Дед в режиме охотника (СИ)

— Да, от деда во мне практически ничего не осталось. Теперь я выгляжу как мужчина лет пятидесяти, а то и меньше. А что там с моим даром?
Закрыв глаза, принялся изучать его, медленно двинувшись по кругу. Босые ноги шлёпали по кафелю с подогревом, а душу пронзила горячая стрела изумления, стоило мне ощутить проявившийся атрибут. Новый! Прежде я таким не владел…
  
Глава 17
   
Свет в ванной комнате мигнул, словно испугался очередного раската грома. А я упёрся руками в раковину и снова уставился на своё отражение в зеркале. Теперь лицо выглядело взволнованным, а в уголках глаз обозначилась сеточка мелких морщин.
— Поздравляю, мы переняли атрибут «Вампира», — глухо выдал я и со свистом втянул воздух сквозь плотно стиснутые зубы.
Да, у меня появился третий атрибут — тот самый багровый луч невероятной температуры! И что-то мне подсказывало, что он работает примерно так же, как «духовный клинок». То бишь чем сильнее будет потраченная на него душа, тем мощнее станет багровый луч.
Повод ли это радоваться? Нет! Треклятый кинжал, оказывается, крайне тесно связан со мной! Теснее, чем мне думалось. Мы будто становимся одним целым! И вот доказательства: души для поддержания жизнедеятельности, красные глаза, а теперь ещё и хренов атрибут!
— Дерьмо, — процедил я, уселся на прохладный бортик ванны и пригорюнился, подперев подбородок кулаком. Согнутый локоть упирался в колено.
Могут ли происходящие со мной изменения коснуться моего разума? Отношения к жизни? Не сделает ли «Вампир» меня бездушным монстром? Я провёл рукой по лицу. Да, это главный вопрос. А со всем остальным можно смириться и даже извлечь выгоду.
В голове бродила мысль, что у кинжала наверняка есть атрибуты, о которых я даже не догадываюсь. Перейдут ли они ко мне? Хм…
Прежде всего стоит раздобыть побольше информации о «Вампире». А у кого она есть? У демонов. Кажется, я совсем не зря заключил договор с Ларой.
Криво усмехнувшись, поднял обнажённый зад с борта ванны и вернулся в спальню.
Отблески молний падали на Владлену. Она безбожно дрыхла, развалившись на скомканных простынях в форме звезды.
— Вот тебе и второй раунд, — иронично прошептал я и аккуратно улёгся на кровать, дабы не потревожить магичку.
Та что-то прошептала во сне и повернулась, положив руку на мою грудь. Её дыхание принялось щекотать моё ухо, а сон, как это ни странно, пришёл и сморил меня минут через десять.
Правда, проспать мне довелось недолго. Я как-то резко, толчком проснулся, разлепив глаза.
В спальню пробирался хмурый серый свет раннего утра. Город ещё спал. Клубилась лёгкая туманная дымка, с крыши особняка срывались редкие капли, оставшиеся после прошедшего дождя. Пахло озоном и раскисшей мокрой землёй. Ни звуков автомобилей, ни птиц, ни далёкого шума трамвая. Ничего. Казалось, что мир вымер. И я остался в нём один. Ну ещё и Владлена, сладко посапывающая рядом.
— Как-то рановато проснулся, — еле слышно пробормотал я, отчётливо понимая, что хрен теперь усну.
Мой прояснившийся взгляд пробежался по спальне и остановился на кресле. На нём лежали три тома генеалогии высших демонов, притащенные из их мира.
Хм, а почему бы и нет?
Я осторожно, как разведчик на минном поле, покинул кровать и на цыпочках добрался до кресла, будто опасался потревожить Цербера, стерегущего ворота Ада. «Цербер» не проснулся. Владлена лишь сунула руку под подушку. Отлично!
Взяв книги, уселся в кресло, закинув ноги на журнальный столик. Итак, приступим. Читать на языке демонов я умел, однако не шибко здорово, потому внимательно всматривался в пергаментные жёлтые страницы с чёрными буквами. Они походили на червей, застывших порой в совершенно невообразимых позах.
Благо вся генеалогия меня не интересовала. Любопытен был лишь Баал из клана Хаас, мой предполагаемый отец. Его оказалось найти легко. Всё-таки значимая фигура. Правда, генеалогия не давала о нём подробной информации, что он за фрукт: какой характер, какие достижения, какой породы у него домашняя собачка. Но вот список его потомков прилагался. И он впечатлял. Не Баал, а настоящий кролик! Тридцать, мать его, детей от десяти разных жён! А самое примечательное, что одного из его детей я знал.
— Ирис! — ошарашенно выдохнул я, судорожно сглотнув. — Ирис — тринадцатый сын Баала, а не просто член клана Хаас, как всё время говорил мне. Хренов жук ни разу не упоминал, что мы с ним… кхем… единокровные братья.
Вот так новость! У меня аж дыхание спёрло в груди, а по спине пробежали мурашки. И почти сразу я подозрительно сощурил глаза. Почему Ирис скрывал эту информацию?
Казалось бы то, что мы братья, наоборот ему на руку, можно навешать мне на уши фигни, вроде того, что мы одной крови, значит, вместе до конца, родственники, надо доверять друг другу, сплотиться против гадкого папаши. А он молчал… Хм.
Пальцы задумчиво потёрли подбородок, пока в голове кружился в танце сонм различных догадок и предположений.
К сожалению, меня отвлёк протяжный зевок, раздавшийся со стороны кровати.
Владлена приподняла голову и посмотрела на меня сонными глазами:
— А ты чего не спишь? Совесть мучает?
— Читаю, — показал я ей книгу.
— М-м-м, полезно, — вздохнула она и уронила голову на подушку, натянув одеяло до самого подбородка. — И как успехи? Что-то интересное вычитал из демонских книг?
— Угу. Ты, как мне и думалось, ведёшь род от короля всех демонов.
— Пфф, — насмешливо фыркнула она и внезапно серьёзно спросила: — Почему ты всё-таки заключил договор с той толстожопой сучкой?
— Я так полагаю, речь о Ларе? Ну, мне он кажется выгодным, но явно будет недолговечным. Пока мы нужны друг другу, но вскоре снова станем врагами. К слову, ты же понимаешь, что тебе следует держать язык за зубами? Никакого кота-монстра ты не видела, ни в каком мире демонов не была и уж тем более даже не догадываешься, кто я такой на самом деле. Мы с тобой просто спешно покинули сборище князя Боголюбского и приехали сюда, покатавшись по городу часок-другой.
— Естественно, ничего не видела и нигде не была. Меня сочтут сумасшедшей, ежели я поведаю дворянскому обществу, как всё было на самом деле, — промычала она и следом вяло махнула мне рукой. — Всё, я спать. Надеюсь, мне приснится, как я вскрываю пузо твоей подружке Ларе и наматываю её кишки на кулак.
И буквально через десяток секунд она засопела. Вот что значит человек слова.
Я усмехнулся, встал с кресла и, подумав, сунул книги в ящичек туалетного столика, а потом вышел из спальни, тихонько насвистывая под нос.
Особняк ещё дрых. Только тикали часы и где-то в унисон тихонько жужжали холодильник и кондиционер.
В гостиной всё так же красовался винтажный телефонный аппарат. Мне пришлось воспользоваться им, чтобы вызвать такси, поскольку мой мобильник пал смертью храбрых. Оператор пообещал, что машина приедет минут через пять. Я потратил это время на поиски тапочек. Благо такие обнаружились в прихожей. Причём даже мужские. Напялив их, вышел в халате на крыльцо.
Передо мной раскинулась набережная реки Мойки. Серо-стальные воды неспешно текли мимо гранитных берегов. Туман стелился над брусчаткой, трогая моё лицо неприятными влажными отростками.
Плечи сами собой передёрнулись, а глаза радостно засияли, углядев выглянувшую из бледной дымки жёлтую машину с чёрными шашечками. Она остановилась точно возле особняка Владлены, красного как кровь, украшенного лепными рожами монстров и небольшой остроконечной башенкой.
— Это вы мой пассажир? — удивлённо пробасил толстощёкий седоватый водитель, глядя на меня поверх опущенного стекла передней двери.
  
— Что-то не так? — заломил я бровь, потуже завязав пояс халата. — У меня лицо, что ли, грязное?
— Господи! — вдруг ахнул шофер, распахнув рот с редкими жёлтыми зубами, между которыми можно было промчаться на тройке лошадей. — Вы же Игнатий Николаевич Зверев! Я ваш большой фанат! Садитесь, садитесь, господин! Чего на улице-то стоять? Погоды нынче препакостные. Так и хочется вздёрнуться.