Я тебя не любил... (СИ)

— Вот и все, — судорожно выдохнула я.
— Что ж., — поджала губы Вита и хмыкнула, словно бы обдумывала в голове сказанное мной, но никак не могла сложить мои слова в хоть сколько-нибудь понятную картинку.
— Ты тоже считаешь, что я дура, да?
— Это очень странный вопрос, Аня.
— Почему? — нахмурилась я, задерживая дыхание и боясь того, что дальше скажет Вита.
— Глупо объяснять травоядному, что он дурак только потому, что тот упорно жрет свою траву. Точно так же, как и глупо пытаться взывать к совести хищника за то, что он питается невинно убиенными им жертвами.
  
— И что это значит?
— Только то, что всегда в мире найдется человек, который кинет в тебя камень лишь за то, что ты жестко стояла на своих принципах. Как и всегда отыщется тот, что поднимет вверх большой палец, похвалит тебя за преданность самой себе и скажет: «так держать, девочка»
Мы улыбнулись друг другу, а затем Вита подытожила:
— ты можешь продолжать жить так, как тебе нравится, Аня. Но…
— Но? — вытянулась я в струнку и с колотящимся сердцем внимала каждому слову девушки.
— Но если ты хочешь взять реванш и победить своего врага, то ты должна в первую очередь понять его. Научиться думать, как он. Делать, как он. И стать его лучшей версией. Не притворятся, а именно стать. Перестать жрать свою гребаную траву и наконец-то уже переключиться на мясо.
Я откинулась на спинку кресла и ушла на перезагрузку обдумывая то, что мне сказала Вита. Сознание отчаянно бунтовало. Руки начали дрожать. Мозг кипел, но все никак не мог усвоить полученную информацию.
И после, когда глинтвейн закончился, а мы обе разошлись по своим комнатам, я еще долго не могла уснуть. Снова перебирала в памяти прошлое. Смирилась с очевидной правдой — я глупый кролик, который живет в своей маленькой наспех сколоченной клетке, жует сочный капустный лист и даже не помышляет интересоваться тем, что там происходит за пределами его мирка.
И отчаянно пытается придумать план, как бы так по-хитрому отомстить тому кровожадному Лиссу, который однажды чуть его не слопал.
Но сколько бы я вариантов ни перебирала в голове, результат был один — я снова и снова напарывалась на острые зубы хищника.
Проворочавшись в постели несколько часов в безуспешных попытках заснуть, я все-таки сдалась. Голова трещала нещадно. Во рту пересохло. И я потопала вниз, намереваясь разжиться обезболивающим и стаканом холодной воды.
Вот только завернув на кухню, я громко вскрикнула и даже подпрыгнула на месте от перепуга. А затем задёрнула на себе полы халата и обвинительно тыкнула в парня, который в одних низко, сидящих на бедрах, шортах стоял у распахнутого холодильника и прямо из бутылки хлестал кефир.
— Вы кто такой и что тут делаете?
— Я-то? — поиграл бровями незнакомец, а потом взял и подмигнул мне, пока я в шоке таращилась на его голую грудь и восемь кубиков идеального пресса. — Я брат Виты — Павел.
— Б-брат? — охнула я.
— А ты, по всей видимости — Аня, да?
— Да.
— Ну, Анюта, будем знакомы, что ли?
И бодро двинул на меня, вытянув руку для приветствия.
ОЙ, мамочки!
  
Глава 14 — Триггер
 
Аня
— Так что, радуйся, сестренка, я теперь в Питере не туристом, а на постоянной основе, — это было единственное, что я четко и ясно услышала из диалога между Павлом и Витой, которые все утро болтали без умолку.
Полина, устав от их трескотни, сбежала на улицу.
Я же сразу после встречи с новым обитателем дома, улизнула. А вернулась лишь тогда, когда проснулась подруга и ее дочь. Но и после изо всех сил старалась быть незаметной. Сидела тихо. Думала о том, как бы так поскорее вернуться в город, перебирала почту и отвечала на срочные сообщения, поступающие из клиники. И дала себе обещание — не таращиться на брата подруги.
Ну, потому что, собственно!
Отчасти мне теперь было понятно, почему он та самая «блядь», о которой говорила Вита.
Паша ведь даже смотреть умел так, что внутри все начинало иррационально дрожать. А если уж принимался улыбаться, то вовсе — тушите свет. Высокий, на пару сантиметров выше, чем Игнат. Весь молодой, горячий, статный. Видно, что из спортивного зала не вылезает, потому что такой пресс от лежания на диване явно не берется. И какой хорошенький.
Лисс имел хищные черты лица, пробирающие до костей.
Этот же персонаж был полной его противоположностью. Просто ходящая глянцевая картинка. Темноволосый, с голубыми глазами и квадратным подбородком, который вносил легкий диссонанс в исключительно идеальную внешность мужчины.
Разве что только еще более обманчивую, чем у моего бывшего супруга.
Потому что совершенно точно было понятно, что этот милый, разговорчивый парень с лучезарной улыбкой до ушей — дикий хищник. И он своим обаянием мог разворотить сердце любой девушки лишь по щелчку пальцев.
— Так погоди, а как же твое дело в Москве? — нахмурилась Вита.
— Оно процветает, но я хочу развернуться и в Питере тоже.
— Так у тебя все же в онлайне? Или ты и здесь хочешь построиться?
— Да.
— А ну все ясно. Значит, будем чаще видеться.
И тут я решила все-таки подать голос и перестать косить под предмет мебели.
— Чем вы занимаетесь, Павел?
— Паша, Паха, Павлик, — кивнул он. — Можно Паштет, но только тогда, когда мы с тобой напьемся, лады?
— Боже! — закатила глаза Вита.
— Хорошо, — без тени смущения кивнула я.
— И не выкай мне. Я не старый! — парень рассмеялся так задорно, что у меня пальчики на ногах поджались.
— И все же? — вопросительно приподняла я брови.
— Паша у нас учитель, — ответила за брата Вита.
— Вау, — пораженно поджала я губы.
— Да, этот красавчик с красным дипломом окончил московский пед, если что. А потом... — но сестру парень прервал.
— А потом я понял, что система образования в нашей стране — полный отстой. И создал онлайн-платформу по подготовке школьников к ОГЭ и ЕГЭ, которая предлагает эксклюзивное обучение. Сейчас число пользователей перевалило за один миллион по всей России.
— Охренеть, — кивнула я с почтением.
— Да я крутой, — погладил себя ладонями по прессу парень, рассмеялся, а затем строго на меня зыркнул и спросил. — ты уже влюбилась в меня? Нет? Еще нет?
— Паш, престань, — дуксанула брата Вита по плечу полотенцем, а я рассмеялась, откинув голову назад.
И вот тут случилось то, что я меньше всего ожидала. Потому что парень подмигнул мне, кивнул и выдал:
— Так-то лучше. Смеяться. Пусть все завидуют, что у тебя все хорошо, даже если это не так. Чем смотрят на твой разбитый видок и кайфуют, зная, что тебе плохо.
Я тут же стушевалась. Вита прикусила нижнюю губу, но кивнула, признавая, что брат прав. Но я пожала плечами и честно ответила:
— Знаешь, Паш, иногда бывает настолько больно, что становится абсолютно плевать уже на то, кто там и что подумает. Без обид.
Но парень только поднял руки вверх, объявляя о том, что все в порядке и он ни на что не претендует, а потом увел тему разговора в совершенно другое русло. А меня только тогда вдруг осенило: а какого рожна он вообще решил, что я проживаю не самую лучшую часть своей жизни?
Ответ так и не находился.
А после завтрака я извинилась и выдумала для себя срочное дело в городе, из-за которого я была вынуждена немедленно уехать. Вита все поняла без слов. Кажется, как и Паша.
Я позорно сбегала.
Но никто против моего решения не возражал. И уже спустя полтора часа я была в Питере. Сразу припустила в клинику, где тут же уселась за свою научную работу. Да так в ней и окопалась до самого вечера.
  
После позвонил отец и пригласил приехать на свой день рождения. Я обещала подумать, хотя мы оба прекрасно понимали, чем все это закончится. Вернуться для меня в Москву было смерти подобно. Увидеться с Лиссом — все равно что собственноручно выстрелить себе в голову.