Когда король падет

В дверь постучали, и на пороге появилась служанка: каштановые кудри оттеняли бледность ее лица. Произнеся положенные приветствия, она сдержанно объяснила мне, как пользоваться переговорным устройством, висевшим возле двери и необходимым, чтобы вызвать ее, если мне что-то понадобится. Ее недружелюбный тон, однако, намекал, что лучше обходиться без нее.
– Ваш брат, мисс Хоторн, – холодно объявила служанка, а я резко кивнула в ответ. Я так утомилась, что даже не смогла произнести слова благодарности.
  
Девушка ретировалась, и в комнату зашел Валериан – волна облегчения захлестнула меня. Однако его первые слова отняли у меня это чувство, не успела я немного им насладиться.
– У нас всего пять минут, – сообщил Валь и, даже не взглянув на меня, окинул беглым взором комнату, запоминая детали.
Но я бросилась к брату, чтобы обнять. Он даже не вздрогнул и со свойственной ему непоколебимой решительностью поймал меня в объятия.
– О небеса, – прошептала я, уткнувшись ему в крепкую грудь. Тысячу раз мы проигрывали этот сценарий. Но даже самое богатое воображение не смогло бы представить, насколько все оказалось страшнее. Я влезла чудовищу в пасть, и оставалось лишь надеяться, что оно не проглотит меня.
– Успокойся, – пробормотал Валь, имея в виду совсем другое. Мы придумали секретный язык, чтобы говорить в замке – ведь нас могли подслушивать.
– Теперь назад дороги нет, Фло. Тебе придется пройти через это.
– Знаю, – застонала я.
– Дыши глубже, – придерживайся плана.
– Угу, – промычала я.
– Не забыла лекарства?
Меня будто ледяной водой окатило. Лекарства!
– Да, – проговорила я.
Мне удалось пронести в замок упаковку антигистаминного препарата, но Валь подразумевал явно не его. Он говорил о тех таблетках, которые мы с мамой ночами зашивали в подкладку одежды, чтобы во время обыска их не нашли: обычные противозачаточные препараты и серебряные – контрацепция против вампирской беременности. Последние, однако, могут повлиять на вкус моей крови, поэтому, будем надеяться, применять их не придется.
– Вдруг они не сработают? – прошептала я, а Валь лишь крепче прижал меня к груди.
– Тогда… позаботимся об иных средствах.
У меня помутилось в глазах.
– Ты справишься, – проговорил он. – Если кто-то и сможет это сделать, то только ты. – Брат прижался поцелуем к моей щеке и прошептал: – Изображай хрупкий цветочек, Флоренс. Твои шипы он заметит, лишь когда истечет кровью.
Проглотив слезы, я отстранилась.
– Я люблю тебя, – произнесла я, сдерживая рыдания, а Валь нежно улыбнулся.
– Мы все тоже тебя любим. Мы с папой и мамой прикроем твою спину, не сомневайся. Только дай нам повод гордиться тобой, Фло. – Напоследок сжав мне ладонь, он вышел из комнаты.
Я уставилась на закрывшуюся дверь, моля брата вернуться, и глубоко вздохнула. Но потом распрямила плечи и вскинула подбородок. Я сделаю это!
Я подготовилась ко сну и выключила свет. Забралась в постель, натянула одеяло до подбородка и стала наблюдать за дверью. Король может навестить меня в любой момент. Я не смела надеяться, что он подарит мне еще одну ночь, чтобы собраться с силами. Ждать он не будет. Завладеет тем, что отныне принадлежит ему – неважно, готова я или нет.
Все-таки Валь был прав. Нужно придерживаться плана, помнить, зачем я здесь и что должна сделать. Даже самые страшные минуты наедине с этим существом закончатся.
Может, я и обещала себя королю на целый год, но играть роль мне придется всего шесть месяцев. Полгода, чтобы выполнить миссию. О провале я не собиралась и думать.
К ночи летнего солнцестояния король умрет. Когда он заметит мои шипы, будет слишком поздно.
 
Глава 3
 
Страшные люди
 
Меня пронзил порыв холодного ветра, и я поежилась. Вокруг была непроглядная темнота. Она взяла меня в плен и сдавливала будто в тисках. В тишине послышался шорох. Потом меня окутал тяжелый древесный аромат, а на ухо зашептал знакомый голос.
– Бедный нежный цветочек… – Горячее дыхание Бенедикта обожгло кожу, и я отвернулась.
– Нет, не надо, пожалуйста…
– Ты дала клятву, – напомнил он, и меня объял страх. Его руки блуждают по моему телу, вцепляясь все сильнее, и вот пальцы превратились в когти, впиваясь в мою плоть, шелк голоса обратился клыками, а вместо приятного аромата меня окутал запах железа.
Кровь… В отчаянии я стала извиваться. Я должна выбраться отсюда, сбежать от него, но когти рвали и раздирали меня. Крик застрял в горле, перекрыв дыхание. Монстр прижался к моей шее, и я поняла, что он уничтожит меня, даже шипы не спасут. Мне не уйти. Ничего не видя, я…
По комнате эхом разнесся стук. Затем еще раз – настойчиво, почти требовательно.
Король Бенедикт. Пришел за мной. Он здесь…
В панике я вынырнула из сна. Пульс бешено бился, я прерывисто дышала, воспаленный мозг не предъявлял ни малейшей догадки о том, где я находилась. Мало-помалу ко мне возвращалось осознание: шелковый балдахин над огромной кроватью, мягкий матрас. Я раскинулась на нем по диагонали, подушки разлетелись по полу. Одеяло сползло с кровати, обмотавшись у меня вокруг ног. Я поспешила высвободиться из его тисков, чтобы унять чувство, будто меня кто-то схватил. Осторожно погладив шею, я с облегчением посмотрела на руки и не обнаружила крови. Я взмокла от пота, так что вздрагивала от малейшего сквозняка, хотя в комнате и стояла духота, а окна были наглухо закрыты из-за зимнего мороза. Сквозь шторы падал хмурый утренний свет. Должно быть, я заснула вчера, пока дожидалась короля. Впечатляюще, учитывая, что я от переживаний места себе не находила.
Стук прозвучал в третий раз. Вдруг это король? Лучше, чтобы он не видел меня в таком состоянии. Да и вообще – я не была готова. Только дай мне немного времени, хоть чуть-чуть…
– Мисс Хоторн? – раздался сдержанный женский голос, и я с облегчением вздохнула. Торопливо пригладила волосы и, потянув за одеяло, обернулась в него.
– Да? – прокряхтела я.
Дверь открылась, и в комнату заглянула женщина лет тридцати. Каштановые локоны обрамляли ее бледное лицо. Окинув недоверчивым взглядом комнату, она вперила в меня взгляд.
Если не ошибаюсь, это она прошлым вечером объясняла мне, как работает переговорное устройство, хотя я так и не узнала ее имени. Наверное, я настолько переволновалась, что не подумала спросить – как невежливо. Слуги были единственными людьми в Багровом Сердце, не считая меня, а значит, и единственными союзниками. Не следовало так легкомысленно отталкивать от себя эту женщину. С тревогой я все отчетливее осознавала, что пребывание в замке станет для меня непростым испытанием. Как бы легко я ни завязывала знакомства в обычной жизни, здесь мне придется куда сложнее.
Служанка слегка поморщила нос.
– Доброе утро. Я принесла завтрак.
– Ой, – смутилась я. – Благодарю.
Она внесла в спальню большой поднос. С ловкостью поставила его на столик, затем раздвинула шторы и распахнула окно. В комнату ворвался морозный декабрьский воздух, пахнущий деревом и холодом. Я заметила, какой прекрасный вид открывался отсюда.
В окно моей комнаты виделась панорама Красного сада, окружающего дворец. Он и тщательно охраняемая стена отделяли Багровое Сердце от Внутреннего Лондона и остальной части города. Летом происхождение имени сада становилось очевидным. Более пятисот лет назад Генрих Седьмой стал первым вампиром, взошедшим на английский престол, он построил замок и посадил вокруг него красные клены и кроваво-алые розы. По сей день они занимали большую часть парка, и в теплые летние дни казалось, будто прошел дождь из крови и она стекает с верхушек высоких деревьев.
  
По крайней мере, так говорили. Я впервые увидела Сердце собственными глазами, но ветви кленов теперь оголены, а розы давно увяли.
И все-таки передо мной предстало невероятное зрелище. Большая редкость для человека – так глубоко забраться в вампирский мир. Я в этом замке казалась чужой. Примерно двадцать часов назад мы с Валем забрались в королевский лимузин, доставивший нас сюда, – в тот момент моя жизнь повернулась на сто восемьдесят градусов.