Новый порядок (ЛП)

Я быстро одеваюсь, вытираю волосы полотенцем. Когда я беру свою куртку, то понимаю, что она кажется мне довольно тяжёлой. Я похлопываю по ней и достаю из внутреннего кармана блокнот. На мгновение я хмурюсь, но потом вспоминаю, что он принадлежит Иксу. Я смотрю на первую страницу, посередине есть странный оттиск. Насколько я могу судить, это ромбовидная форма со странной закорючкой внутри. Что мне от этого толку? Я засовываю его обратно в карман. Мне придётся избавиться от него позже. Чем дальше я буду держаться от деймона Какос и его вещей, тем лучше.
  
Когда я выхожу из спальни, Майкл тоже полностью одет, на нём очередной безупречно сшитый костюм тёмно-синего цвета. Ему когда-нибудь надоедает этот цвет? Майкл поднимает взгляд, когда я вхожу в комнату. Я чувствую себя неуютно, как будто у него внезапно развилось рентгеновское зрение и он смотрит сквозь платье на нижнее бельё под ним. Затем он отворачивается.
— Пошли, — коротко говорит он. — Машина ждёт.
— Мне нужна моя собственная машина.
Он бросает нетерпеливый взгляд через плечо.
— Я не собираюсь всю ночь слоняться по особняку Монсеррат, — терпеливо объясняю я. — У меня есть дела.
— И ты по-прежнему не собираешься рассказывать мне, что это за дела?
Я поджимаю губы и пожимаю плечами.
— Да.
— Ты никуда не пойдёшь одна.
Я хочу возразить, но, в свете нападения на Галли, я понимаю, что он, вероятно, поступает разумно. Я уже поняла, что не могу доверять О'Ши настолько, чтобы взять его, по крайней мере, пока я ещё иду по следу Далии Темплтон. Арзо, естественно, исключается.
— Ты сказал, что собираешься освободить Мэтта от его обучения новообращённого, чтобы он мог присоединиться к новому агентству. Ты говорил это серьёзно?
— После заклинания Никки он не справится с тяготами жизни независимого вампира. Вы с Арзо можете помочь ему больше, чем другие.
— Это не слишком разозлит других Глав, если ещё один новообращённый вампир Монсеррат вылетит из гнёздышка до того, как он, предположительно, будет готов?
Майкл на мгновение замолкает.
— У них есть другие поводы для беспокойства.
Я полагаю, что так и есть.
— Что ж, — осторожно говорю я, — я возьму Мэтта с собой. Пусть он попробует, каково это, — если мы не столкнёмся с новыми деймонами Какос, у нас всё будет в порядке.
— Вы оба новообращённые, поэтому оба слабы. Он будет делать всё, что ему скажут, кто бы ни отдавал указания, а ты страдаешь от травмы. Не думаю, что одного Мэтта тут хватит.
Я хмурюсь. Я могла бы попросить Д'Арно, но, хотя я уверена, что адвокат ухватится за возможность разгуливать по городу с вампиром, подозреваю, что Майклу это предложение не слишком понравится. Похоже, он обиделся на Д'Арно, без сомнения, за то, что тот вмешался в дела Монсеррат.
— Послушай, — терпеливо говорю я, когда мы заходим в лифт. — Я понимаю, что безопасность — это проблема. Хотя формально ты мне больше не начальник. Мне нужен кто-то, кому я могу доверять, кто не проболтается о том, что я делаю. Прямо сейчас, единственный человек, который приходит мне в голову — это Мэтт. Я не хочу подвергать его опасности, но либо он и я, либо только я. Любой другой вампир из Семьи Монсеррат, даже Бет и Нелл, расскажут тебе, чем я занималась. О'Ши тоже расскажет тебе, чем я занималась.
— Ты могла бы просто сама рассказать мне, что ты делаешь.
— Нет, — я решительно качаю головой.
Он хмурится.
— Эта работа в одиночку долго не протянет.
Я обезоруживающе улыбаюсь.
— Одно из моих самых привлекательных качеств в том, что, когда я принимаю решение, я его придерживаюсь.
— Если только это не означает присоединение к моей Семье в качестве вампира.
Моя улыбка увядает.
— Ладно. Но это единичный случай. И ты сам подстрекал меня уйти, — лифт открывается на парковке. Я поворачиваюсь к Майклу лицом. — Я пытаюсь пойти тебе навстречу.
— Полагаю, об Арзо не может быть и речи?
Я киваю.
— Ладно, — рычит он. — Возьми Мэтта. Но ты, чёрт возьми, будешь звонить мне каждые два часа, что бы ни происходило. Я также хочу, чтобы ты вернулась сюда к 4:30 утра. У нас всё ещё есть твои отпечатки пальцев в картотеке. Я прослежу, чтобы у тебя была возможность войти.
Я упираю руки в бока.
— Ты ведь помнишь фразу «ты мне не начальник», верно? — он пристально смотрит на меня. Я вскидываю руки вверх. — Ладно, ладно.
Майкл улыбается. Я улыбаюсь в ответ.
— Спасибо, — неловко говорю я. — За Мэтта. И за душ. И за одежду.
— Не за что, — бормочет он. В его глазах появляется странный огонёк.
Я отвожу взгляд и иду к своей машине.
— Хочешь, я отвезу тебя в особняк?
Он обращает внимание на отсутствие пассажирского сиденья, ржавый металл и нарисованный на слое пыли пенис.
— Ты действительно водишь эту штуку?
— Эй, — беспечно возмущаюсь я, — я в ней ещё и сплю. Но если ты хочешь выдать мне аванс в счёт зарплаты, я могу отогнать её в гараж и подлатать.
— Какая ещё зарплата?
— Для агентства. Мост, который уладит проблемы между людьми и вампирами, — я терпелива, но сбита с толку.
Майкл смеётся.
— Но Бо, если я буду платить тебе, ты перестанешь быть независимой.
Я пристально смотрю на него.
— Чтобы сохранить свою честную репутацию, ты не будешь рассказывать мне о своих расследованиях, а я не могу иметь финансового влияния на то, что ты делаешь. И когда ты принимаешь решение, ты придерживаешься его, — его улыбка становится шире. — Это одно из твоих многих привлекательных качеств.
Ублюдок.
— Однако я не стану садиться в эту смерть на колесах. И ты тоже.
Я начинаю протестовать, но он поднимает руку.
— Байк Урсуса всё ещё у меня. Я уверен, он не будет возражать, если ты ещё немного подержишь его у себя.
— Не думаю, что мотоцикл безопаснее автомобиля, — ворчу я. Втайне, конечно, я в восторге. Как бы я ни любила свою машину, я бы в любой момент предпочла ей сверкающий байк Урсуса.
— По сравнению с этой штукой? — Майкл кивает головой в сторону моей машины. Я морщу нос в его сторону, и он снова смеётся. — Поехали.
* * *
Время ещё довольно раннее, когда мы подъезжаем к знакомым воротам особняка Монсеррат. Майкл широкими шагами поднимается по ступенькам. Я не тороплюсь, чтобы не отстать от него; я знаю, что он, должно быть, занят делами Семьи. Я стараюсь не обращать внимания на взгляды, которые бросают на меня, когда я вхожу, — от откровенной ненависти до простого любопытства. Клянусь, я даже замечаю лёгкую зависть в глазах одного или двух приспешников Монсеррат.
Едва я выхожу из вестибюля, как к нам подходит добрый доктор.
— Мисс Блэкмен! — говорит он, сжимая мои руки так, что мне кажется, будто я инвалид из пыльного викторианского романа. — Я так рад, что вы пришли. Мы не были уверены, что вы появитесь.
Я бормочу что-то о том, что завалена множеством других дел. Раздражает, что мне приходится тратить время, притворяясь, будто я всё ещё нахожусь под гнетом ПТСР. Однако, учитывая, что я не в том положении, чтобы рассказывать кому-либо правду, мне приходится притворяться.
— Давайте пойдём, док. У меня есть дела.
Он оживлённо кивает.
— Конечно, конечно. Галлюцинации ещё были? — его тон напоминает тон человека, интересующегося, куда я ездила в отпуск.
— Нет.
— Хорошо, — он хлопает в ладоши. — Значит, лекарства помогают?
— Мм.
— Вы не превышаете дозу?
— Нет, — честно отвечаю я. — Определённо нет.
— Я рад это слышать.
Я заставляю себя улыбнуться и готовлюсь к долгому, мучительному часу. Когда я, наконец, сбегаю оттуда, Коннор и Арзо уже ждут меня. Я прогоняю знакомую дурноту и пью, в то время как Коннор спокойно стоит, а Арзо, не мигая, наблюдает за мной. Очевидно, мне всё ещё не доверяют в том, что касается моих диетических нужд. Когда я заканчиваю, Коннор улыбается и уходит. Я вглядываюсь в лицо Арзо, беспокоясь, что он каким-то образом знает, с чем связано большинство моих ночных занятий в последнее время, но он одаривает меня лёгкой усмешкой.