Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
На пороге стоял смущенный Стефаль. Не будь он эльфом, небось еще и переминался бы с ноги на ногу.
Вопрос «а тебе чего?» не прозвучал, лишь повис невысказанным в воздухе. Нежный румянец украсил кончики ушей старосты, когда он озвучил причину визита:
– Лис и Хаг говорили, что вы собираетесь предварительно обсудить тактику взаимодействия в группе. Я хотел предложить помощь и, возможно, совет… как старшекурсник, – прикрылся благопристойным поводом Стефаль.
– О, здорово, заходи! – обрадовался Хаг, хлопнув по дивану рядом с собой. – Нас тут еще и чаем с вареньем угощают!
Иоле отступила, пропуская в комнату третьего гостя. Староста с сожалением покосился на свободное кресло рядом с Яной. Увы, та никакого знака-приглашения не сделала. Наоборот, встала, подошла к шкафу и повернулась к гостю спиной. Бедный эльф опустил было ушки и голову. Но характерное звяканье вернуло парню все радости жизни – девушка доставала еще одну баночку с темно-вишневым содержимым вдобавок к имеющейся на столе ярко-красной. Запомнила, что эльф говорил о своей любви к вишневому варенью! Латте сняла с подогревательной пластины большой чайник.
Осталось только долить чая парням, успевшим выхлебать свой до донышка, выделить посуду Стефалю и углубиться в будоражащее душу обсуждение цветового спектра.
– Значит, так, – с чувством облизнул Лис ложку от вишневого варенья и пульнул косточку на салфетку. – Я тут табличку поглядел: каждый цвет соответствует определенному таланту в магии. Стеф говорил, чем больше граней шэ-дара светилось, тем дар сильнее.
– У тебя весь шарик радугой сиял, – с восхищением припомнила Яна. Она не завидовала дракончику, только радовалась за него.
– Так я же из рода крайтарских радужных драконов, нам все виды магии подвластны, кроме… – тут Машьелис заметно помрачнел, возможно, вспоминал о том, каким способом враги разделались с его семьей, – тьмы.
– Ты обучен? – деловито уточнил практичный Хаг.
– До первого совершеннолетия нельзя много магичить, разрешены только элементарная работа с первоосновами – огонь, вода, земля, воздух – да самые простенькие заклятья. Мы же могучие. Структура основных магических каналов ауры формируется лишь к ста пятидесяти. А полная – к тремстам созревает.
– Ой, а сколько тебе сейчас? – вылупила глаза Яна, на вскидку она не дала бы мелкому напарнику больше шестнадцати. Потому и относилась к нему чуть покровительственно, как к непутевому младшему приятелю.
– Тридцать восемь, – нехотя буркнул дракончик.
Янка икнула, превратно истолковавший ее поведение Машьелис с ходу набычился:
– Чего, мало? Вот только попробуй погремушку предложить!
– Скорее, наоборот, или мы годы по-разному измеряем, – ответила девушка, заметив, насколько серьезно собрался обидеться парень. – Мне-то всего двадцать.
Теперь настал черед Лиса справляться с икотой. Исправил ситуацию Хаг. Покровительственно похлопав по спине напарника, он пробасил:
– Стало быть, мне сорок семь, потому, детки, будете слушаться дядю Хагорсона.
– Вот еще, – зафырчал рассерженным котом блондинчик, а Стефаль, пряча улыбку в уголках губ и смешинки в зеленых глазах, принялся объяснять:
– АПП делает понятными для студентов и мастеров любые речи, она же переводит их возраст в доступные для восприятия величины. Но на расоведении вам будут объяснять: тридцать восемь лет для дракона – возраст подростковый. Так же, как и сорок семь для тролля – порог юности. Хаг чуть старше Машьелиса, да и твой человеческий возраст, Яна, делает тебя ровесницей Фагарда. То есть, по сути, вы однолетки. Так же, кстати, как и ифринг Иоле.
– Уболтал, – фыркнул успокоенный дракончик. – Чем еще порадуешь, о мудрый эльф? Ты нам тоже ровесник?
– Я немного старше, – ушел от прямого ответа Стефаль и продолжил, возвращаясь к вопросам магии. – Знание и владение первоосновами стихий, да с твоей силой дракона, Машьелис, это очень неплохо.
Лис умиротворенно кивнул и, наставив палец на Хага, объявил:
– А наш общий друг-ровесник Хагорсон, между прочим, тоже силой магической не обделен. У него умеренно-сильный дар огня, воздуха и одного из подразделов магии земли – дар власти над камнями. Что дельного посоветуешь, Стеф?
– Отличное сочетание, – прокомментировал староста. – Для работы в тройке блюстителей пророчеств Хаг может сосредоточиться на магии атаки, совмещенной с физическим воздействием, а ты, Машьелис, на защите. В академии есть нужный факультатив, называется «Комплексная магия элементарных стихий в защите и атаке». Мастер Чемиртак дерет со своих подопечных три шкуры, но натаскивает быстро.
– Это почему Хага в атаку, а меня лишь на защиту? – попытался вновь возмутиться дракон. Может, он и был бы не прочь постоять в стороне, пока большой напарник разносит все и вся вдребезги, да врожденное упрямство и стремление перебороть страх мешали.
– Мы уже знаем, что ты сильный, – успокаивающе заметил эльф. – Но со стороны ты, Машьелис, выглядишь только легким. А для блюстителей важно не вбить субъектам пророчеств мысль о своей исключительности, а, собственно, исполнить предначертанное. Потому лучше, если самые недалекие сразу увидят массивную фигуру Хага и не ввяжутся в бой.
– Ты так говоришь, будто нам придется не следить за тем, как сбываются пророчества, а то и дело драться, – озадачилась девушка, потеряв аппетит.
– Всякое бывает. Мы не только свидетели, но и блюстители пророчеств, – невозмутимо согласился Стефаль, подкладывая себе в блюдечко еще вишневого варенья, исчезавшего со стола с поразительной быстротой. – У меня обычно из пяти практических одно-два с боями, у кого-то больше, правда, и такие везунчики встречаются, которые до сих пор только надзором занимаются. Тут уж как Силы Удачи да Судьбы распорядятся. Когда по факультету свитки распределяют, дежурный пророк тянет жребий с номером курса и группы. Но вас до середины второго курса даже к зеленым свиткам подпускать не будут.
– Нет, надзор – это скучно, хоть и безопасно, – наморщил нос Лис, в очередной раз перешагивая через фирменный набор своих детских страхов.
– Что же мне тогда делать? Я не воин, да и к магии-то у меня никакого таланта нет. Только и останется, что за спинами парней прятаться? – встревоженно вздохнула Яна, машинально болтая ложечкой в пустой чашке.
Оторвавшись от соблазнительного колыхания округлостей вопрошающей, Стефаль капнул вареньем на стол и принялся утешать девушку, попутно вытирая красное пятнышко салфеткой:
– Не унывай! Есть и одиночки, работающие совсем без магии, только с листьями Игиды. Даже объем энергии принципиальной роли не играет, конечно, если отработана четкость наполнения пластины! Тебе же дали муляж для работы, Яна, если будешь заниматься, то все получится! Пока ребята обеспечивают прикрытие, ты всегда успеешь применить нужный знак.
– Так-то оно так, – мрачное выражение не сошло с лица девушки.
– А что не так? – потребовал ответа Лис.
– Медленно я соображаю порой. Когда все пойму, действую быстро, но на «понять» мне срок нужен, – еще раз вздохнула Яна и не стала углубляться в воспоминания о результатах тестов, регулярно выдававших ей практически семидесятипроцентное попадание в ряды представителей флегматичного типа темперамента.
– Это, пожалуй, проблема, – согласился дракончик, стукнув по ободку чашки ложкой. – Одна радость, что твое «порой» случается редко. Я за два дня ни разу не увидел. Ты вон меня с первой встречи раскусила, кулак о морду наглую почесать не стесняешься, нахалкам языкастым укорот даешь.
– Случайно же все получилось, – призналась Яна, опустив покрасневшее, наверное, от горячего напитка лицо к чашке. – Просто повезло. Я же не за себя тогда переживала…
– А за кого? – навострил уши эльф. – Припомни, пожалуйста, все случаи!
– Сначала за родных – как они будут, если я исчезну без предупреждения, потом за ребят, за Лиса, Хага, Иоле, – скрупулезно начала перечислять Яна, для надежности загибая пальцы.