Невеста. Заберу за долги (СИ)

Никто не подходит слишком близко, не пялится, не позволяет себе лишнего, не отпускает сомнительных комплиментов.
Я держу идеальное лицо.
Если бы кто-то сейчас заглянул мне под кожу, он бы увидел, как там всё клокочет и дрожит. Но этого никто не увидит. И именно это здесь считается победой.
Когда вечеринка подходит к концу и гости начинают расходиться, я утомилась так, что трудно стоять. Не то чтобы я была не искушена в мероприятиях такого плана, но здесь приходилось ходить по струнке, держать спину, силы утекали как в чёрную дыру.
  
— Благодарим за вечер, Марк, — звучат прощания.
— Юлианна, вы были очаровательны.
— Прекрасная хозяйка.
Я киваю, улыбаюсь, принимаю эти слова, будто они ко мне имеют хоть какое-то отношение. Хотя какая я хозяйка? Еда — кейтеринг. Музыкантов заказала не я. Хозяин здесь другой человек, который стоит у меня за плечом, ласково положив руку мне на талию, и кивает гостям со сдержанной улыбкой.
Когда начинает сворачиваться кейтеринг и уходят музыканты, я ухожу наверх, надеясь, что Марк останется и дождётся, когда все уйдут.
Но он идёт следом за мной. Ну конечно. У него есть Владимир, чтобы расплачиваться с персоналом и спроваживать работников.
Я захожу в спальню первой, Марк делает шаг внутрь следом за мной и только потом закрывает дверь. Тихий щелчок, но в тишине звучит как выстрел. И самое главное, воздух в комнате мгновенно становится тяжелее.
Я останавливаюсь у кровати, поворачиваюсь. Марк подходит ближе. Медленно. Спокойно. Он тянется рукой к моим волосам, заправляет за ухо прядь, словно это самая естественная вещь в мире.
— Ты хорошо держалась сегодня, — говорит он мягко. — Молодец.
Я смотрю на него, ощущая лавину гнева внутри.
— Зато вы нет, — выговариваю зло.
Он чуть прищуривается, упирает руки в бока.
— Не начинай, Юлиана, — выговаривает строго.
Я усмехаюсь.
— А что, неудобно? — голос звучит звонче, чем следует. — Или вы думали, я поблагодарю вас за вечер? Спасибо, что меня тут не убили!
— Ты получила, что нужно было, — цедит он сдержанно.
— Что я получила? — произношу громче, но я тут же возвращаю контроль. — Интересно. Посчитаем. — Я загибаю пальцы. — Сначала меня приняли за проститутку, потом толкнули в комнату, потом оттоскали за волосы и почти изнасиловали. Вы правда думаете, что мне было нужно именно это?!
Марк смотрит на меня жёстко.
— Я это остановил, — отрезает глухо.
— Вы просто пришли вовремя, — режу я. — Не больше.
Он медленно выдыхает.
— Этого оказалось достаточно, — тон становится предупреждающим.
Я делаю шаг к нему.
— Для вас — может, и достаточно, — шиплю на пониженных тонах. — Для меня — нет. Не вас пытался трахнуть какой-то бандит!
Молчание сгущается.
— Вы живёте в своём мире. Жестоком, сложном, суровом. Я понимаю, — продолжаю я, уже тише, но ещё жёстче. — Но вы силой втащили меня в него и заставляете тут жить. Я не выбирала это!
Марк смотрит на меня долго.
— Я не создавал идиотов, которые не держат руки при себе, — парирует он холодно, и чуть тише добавляет: — Но да. Я не проверил, кто зайдёт в мой дом.
Я на секунду теряюсь. Он признал косяк? Правда?
— Это не мой мир, Марк, — говорю я, надеясь на понимание. — Отпустите меня.
— Нет, — выдаёт он холодно. — Этого не будет. Точка.
Внутри меня что-то трескается. Но это не грусть, не тоска, а холодное злое понимание, что этот ад меня не отпустит. И эту злость хочется компенсировать. Хочется сделать этому индюку хоть немного больно.
— Тогда не прикасайтесь ко мне, — выговариваю я чётко. — Вообще.
Во взгляде Марка появляется что-то холодное, опасное.
— Ты про секс? — он прищуривается. — Думаешь, мне нужно тебя уговаривать?
Я вздрагиваю. Что-то в его тоне звучит как приговор. Как решение, которое мне не понравится.
— Не хочешь — не надо, Юлиана, — договаривает Марк.
Он смотрит на меня ровно. Ещё пару мгновений. Молчание снова душит. Но на этот раз он разворачивается и уходит из спальни. Я остаюсь одна.
Секунда. Две. Три.
Я усмехаюсь.
— Конечно вернёшься, — бормочу себе под нос. — Секс тебе нужен больше, чем мне.
Но в душе появляется маленькая гадкая червоточинка тревоги. Вдруг не вернётся? И что тогда? Холодная война? Жить с ним под одной крышей, варясь в булькающей напряжённости?
Утро покажет. Я снимаю серьги, платье, надеваю тонкую комбинацию, чтобы не спать совсем голой, ложусь в постель.
Жду. Минуту. Пять. Десять. Марк не приходит. Пустая сторона кровати остаётся холодной. Я так и засыпаю одна в супружеской кровати.
Утром я просыпаюсь сама. В комнате тихо. Постель рядом — не тронута.
Я медленно сажусь.
— Серьёзно?.. — шепчу в пустоту.
Я поднимаюсь, иду в ванную, привожу себя в порядок. Долго выбираю одежду. В итоге надеваю одно из платьев из тех коробок. Простое, домашнее, но всё равно дорогое.
Спускаюсь в столовую и сталкиваюсь с Марком в дверях. Он, похоже, уже закончил завтрак и выходит в гостиную.
На секунду мы оказываемся почти вплотную, но он не останавливается. Продолжает движение, будто я — ходячий предмет интерьера.
— Доброе утро, — бросает мне Марк даже не глядя.
И уходит на второй этаж. Я оборачиваюсь ему вслед.
— Доброе… — выдыхаю.
Он не оборачивается, не останавливается. Просто уходит.
Я прохожу в столовую. Что ж, Юлиана, ты добилась того, чего хотела. Чего ж не радуешься?
День тянется медленно. Потом ещё один. И ещё.
Марк почти не появляется. Спит в другой комнате. Если мы сталкиваемся в доме — не смотрит в мою сторону, не касается, даже не говорит со мной. Только приветственное «доброе утро или добрый день». На мои вопросы не отвечает, будто включил режим игнора.
И это начинает невыносимо давить. Изоляция, одиночество, тоска. Я заперта в его доме. Но теперь это не просто клетка, а бокс с вакуумом внутри.
Я ловлю себя на том, что начинаю прислушиваться к шагам в коридоре. Жду, что Марк зайдёт в спальню. Глупо. Отвратительно! Я корю себя за это, но всё равно жду.
Проходит пять дней в мучительном одиночестве и тишине.
Очередной день и завтрак, который превратился из приёма пищи в обязательную рутину, чтобы не сдохнуть от голода.
Я сижу за столом одна. Кофе, тосты, яйцо-пашот, сливки, творожный сыр. Сирин как всегда накрывает стол идеально. Есть не хочется, но я заставляю себя начать.
И вдруг в столовую входит Марк. Идёт прямо ко мне.
Я даже сначала не верю, но он смотрит мне в глаза так, будто принял новое решение. И становится страшно.
— Во дворе тебя ждёт сюрприз, — говорит он. — После завтрака можешь выйти.
И на этом уходит. А я… никакой завтрак мне уже не нужен. Я прямиком направляюсь к двери.
___________
Привет, прекрасные!
МЫ с коллегами создали для Вас два интересных сообщества, чтобы общаться с Вами не только в комментариях! Присоединяйтесь к нам, будет интересно!
Как нас найти?
— открыть Вконтакте
— нажать на поиск и ввести “МЫ про книги”
— выбрать в меню справа “Сообщества” и присоединиться!
  
21. Подарок
 
Юлиана
Я почти срываюсь во двор. Вилка остаётся лежать на тарелке, кофе остывает. Внутри напряжение, как перед экзаменом, к которому ты не готовился, но всё равно идёшь.
«Сюрприз». От Марка это слово звучит не как подарок, а как новый ход в его шахматной партии.
Я подхожу к двери. Удивительно, и не появляется Андрей, который скажет, что мне нельзя выходить. Я беспрепятственно выхожу во двор.
Пространство перед домом аккуратное, вылизанное, как всё здесь. Газон, дорожки. И охранник, который стоит с собакой, не похожей ни на одну здесь.
  
У него на поводке бигль. Небольшой, трёхцветный, с мягкими висящими ушами и внимательными глазами. Он тянет поводок, упрямо, настойчиво, будто уже решил, что ему срочно нужно вон туда.