Студент: Долгопа (СИ)

— Я подумаю, — буркнул Митяй и выпил. Делиться баблом ему явно не хотелось. Но и отказывать было неудобно: ведь расклад я ему дал резонный, в цвет.
Помолчали с полминуты, после чего лобненский авторитет не выдержал и спросил:
— Так что там с фурами?
— Олег, ты сперва реши насчёт нашего партнёрства. А там и с фурами будем думать, — хмыкнул я в изрядно отросший пушок юношеских усов. — А пока, строго говоря, это твой геморрой, не мой.
  
— Вот значит как? — зло цыкнул краем рта Олег. — Ну и порешаю! Хули мне не порешать?
— Вы решили по горячему? — неожиданно возле нашего стола снова возникла официантка. От неожиданности Олег чуть не выронил рюмку и перевёл на неё недовольный взгляд.
— Чо ты с этим горячим пристала? Давай пузырь ещё лучше, грибочков солёных, огурцов. Ну и мяса побольше! Тащи, чо есть, блин. Вы, бабы, совсем охренели, уже не в курсАх, как мужика накормить? — от душевной такой отповеди девушка слегка сбледнула с лица и тут же исчезла где-то в районе кухни.
— Ладно, остынь. Девчонка-то при чём? — попытался успокоить я друга.
— А они все не при чём, — недовольно проворчал товарищ. — А потом съебутся втихаря — и всё.
— Ты не переживай, Олежа, — покачал я головой. — Баб у тебя будет немерено. Ты лучше думал бы о другом, — Митяй шлёпнул рюмку о мою и выпил, я же снова решил пропустить и продолжил: — Пока ты лезешь на Шарик, что у тебя за спиной делается? Страна рушится и нищает. Таких, как мы с тобой, будет всё больше. Лезть в международный аэропорт, не имея за спиной надёжной базы, опасно.
— Ты это к чему? — спросил меня Олег слегка окосевшим взглядом.
— К тому, что про Лобню не забывай. Это твой дом, а в доме должен быть один хозяин.
— А чо, верно! — хохотнул Олег, а потом одобрительно перевёл взгляд на подошедшую официантку с подносом, опасливо жавшуюся ближе ко мне. Девушка быстро выставила на наш стол бутылку, исходящее соком мясо, разносолы и свинтила, а Митяй проводил её восхищённым взглядом и продолжил: — Верно базаришь! Ты там в Долгопе, я в Лобне. Возьмём под себя весь Север Москвы, нахер. А чо? — Митяй радостно хлопнул по столу ладонью, отчего тарелки подпрыгнули, громко звякнув. Хорошо хоть в кафе играла музыка и девушка на сцене недавно начала петь что-то из зарубежного репертуара. Так что никто на наш шум внимания не обратил. — А насчёт Шарика я прикину, Студент! Ты пацан правильный, ты мне нравишься. Мы с тобой в натуре такооое замутим.
— А следующая композиция специально для Рустама и Светланы! — объявила девушка со сцены, и группа музыкантов заиграла иностранный медляк.
За нашим столом воцарилась тишина, пока Олег поедал кусочки жареного мяса, я поймал себя на мысли, что где-то видел эту местную певичку. Как швейцар сказал ее зовут? Марина? Что ж это за Марина?
— Не, ну вот чо за жизнь такая свинячья, Студент? — проворчал окосевший Олег мутными глазами, смотревший на импровизированный танцпол возле сцены, на котором танцевали медляк восточного вида мужчина слегка в теле с каким-то болезненно опухшим лицом и с лоснящейся жиром кожей и красивая девушка лет двадцати пяти в алом платье чуть ниже колен.
— А чо? — немного не въезжая, о чём речь, перевёл я взгляд на товарища. Надо сказать, уже окосевший взгляд, потому как столь активное употребление алкоголя в сжатые сроки взяло своё, и я опьянел.
— Такие девки — и с таким хуйлом. Эхх! Давай-ка накатим, братан! — с досадой цыкнул Олег. Отказывать братану было неудобно, контролировать я себя потихоньку переставал.
— И вновь композиция для прекрасной нашей пары Рустама и Светланы! — объявила певица еще пятнадцать минут спустя, после чего все та же странная парочка закружила медленный танец. Пухляш же совсем разошелся и его толстые волосатые пальцы прямо во время танца собственнически опустились на крепкий зад его партнерши.
— Вот гад! — ударил кулаком по столу Митяй и, не поворачивая головы в мою сторону, спросил: — А вот скажи, Студент. Как там это, ну, в сказках было? — почесал вилкой щёку Олег, силясь что-то вспомнить. — Ну типа если чудище принцессу похитило, чо надо делать?
— Ну, если принцессу чудище… — развёл я руки в стороны, и покачнулся, прикидывая варианты. — Тогда принцессу надо спасать.
— Вот! — поднял вверх указательный палец Олег. — Тогда пошли! — поднялся он на ноги.
— Пошли! — легко согласился я и последовал примеру друга, вставая рядом с ним. — А куда пошли?
— Ну как куда? Спасать! — сказал Олег и бодро двинул в сторону танцпола, стараясь держать равновесие и не сшибить по дороге какой-нибудь стол. Я засеменил следом, держа взглядом широкую спину братана в олимпийке как ориентир для движения.
— Слышь? — Олег добрел до парочки, отдёрнул восточного вида мужика от красотки левой рукой, а правым кулаком зарядил прямой в челюсть.
— Нокаут! — констатировал я, смотря на развалившегося на полу мужика. Как его там? Рустам?
— Вы чего делаете? — взвизгнула в микрофон Марина со сцены. Музыка выключилась, а в нашу сторону из ВИП «нумера» уже бежало несколько крепких парней.
— Точно! Ты Хлебникова! — аж прихлопнул я в ладоши, радуясь тому, что наконец узнал певицу. В это время Митяй встретил первого подбежавшего мужика ещё одним метким ударом в челюсть. Спасатель упал под ноги бежавшему сзади другу, который немедленно об него споткнулся и тоже отправился на пол.
— Ещё один нокаут! — снова констатировал я, глядя на кучу малу на полу.
— Мы тебя спасём! — заверил девушку в красном платье Митяй и под её громкий визг закинул к себе на плечо, после чего дал деру в сторону выхода. Я, естественно, побежал следом. Не оставаться же одному?
Как мы оказались на улице я почти не уловил. Сознание вернулось возле открытой задней двери «девятки», куда спасённую принцессу пытался запихнуть Митяй, но она отчаянно сопротивлялась.
— Почему ты не лезешь? Мы же тебя спасли! — с обидой в голосе мычал Митяй, пытаясь и так и эдак запихнуть девушку в салон авто. В этот момент из кафе вылетала четвёрка лобненских охранников.
— От кого спасли, алкаш? Ты моего мужа ударил! Пусти! — орала девушка в лицо Олегу.
— Олег! Лучше пусти и валим. Ща менты приедут и всё. — пришла мне на ум дельная мысль.
— Да? — вопросительно посмотрел на меня Олег, отпустил рукав платья девушки и, что-то для себя решив, довольно ловко запрыгнул на заднее сиденье машины.
— Мадам! Простите, возникли неотложные дела! — поклонился я даме, неловко покачнувшись. Рука Митяя высунулась из салона и затащила меня внутрь.
— Гони, гони! — прокричал Митяй водиле. Шины взвизгнули, и мы полетели по пустой дороге во тьму мытищинской ночи.
 Глава 17 
27 ноября 1988 года, г. Лобня. Никита Игоревич Журов
Без спроса являться на хазу Тяпы в Лобне Журик не стал, хотя адресок в записной книжке у Никиты имелся. Уголовный мир только на первый взгляд кажется огромным, но на самом деле все плюс-минус друг друга знали, а если не знали лично, то всегда имелось у кого поинтересоваться. Тот же Саня Тяпушкин, он же Тяпа, был старым знакомцем одного общего с Гией кореша. Собственно, именно Тяпа и курсанул Гию Батумского некоторое время назад о том, что за ребятки из Лобни увели его фуру. При том что ставил на Лобню Тяпу не Гия и обязан он ему ничем не был. Но была возможность, и Тяпа уважение проявил, посетовав на творимый беспредел от молодежи, зоны не нюхавшей. Хотя было это проявлением уважения или попыткой на всякий случай прикрыть свою жопу — большой вопрос.
Так что утром где-то вылавливать Тяпу и вытаскивать из кровати Журик не стал. Вернулся к себе на квартиру и наконец принял горячую ванну. Это дело Журик любил: подобные процедуры помогали вору расслабиться и обрести состояние душевного равновесия. Там Никита и закемарил, разморенный горячей водой и бессонной ночью. Проснувшись от того, что вода уже начала остывать, Журик вылез, обтерся и пошел звонить Тяпе. Быстро сговорившись на вечер и получив подтверждение, что Саня будет у себя в частном доме, Никита, не долго думая, решил за оставшееся время попытаться выспаться. Кто знает, когда потом доведется?