Невеста для принца (ЛП)

— Ты не герой романтического романа. И не каждый день должен быть романтичным.
— Арти…
— Гейл, ты драматизируешь.
— Правда? А я смутно помню, как ты катался с Софией на воздушных шарах, ходил в оперу, нырял с аквалангом на частном острове и…
— Ты точно смутно помнишь или всё-таки ясно? — он ухмыльнулся.
— Вот это ты и вынес из моего заявления? Моё хорошее зрение?
  
Он рассмеялся.
— Ты можешь делать всё то же самое, Гейл.
— Правда? И в чём подвох?
— Конечно, после того, как вы обручитесь.
— Вот он, подвох! Я ещё не обручён, не так ли? Как мне этого добиться? Ухаживать за ней? А как я должен ходить на свидания, если меня заперли здесь с капитаном Безрадостным и вице-адмиралом Плей-До?
Арти смеялся так громко, что ему пришлось отложить работу.
— Но почему я Плей-До? — крикнул Вольфганг из кухни, что только подтвердило его прозвище.
— Арти, я знаю, что некоторые газеты интересуются, где я. Скажи им, что я уехал кататься на лыжах с друзьями.
— Проблема в том, что все твои друзья до сих пор в городе и тоже интересуются, где ты. Поэтому мы ничего не говорим, — ответил он, даже не пытаясь понять.
— Тогда я не знаю, что ты хочешь, чтобы я делал, — раздражённо бросил я. — Я даже не уверен, нравится ли ей проводить время со мной.
— Хм…
— Хм? Почему хм?
Он просто пожал плечами, подписывая одну из чёрных папок и передавая её кому-то за кадром.
— Ты пытаешься меня раздражать?
— Ровно настолько, насколько ты меня.
— Я думал, ты этого хочешь, Арти. Так зачем ты всё усложняешь? Клянусь, это выглядит так, будто…
— Ладно.
— Ладно? — переспросил я, не веря своим ушам.
— Искандар, ты здесь? — вместо ответа позвал он, и Искандар тут же подошёл ко мне.
— Да, сэр.
— Я понимаю, что это усложнит тебе работу, но, пожалуйста, дай ему пространство, чтобы делать... что бы там он ни задумал. Разумеется, в пределах разумного.
— Да, сэр.
— Спасибо, — выдохнул я с облегчением.
— Гейл.
— Что?
— Я рад, что она тебе так нравится, — сказал он, и прежде чем я смог что-либо ответить, он отключился.
Какой он был типичный Арти. Появлялся, когда хотел, заявлял, что нужно и как нужно, поддевал меня, а потом исчезал, не оставляя возможности ни высказаться, ни попросить чего-то ещё.
— Знаете что, я даже не буду жаловаться, — пробормотал я, бросая телефон Искандару и направляясь к лестнице. — Пойду приму душ. Вольфганг, посмотри, где мы могли бы заняться дайвингом…
— Дайвингом? — услышал я её голос, и тут же моя нога соскользнула с последней ступеньки наверху. Пришлось схватиться за перила, чтобы не упасть.
— Ты в порядке? — спросила она, её голос звучал с ноткой беспокойства.
— Да, в полном порядке! — быстро ответил я, стараясь замаскировать свой промах, усевшись прямо на лестницу, как абсолютный дурак.
Что со мной вообще творится? С каких пор я спотыкаюсь от одного лишь звука женского голоса? Это же фишка Арти, не моя!
— Гейл?
— Одетт? — кивнул я ей, стоя на ступенях, потому что, очевидно, мой мозг решил отключиться.
Её карие глаза с недоумением смотрели на меня снизу.
— Что тебя сюда привело?
— У нашего шеф-повара остался лишний яблочный штрейзель с греческим йогуртом, и мама сказала отнести вам, — она подняла бумажный пакет в руке.
— Спасибо... э-э-э... мы обожаем яблочный штрейзель с греческим йогуртом.
Господи всемогущий, что это за слова сейчас выходили из моего рта?
Когда её бровь изогнулась, а взгляд пробежал по мне с головы до ног, я был уверен, что она догадалась, что я окончательно сошёл с ума.
— Ты собираешься просто сидеть там?
— О, точно! — я быстро поднялся, отряхивая руки, не совсем понимая, что сказать. Она застала меня врасплох.
— Спасибо, мисс, — к счастью, сказал Вольфганг, забирая у неё пакет.
Я воспользовался этим моментом, чтобы подойти к ней.
— Не за что, — она улыбнулась ему, а затем снова обратила своё внимание на меня. — Что ты говорил о дайвинге? Разве не слишком холодно для этого?
— На самом деле, погружение в холодную воду даёт лучшую видимость. Но я думал о посещении аквариума.
— Такое возможно?
— За правильную цену возможно всё.
Я хотел ударить себя. Теперь я звучал как надменный придурок.
— О, ну... надеюсь, тебе понравится. Я просто думала, может, ты сегодня свободен. Но мы можем сходить в другой раз...
— Подожди, Одетт. — Я усмехнулся.
Неужели она правда думала, что я собирался заняться дайвингом один?
— Я хотел взять тебя с собой.
— Меня? Но я не умею заниматься дайвингом.
Я рассмеялся. Это не было так уж смешно, но её выражение лица всё равно заставило меня смеяться. Проводя рукой по затылку, я сдался окончательно.
— Я пытался придумать что-то грандиозное для свидания сегодня днём. И я знаю, что ты говорила, что мои «движения» кажутся слишком напускными, но мне всё равно хочется, чтобы наше время было... запоминающимся.
— Оно уже не такое?
— Нет, я имею в виду…
Чёрт возьми.
— Похоже, у меня серьёзные проблемы этим утром. Понятия не имею, что со мной не так.
— Ладно, пока ты пытаешься это выяснить, может, ты бы хотел сходить со мной на поэтический вечер? — предложила она, показывая слегка помятый флаер.
— Поэтический вечер?
Она кивнула.
— Это будет в маленьком независимом книжном магазине. Думаю, людей будет немного, так что почему бы тебе не побыть среди поэтов, как ты сам?
Я думал о дайвинге среди экзотических рыб, о симфоническом концерте, о том, чтобы улететь на какой-нибудь пляж с голубой водой... чего-то волшебного, чего-то необычного. А она хотела пойти со мной в местный книжный магазин и послушать стихи.
Я улыбнулся, взяв флаер.
— Да, я бы с удовольствием. Думаю, это идеально.
Возможно, она была идеальна.
* * *
Одетт
Я чувствовала себя так, будто внутри меня встряхнули банку газировки и открыли её. Эти пузыри, этот лёгкий вихрь в животе... Я никогда раньше не испытывала ничего подобного и совершенно не знала, что с этим делать или как это остановить.
Я пыталась сосредоточиться на том, что было передо мной — книжном магазине под названием «Однажды в сказке». К сожалению, он оказался совсем не тем «поэтичным, молодёжным» местом, как я надеялась. Конечно, я знала, что это не будет самым популярным или оживлённым уголком Сиэтла, но не ожидала, что он окажется таким... пустым.
В моём воображении это место почему-то наполнялось людьми нашего возраста, с чашками кофе в руках и в беретах. Но реальность была далека от этого: магазин больше напоминал смесь дома престарелых и библиотеки.
Я взглянула на Гейла, пытаясь понять его реакцию на мой, мягко говоря, неудачный спонтанный выбор для свидания. Наверняка он думал, что идея с дайвингом была бы куда лучше. Но, к моему удивлению, он улыбался, разглядывая стеллажи с книгами и прогуливающихся по залу пожилых людей с явным интересом.
— Какое идеально подобранное название, — прошептал он.
— Что? — удивилась я.
Он наклонился ближе и тихо сказал.
— Полки хранят написанные истории, а люди — живые.
— Вы пришли на поэтический вечер? — раздался голос пожилой женщины с розовыми волосами и, возможно, татуировкой розы на запястье, которая слегка размывалась морщинками.
Она подошла, опираясь на трость.
— Да, пришли, — гордо ответил Гейл, заставив женщину широко улыбнуться.
— О, прекрасно! У нас редко бывают молодёжь, — сказала она, указывая на книгу у стола. — Выберите любое стихотворение и присоединяйтесь к нам у окна.
  
— Выбрать стихотворение? — переспросила я.
— Да, дорогая. Мы берём их со стеллажей, а потом по очереди читаем. Любое, какое захотите.
— Спасибо, — ответил Гейл, взяв меня за руку.
Я старалась не придавать этому значения, но, как обычно, это не сработало. Мы держались за руки так естественно, будто делали это всегда.