Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Это же очевидно, – повела плечиком ифринг, а капитан доблестных игроков в дван неожиданно смутился и отвел взгляд.
– Лучше бы нашим учителям было очевидно, кто со студентами всякие дурацкие шутки вытворяет! – хмуро заметил Максимус и замкнулся в себе. Шел молча, пиная редкие хохолки травы, ухитрившиеся пробиться между плитами дороги.
– Найдут и накажут, ты, главное, учись, – попытался подбодрить первокурсника староста, а Яна почему-то вдруг вспомнила про задание кентавра и попросила:
– Хаг, пока до общежития идем, ты меня какой-нибудь вашей песне не научишь, чтобы задание Быстрого Ветра выполнить? Про любовь бы…
– Хм, у нас приличных песен про любовь не бывает, все больше про битвы, про походы, про героев, – замялся седьмой сын вождя и немного позеленел.
– Давай про войну. Это тоже должно быть здорово! Я наши старые песни патриотические очень люблю, – возразила Янка и тут же для примера мощным грудным голосом пропела первый куплет легендарной «Вставай, страна огромная…».
– Сильно! – проникся тролль, почесал затылок и в обмен на полный текст патриотической русской песни предложил разучить землянке троллью «Орочью смерть», имя доблестного автора коей затерялось в веках.
Так что всю оставшуюся дорогу до общежития Яна, а с ней заодно и остальные чисто для развлечения прочувствованно горланили:
Орков коварных разил я без счета,Ярой зарею топор мой блистал.Я их валил и рубил до рассвета,Бился отважно, битвой дышал…Правда, пара студентов-летописцев орочьей национальности пыталась качать права, но Яна честно призналась, что выполняет задание по расоведению, и заблаговременно взяла с возмущенных клыкастиков слово научить ее орочьей песне про битву с троллями, когда на расоведении дойдет очередь до изучения их расы.
Глава 14
Разговор по душам
Отработка, хороший ужин, прогулка в лечебницу и песня дня на закуску – вечер, по мнению Лиса, определенно удался. А вот Янка думала только о том, как поскорее добраться до своей комнаты и записать боевую песню троллей.
Но едва девушка закончила конспектирование и неохотно взяла с полки Иоле одну из книг для реферата, тех, которые купила соседка, в дверь комнаты постучали. На пороге (Яна даже не удивилась) стояли Машьелис и Хаг.
– Соскучились? – удивленно уточнила Яна.
– Это она спрашивает: «Чего приперлись?» – шутливо перевел для напарника Лис и ответил девушке: – Конечно, соскучились, мы же теперь шэ-даром так связаны, так связаны, полчаса разлуки – и тянет к тебе как на веревке: прийти и сесть рядом, вот хоть на коврик у порога. А у вас тут даже коврика перед порогом нет, вы его за дверью положили. Вот и пришлось стучаться.
– Что, правда? – испугалась наивная землянка.
Нет, она подозревала, что блондинчик порой врет, как дышит, но уж больно у него был вдохновенный вид, и слишком серьезно смотрел тролль, чьей основательности и здравости суждений Яна начала доверять.
– Правда, коврика нет, в остальном брешет, – успокоил Янку серокожий гость.
– Проходите, вы чего в дверях застыли? – подошла к компании Иоле. Вот она была ребятам так рада, как может радоваться любому обществу человек, слишком долго ходивший в париях.
– Не хотели стеснять, – замялся Хаг и предложил: – Тебе же заниматься надо, а мы бы Янку к себе позвали.
Светящееся радостью личико Иоле резко поскучнело:
– А? Да, идите. – Девушка отступила.
– Ты не только серокожий, ты еще и толстокожий, – Лис бесцеремонно пихнул тролля в бок, выставил перед собой на уровне груди книгу и объявил: – Иоле, ты на него, грубияна, внимания не обращай. Мы хотели с Янкой насчет расшифровки талантов по этой вот книжище за авторством, как подсказала мастер Тайса, прославленного и труднопроизносимого дуэта Ульягатхара и Иоллель, потрепаться. Нам Стефаль посоветовал все поскорее выяснить насчет возможностей друг друга, чтобы срабатываться было легче. Если мы тебе не помешаем, так прямо тут и обоснуемся. Вдруг ты нам еще и присоветуешь чего здравого. А если ты занята и наш треп раздражать будет, отвесь нам по одному пинку на брата, и мы скоренько уберемся.
– Вы меня не раздражаете, и заданий нам пока не давали, это перваков сразу грузить начинают, чтобы поскорее в учебную колею вошли, – снова весело заулыбалась ифринг. Кажется, даже комната засветилась от ее радости. – А таланты обсудить надо обязательно, заходите! На диванчике и креслах уютно будет.
– Хотите чаю с вареньем? – спросила Яна, когда поняла, что от парней сегодня не отделаться, да и бабулины припасы подъедать надо.
– Обязательно, – согласился Хаг, с удовольствием усаживаясь в уютный уголок, устроенный Иоле. – Вдобавок к беседе самое то будет!
Ифринг отошла к тумбочке, чтобы активировать пластину подогрева – тонкий лист-артефакт всего с двумя знаками Игиды, который мог разогревать продукты. Эту волшебную микроволновку соседка продемонстрировала подруге еще вчера и объяснила принцип действия, сводящийся к элементарному – если на плиту что-то поставить, то оно будет нагреваться до тех пор, пока не снимешь или пока внутри посуды ничего не останется. Тогда пластинка сразу остынет. Чай, кстати, у Латте был не привычный черный, а сбор трав, но, сняв пробу, землянка одобрила вкус. Напиток немного походил на мятно-земляничный зеленый чай.
Янка занялась извлечением из шкафа баночки с вареньем и посуды для чаепития. Когда руки работают, голова обычно освобождается, и в нее так и норовят забрести посторонние мысли и всякие вопросы. Вот и сейчас девушка, неспешные мысли которой двигались порой странными тропами, озадачила блондинчика:
– Лис, а ты ведь из какой-то очень знатной семьи, раз тебе в невесты чуть ли не принцессу подыскивают?
– Ну… да… – напрягся дракон и нехотя пояснил: – Из Князей Полета. А что?
– Удивляюсь, почему ты как обычный пацан с улицы разговариваешь, – пожала плечами Янка, разом прихлопнув все закопошившиеся было у Машьелиса мыслишки насчет матримониальной диверсии.
– Телохранитель у меня был хороший, – расплылся в мечтательной улыбке дракончик. – Он меня не только защищал, он мне жизнь показывал. Мы с ним в город под колдовскими личинами часто ходили. Я с обычными парнями и девчонками дружбу водил. Знаю я весь этот этикет, знаю, но любить-то и следовать всем этим прибамбасам вне официальных семейных приемов и визитов не обязан. Не хочу!
– А почему был-то телохранитель? Неужто убили? – озаботился Хаг, заподозривший очередную кровавую драму, оставившую несмываемое пятно на психике юного о Либеларо.
– Зачем убили? Он и сейчас живехонек. В отставку ушел, женился, у него уже пятеро своих спиногрызов, – по-доброму улыбнулся Лис. – Жена в первый год двойню родила, на третий еще троих. Теперь у нас ставки делают, ждать ли четверку отпрысков.
– Ого, – присвистнул, оценивая плодовитость матери семейства, Хаг.
– Здорово, наверное, в большой семье расти, я вот у мамы одна, – позавидовала Иоле, водружая на стол чайник.
– Все от семьи зависит, – рассудила Янка, навидавшаяся в селе всякого. – Где и с одним ребенком счастье будет, а где и пятеро радости не принесут.
Девушка расставила перед ребятами посуду и присела на диван. Лис с удовольствием отхлебнул из чашки и зашелестел страницами, выискивая ту самую четыреста пятьдесят третью, где скрывалось приложение «Цветовой спектр магии». Нашел и ткнул пальцем в первый цвет, открыл рот, чтобы с преувеличенной торжественностью начать оглашать результаты, и резко захлопнул, поскольку в дверь скромно постучали.
– Вы кого-нибудь ждете? – удивился дракончик и с подозрением оглядел всех членов компании.
Девушки синхронно помотали головами, а Иоле по праву старожила двинулась открывать. Все-таки Янка всего второй день в общежитии, вряд ли пришли к ней, а вот забежать за конспектом первых пропущенных лекций кто-нибудь из второкурсников мог. Латте почти никогда не отказывала в помощи, надеясь если не на дружбу, то хотя бы на ее видимость.