как открывается бойница и припал к ней. Вдалеке, на фоне багряного закатного неба, поднимались клубы пыли, взбитой ногами сотен и тысяч монстров, объединившихся против общего врага — человека. Видимо, получив новые координаты, цепочка техники снова рванула вперёд, слегка изменив курс. Чтобы пыль не летела внутрь, я закрыл бойницу.
— Слышь, малой, больше никогда так не делай, — сказал сидевший напротив меня боец. — В следующий раз можешь глаз оставить на чьём-нибудь щупальце и гавкнуть не успеешь.
  
Он говорил спокойно, без неприязни, чистая констатация факта, обижаться не на что.
— Понял, спасибо, — сказал я и уставился в покачивающийся пол машины, потом закрыл глаза и начал медитировать, проверяя круги маны и заполняя их до отказа.
Если я правильно понял, мы сейчас обойдём стадо сбоку и сократим расстояние, чтобы была возможность их подразнить. И по мере приближения к мутировавшей орде, чувствовалось сгущение воздуха и усиленное давление энергии Аномалии на органы чувств. Хорошо было бы выяснить, что первично: всплеск энергии или миграция тварей. Явно ведь, что одно стимулирует другое. Мне настойчиво кажется, что именно эти энергетические протуберанцы влекут за собой биомассу, которая должна захватить территорию и очистить от всего живого.