Опасная одержимость бандита

В ответ незнакомец лишь кивает, но даже не забирает бутылку.
– Хотела уехать домой, – вскидываю на него взгляд, тут же посмотрев в сторону и снова возвращаюсь обратно, блуждая по лицу, стесняясь смотреть в глаза. Отмечаю густоту бровей, длину темных ресниц и то, как выглядят его губы, когда падает на них красный свет, или же когда их окрашивает синим или зеленым. Делаю все, чтобы не встречаться с тяжелым взором.
  
– Почему не уехала? – непроизвольно встречаюсь с его взглядом, ставшим более острым, резким.
А на губах так и застывает улыбка, но теперь она кажется хищной.
– Заблудилась, – всматриваюсь в абсолютно нечитаемую радужку синих глаз. Я помню, какие они при свете дня, поэтому кажется, будто отчетливо вижу их цвет.
– Компания твоя где? – лицо вмиг становится жестоким.
– Занята… – что я еще могу ответить. Не говорить же, что мой потенциальный жених забыл о моем существовании и сейчас практически совокупляется с какой-то девицей.
– Езжай домой, – не остается и следа веселости на красивом лице.
– Не хочу, – понимаю, что теперь я никуда не уеду до тех пор, пока не узнаю его ближе.
– Что так? – презрительно хмыкает. – Ищешь приключений, Пуговка?
– Уже нашла, – не знаю, откуда только взялась эта смелость, но я чувствую, если сейчас не сделаю этот шаг, то больше никогда в жизни не встречу этого мужчину.
В воздухе висит напряжение. И теперь он как-то иначе смотрит на меня. Словно оценивая. Совсем не так, как смотрят на маленьких дурочек, а на заинтересовавшую девушку.
По телу пронеосится электрический разряд, разгоняя сердце еще сильнее и впрыскивая в кровь адреналин. Кажется, я играю с огнем, но отступить уже не смогу.
– Не смотри на меня так, – усмехается он.
Я чувствую, как у меня горят щеки, и на мгновение становится страшно, будто я перешагнула черту. Отвожу взгляд в сторону, пряча появившееся смущение, но снова возвращаю его обратно, перебарывая трусость.
– Как – так? – поднимаюсь на цыпочках, стараясь перекричать музыку.
– Голодно, – хмыкает он.
– Я не… – осеклась. – Я даже не знаю, как это.
– Как женщина, которую тянет к мужчине. Которая готова ему отдаться.
Лицо заливает краской, и от его слов сбивается дыхание.
– Тебя тянет ко мне, – выдергивает чеку из гранаты. Как? Как он это понял? Ведь я сама не до конца распознаю свои эмоции. Мужчина оглядывается куда-то, сканирует взглядом зал, а затем снова сосредотачивает внимание на мне. – Хочешь, чтобы я тебя трахнул? – даже под светом неоновых лучей вижу, как изменился его взгляд, становясь темным, тяжелым.
Никогда еще никто не разговаривал со мной так грубо. Но вопреки здравому смыслу ощущаю, как низ живота наливается тяжестью.
– А тебе все равно кого, да? Сделаешь это с любой?
Внезапно стало обидно, что тот, от кого у меня сбивается дыхание и учащается пульс, воспринимает меня как какую-то… дешевку. Неужели я просто нарисовала себе его образ?
– С любой не буду, – смотрит на мои губы. – Тебя вот не стану.
Слова словно пощечина. Никогда меня так не унижали. Даже Роман со своей рыжей…
– Тогда что ты тут делаешь? – сдерживаю всхлип. – Почему стоишь и разговариваешь со мной? Не трать время. Найди ту, которую захочешь…
– Этим и займусь. Но сначала провожу тебя до такси, чтобы ты этого не увидела, – уничтожает меня своим ответом. – И больше никогда не попадалась мне на глаза.
 
Глава 6
 
Мия
Лицо пылает и щиплет глаза. Вместо красивого мужского лица, я вижу лишь его размытый силуэт. Молча открываю и закрываю рот, теряюсь, что ответить на эту грубость. Зачем он так? Зачем унизил меня, заставил себя почувствовать не то что нежеланной, а гадкой уродиной, неспособной вызвать интерес у мужского пола.
Какое-то время еще стою на месте, рассчитывая ударить его в ответ словами и сделать так, чтобы он прочувствовал всю ту боль, что причинил мне. Хочется, чтобы у него щемило в груди и сжимало спазамами горло, чтобы он не мог и звука произнести, зная, что стоит открыть рот, как его разорвут рыдания.
Но все это лишь мои фантазии. Фантазии глупой маленькой девочки, липнущей ко взрослому мужчине.
– Хорошо, – с надрывом выдавливаю из себя, стараясь не разреветься у него на глазах, и кидаюсь снова в гущу людей.
Не успеваю сделать и пары шагов, как меня хватают за руку и тащат в совершенно другую сторону. Оборачиваюсь, увидев блестящие во тьме глаза моего незнакомца. Он тут же отворачивается от меня и тянет к выходу. В это мгновение во мне надрывается какая-то струна. Я понимаю, что это все. Сейчас он посадит меня в такси, и я выполню его просьбу, потому что вряд ли звезды сойдутся так, что мы пересечемся где-то еще на этой планете.
Обида, боль, разочарование и отчаяние смешиваются в дикий коктейль. Шипящий и бродящий под прессом из воспитания, приличий, осознания того, насколько я совершила дурной поступок, и желания во что бы то ни стало понравиться этому мужчине. Ему одному. Все это кипит и бурлит внутри меня, но я больше не могу держать эмоции в себе. Не получается сдерживать их напор, распирающий изнутри. Это предел.
Меня прорывает потоком слез, омывающих щеки и стекающих с подбородка, капающих на кружево.
Я иду следом за высокой фигурой, чувствую его пальцы, сжимающие мое предплечье поверх тонкого кружева. Они жгут. И наверняка там останется ожог, напоминающий о разбитом сердце.
Иду, не разбирая дороги. Слепо следуя тому, кто всего лишь за пару мгновений перевернул мою жизнь вверх дном, превращая в ту, кого я до этого не знала. Сердце рвано стучит, пытаясь выпорхнуть из клетки, а я больше не сдерживаю слез, позволяя им оплакивать мою несостоявшуюся любовь.
– Прекрати, – резко одергивает меня, когда оказываемся в холле. – Где твой номерок?
Слышу словно сквозь толщу воды его бархатный голос, вызывающий теперь только раздражение.
Не дождавшись ответа, выдернул у меня из рук сумочку, отыскивая там номерок и забирая пальто из гардероба.
– Почему? Что со мной не так? – знаю, что сейчас сделает еще больнее, но надеюсь услышать, что не все потеряно и, возможно, у меня есть мизерный шанс.
Он игнорирует меня, молча держит пальто, сверля каким-то хмурым нечитаемым взором.
– Поторопись. Мне некогда с тобой возиться, – звучат слова очередной оплеухой.
Засовываю руки в рукава пальто и позволяю вывести себя на улицу, словно безвольную куклу. Он что-то набирает на телефоне и отводит меня подальше от входа с огромным охранником и очередью, пытающейся проникнуть внутрь.
– Ну так скажешь? – плевать, что решит, будто я душная и липкая, он и так уже навесил на меня ярлык неинтересной, непривлекательной. Вряд ли ситуация может усугубиться. – Почему меня нельзя хотеть? – нет сил даже поразиться собственной смелости и тому, что я смогла произнести эту фразу вслух.
– А ты разве что-то умеешь? – недобро усмехнулся.
– Я многое умею! – слезы высохли, и теперь смотрю на него снизу вверх, задрав подбородок.
– Серьезно? – убрал смартфон во внутренний карман пиджака. – Умеешь сосать член и заглатывать так, чтобы самой при этом кончать от наслаждения? Готова подставить любую дырку, какую только захочу, даже если я люблю анал? – с каждым новым словом все сильнее заливаюсь краской. – Ты вообще представляешь, как выглядит мужской член?
– Конечно… – звучит неуверенно, и он это слышит.
– Или что ты хотела? Думала, поведу тебя на свидание и буду благодарить богов за твою целку, потратив год на то, чтобы ты дала к ней доступ? – выплевывает яд, окончательно разъедая мою душу.
  
– Я не … – пытаюсь повторить это грязное слово, порочащее то, что я оберегала и наивно считала своим достоинством. А он лишь парой фраз превратил это в уродство, дефект, от которого обычных людей тошнит.
– Что не? – вижу издевку и отвращение на красивом лице и чувствую то же самое к себе. Теперь кажусь себе прокаженной. Будто я покрыта язвами, а нутро у меня кишит гадами. Мерзкая, гадкая, отвратительная.