Под завесой страха

— Скоро исполнится пятнадцать.
— Мы отпразднуем твой день рождения, дорогая! — пообещала она приторно-сладким голосом. — Если будешь благоразумной, послушной и оправдаешь наши ожидания, мы купим тебе очень красивый подарок!
Оправдаешь наши ожидания — для чего мне это говорится? Разве я до сих пор не оправдывала ожидания своих родителей? Эти слова пробудили во мне смутное беспокойство. Вопросы буквально роились у меня в голове. Определенно, здесь что-то замышлялось, но эту тревожную мысль я прогнала, чтобы не омрачать своего пребывания во Франции.
  
Прибыв в дом, я познакомилась с двумя своими двоюродными братьями, которых никогда раньше не видела. Пока мы были во Франции, они жили в Алжире, а когда мы переехали в Алжир, они снова приехали жить во Францию.
— Входи, дорогая, ты у себя дома.
— Спасибо, тетя.
— Здесь ты будешь жить, — сказала она, показывая комнату, которую на время уступил один из кузенов. — Размещайся, и встретимся на кухне.
— Скажите, пожалуйста, не могла бы я позвонить Амине?
— Амине, дочери мусорщика?
— Да.
— Иди скорее кушать, — увильнула она от ответа. — Должно быть, ты голодная.
— Пожалуйста, тетя, — настаивала я. — Позволь мне ей позвонить! Я восемь лет ждала, когда смогу это сделать!
— Хорошо. Но только быстро и сразу же приходи за стол.
Я поспешно набрала номер Амины. Сердце у меня буквально выскакивало из груди, я повторяла: «Господи, пусть она окажется дома…» И услышала голос своей подруги!
— Амина, это Самия, — произнесла я, еле дыша от волнения.
Боже, как мне хотелось признаться ей, какой трудной была моя жизнь в Алжире! И как мне не хватало ее поддержки все эти годы! Но я молчала: тетя была рядом, и она услышала бы все, что я говорю. А потом пересказала бы все моей матери… Поэтому я предложила Амине перезвонить мне через час, после того как я поем.
* * *
— Расскажи мне, что происходит на родине, — попросила тетя. — Ты хорошо закончила учебный год?
— Да, с хорошими оценками. Но, к сожалению, я не смогу продолжать свою учебу.
— Не переживай, дорогая, — прервала меня она. — Читать-писать научилась, и достаточно. Сегодня вечером мы все вместе должны обсудить очень важное дело.
Итак, мои подозрения подтверждались: отправляя меня во Францию, родители преследовали какую-то тайную цель.
— Какое дело?
— Чуть позже узнаешь. Но будь уверена, деточка, все хотят для тебя только добра!
Раздался телефонный звонок. Как мы и условились, это была Амина. Узнав, что на проводе снова дочка мусорщика, тетя выразила недовольство:
— Ты же сама знаешь — твоей матери не понравилось бы, что ты общаешься с этой девочкой.
Сделав вид, что не слышу ее слов, я продолжила разговор с подругой, которой мне так не хватало. К сожалению, я не могла рассказать ей всего, так как тетя была неподалеку. Перед тем как попрощаться, я пригласила Амину навестить меня, ведь мне и здесь не разрешалось выходить из дома.
Повесив трубку, я спросила тетю, чем подруга может плохо повлиять на меня. Та возмущенно ответила, что Амина запятнала честь своих родителей, встречаясь с французом. Вот оно что! Какой отчаянно смелой может быть моя подруга! Она всегда знала, чего хочет, и добивалась этого. Разумеется, такие мысли я держала при себе.
Вечером тетя пришла ко мне в комнату.
— Не спишь?
— Пока нет.
— Тем лучше. Я должна поговорить с тобой о чем-то очень важном.
Мне предстояло узнать об истинной цели своего пребывания во Франции.
— Слушаю тебя, тетя.
— Конечно, я бы предпочла, чтобы ты узнала обо всем от своей матери. Но приходится это делать мне. Ты выросла и стала красивой девушкой. Твои родители и я считаем, что пришло время найти тебе хорошего мужа, который осчастливит тебя. И мы нашли прекрасного молодого человека.
— Прекрасный он или нет, но я не хочу замуж! Мне не надо никакого мужчины. Мне всего пятнадцать, и я счастлива с родителями.
— А ты знаешь, что в пятнадцать лет твоя мать уже родила твоего старшего брата?
— Но тогда было другое время! Сейчас не выходят замуж в пятнадцать лет! — Я разрыдалась.
— Твои родители были бы очень расстроены, услышав такие слова. Тебе придется смириться. Выбора нет. Ты должна подготовиться к встрече с будущим супругом и оправдать надежды тех, кто дал тебе жизнь и сделал так, чтобы ты ни в чем не нуждалась.
Тетя продолжала говорить, подробно останавливаясь на том, что я должна делать и чего не должна, когда этот молодой человек придет меня повидать. Казалось, она нервничает даже сильнее, чем я, будущая невеста. В какой-то момент, обнаружив, что я ее не слушаю, она прервала поток своих речей словами:
— А теперь спи. Утро вечера мудренее…
Всю ночь я не сомкнула глаз. Голова была переполнена мыслями. Я сердилась на родителей. Как они могли навязать мне такое будущее?! Я же всегда была очень послушной. Все эти годы я старалась уменьшиться, сжаться в комок, чтобы им было не в чем меня упрекнуть. На смену гневу пришла волна грусти. Почему они так сильно желают отделаться от меня? Мне хотелось, чтобы кто-то объяснил мне это и утешил. Я ощущала необходимость довериться своей подруге, услышать ее совет. Я была одинока и пребывала в полном отчаянии.
Кем мог быть этот молодой человек? Как он может жениться на девушке, которую никогда не видел? Снова и снова я вспоминала наш вечерний разговор с тетей:
«Тетя, могу я кое-что у тебя спросить?»
«Конечно, прекрасная невеста».
«Мне не нравится, что ты так меня называешь».
«Ты права, это еще не стало правдой, но не замедлит произойти».
«Что будет, если я откажусь?»
«Сказать „нет“ не в твоих интересах, дорогая! Буду с тобой откровенна: у тебя нет выбора. Твои родители знают этого молодого человека, так как он работает на твоего отца здесь, во Франции. Он алжирец, как и ты. Абдель Адиб, которому твой отец доверяет в профессиональном отношении, честный и порядочный молодой человек».
«Если отец хочет оставить его себе, — взбунтовавшись, возразила я, — это не причина, чтобы заставлять меня выходить за него замуж…»
В том разговоре я заявила о своем несогласии, одновременно с этим чувствуя, что ничего не получится. Чем больше я прокручивала в мозгу предстоящее, тем безысходнее казалось мне мое положение.
И вот теперь вставало солнце, но я чувствовала себя еще более потрясенной, чем вчера. Ночь не принесла мне решительно никакого облегчения.
— Просыпайся! — жестко произнесла тетя, входя. — Ты наденешь свое красивое красное платье и туфли, которые мать тебе выбрала, а затем придешь ко мне.
Это дорогое красное платье… Мать купила его специально для встречи с возможным супругом! Я возмутилась. Все знали, что затевается, все, кроме меня. Подумать только: раньше я мечтала о том, чтобы надеть это платье! Теперь же я считала его отвратительным. Оно стало свидетельством заговора, составленного против меня. Самой себе я казалась одной из тех кукол, которых наряжают в яркие платья, чтобы быстро и выгодно продать на рынке.
Увидев меня, тетя воскликнула:
— Вы только посмотрите на нее! Дорогая, он будет околдован твоей красотой! И лучше бы ему заплатить положенную цену!
— О какой цене вы говорите?
— Он должен подарить тебе красивое ценное украшение в знак того, что хочет на тебе жениться. Таким образом он выкажет свою признательность твоему отцу. Ты же знаешь, стать зятем господина Шариффа — большая честь. Возможно, молодой человек преподнесет небольшой подарок и мне тоже — в благодарность за хлопоты.
Все шло своим чередом, но я — главное действующее лицо — ничего не могла изменить. Единственное, что мне оставалось, это слушаться и выполнять то, что мне говорили. Все, что я могла, это молить Бога, чтобы я не понравилась этому мужчине и он не захотел взять меня в жены.
  
В дверь позвонили. Я была в панике. Мне нужно находиться на кухне и ждать, когда тетя попросит принести кофе. «Главное, не забудь поздороваться», — наставляла она.