"Фантастика 2025-87". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Арка виднелась в противоположном конце зала, ворота, ранее закрывавшие ее, были выбиты, массивные металлические створки валялись тут же, под ногами.
— Внимание! — подал голос эльф. — В коридоре кто-то есть. Кто-то большой…
Стрела уже была наложена на тетиву, жало наконечника смотрело в темный зев арки.
— ДЗАНГ! — обух гномской секиры ударил в умбон щита. — А ну давай, иди сюда!
  
Рем же, вместо того чтобы приготовить клеймор, сунул руку в карман и достал оттуда небольшой черный шарик. Пара ударов огнива — и на конце пропитанного горючим составом фитиля загорелся крохотный огонек, источая весьма характерный, церковный запах.
— Ладан? — удивился Эадор.
— Испытания в боевых условиях! — кивнул Рем. — Измельченный ладан и угольная пыль в оболочке из промасленной бумаги. Посмотрим…
Страшный рев раздался из тьмы коридора, раздался гулкий топот тяжелых шагов… Буревестник дунул на фитиль, раздувая пламя, и силой запустил необычный снаряд прямо навстречу массивной туше фантасмагорических очертаний, которая показалась в проеме. Звук попадания был почти не слышен, но — ярко вспыхнула угольная пыль, сноп огня и аромат благовоний выплеснулись в зал. Рев перешел в истерический визг!
— Н-на!!! — гном лихо крутанулся на месте и запустил в арку свой круглый щит, который со свистом влетел в коридор, что-то хрустнуло и визг сменил тональность.
Ёррин с топором рванул в темноту: угольная пыль прогорела, и снова стало не видно ни зги. Глаза подгорника были явно более приспособлены к ограниченному освещению, чем зрительные органы его товарищей, кхазад неплохо ориентировался во мраке! Когда Аркан двинулся следом за товарищем, высоко подняв факел, тот уже заканчивал. Деловитое хекание и звуки ударов топора возвестили: фомору пришел конец.
Двухголовый мускулистый великан, широкий в плечах, ростом явно в полтора раза выше Буревестника… Был несколько минут назад. Теперь, без обеих голов, конечно, он стал несколько меньше в размерах и продолжал уменьшаться, поскольку кхазад рубал его руки и ноги с завидным упорством.
— Что? — спросил сверкер, тряся окровавленной бородой. — Как мы тут пройдем, с осликами? Он вона какой здоровой, пад-д-дла! Разве что по частям его перенести в угол и сложить горкой! А схема с ладаном рабочая! Вишь как его скрутило? Надо брать на вооружение…
— Надо снаряжать караваны на юг. Для массового изготовления таких игрушек у нас не хватит сырья! — Аркан и не думал помогать бородачу, осматривая коридор. — Дальше путь свободен?
— До следующего зала — точно, — топором Сверкер уцепил туловище фомора за обрывки одежды и отволок в сторону. — А там посмотрим.
Отряд двинулся вперед с максимальной осторожностью. Как рассказал Ёррин, судя по знакам на алтаре, сейчас крепость Граббе не была соединена с Ромсдар-Думом или другими владениями кхазадских семей. Переходы и транспортные коммуникации обвалились. Осмотр производственных и жилых помещений не дал результатов — никаких следов живых гномов обнаружено не было.
Зато среди фоморских трупов нашлось золото: квадратные гномские монеты с квадратной же дыркой посередине, собранные в связки. Сверкер повесил каждому из вьючных животных по три таких своеобразных украшения на шеи, и теперь ослики при каждом шаге издавали мелодичное позвякивание, создавая впечатление материального достатка и финансового благополучия.
Источником угрозы могли стать фоморские туннели, если их, конечно, не завалило при пробуждении силы святилища. Кхазад был в этом почти уверен, но оружие все равно держали наготове. Стычки с выжившими темными случились трижды. Двух молодых фоморов на слух подстрелил эльф, пришпилив к стенам длинными стрелами с черным оперением. Озверевших самок с какими-то рогульками и дрекольем в руках пришлось рубать Аркану — они вывалились прямо на него впятером, из какой-то ниши в стене, когда небольшой караван растянулся в довольно узком проходе. Точные колющие удары клеймором Буревестник наносил хладнокровно и безжалостно: ему претило убийство женщин в любом другом случае, но не тогда, когда это касалось темного племени.
Даже орчанок, которых Рем никогда в жизни не видел, ему, наверное, было бы жаль. Но фоморы… Были ли они разумны в настоящем, подлинном смысле этого слова? Способны ли были к переживанию, сочувствию, созидательному труду — любому, кроме того, что удовлетворял простейшие потребности? Их обманчиво-человекоподобный облик заставлял думать об этом, но весь опыт взаимодействия с тварями кричал об обратном! Не люди, не гномы и не эльфы — но гомункулы, наделенные минимальной самостоятельностью, и созданные или измененные кем-то с главной целью: нести хаос и разрушение, осквернять любые культурные ценности и крушить блага цивилизации. Поэтому — милосердная быстрая смерть оставалась единственным, что мог подарить Аркан этим существам… И клеймор не знал пощады, перерубая убогое оружие вместе с телами фоморов.
У самого хода в арсенал Ёррин снова пустил в ход щит, швырнув его вдоль по коридору. Это страшное метательное оружие переломило пополам тощего фомора с непомерно длинными руками, которые буквально волочились по земле, а секира доделала дело. Больше врагов на пути не встречалось.
— Я очень надеюсь, что наш легендарный вождь знает, куда ведет нас! — проговорил Эадор сдавленно. — Если окажется, что мы будем вынуждены возвращаться той же дорогой, что и пришли, то я, пожалуй, буду вынужден принять…
— Что принять? — глянул на товарища Аркан. — Какие меры ты собираешься принимать в горных глубинах? Мы просто должны…
— Принять на грудь! Так у вас говорят? Я буду вынужден принять на грудь большую порцию алкоголя, и дальше вы будете тащить меня на себе, — тъялери потер переносицу.
Эльф выглядел действительно скверно: лицо его посерело, под глазами пролегли черные круги, обычно изящная осанка теперь превратилась в самую обыкновенную сутулость, танцевальная походка — в шаркающее перемещение с черепашьей скоростью.
— Так худо, да? — Рем достал из-за пазухи фляжечку. — Глотни-ка! Только сильно не увлекайся!
Эадор с сомнением отвинтил крышечку, принюхался, его брови удивленно выгнулись, и тъялери сделал три больших глотка, а потом рявкнул грубым, но весьма бодрым голосом:
— Mereth en draugrim! Так-то гораздо лучше!
— Много материшься в последнее время, да? — усмехнулся Аркан, забрал фляжку, не удержался, сделал маленький глоточек — и тут же спрятал ее во внутренний карман.
— С кем поведешься… И вообще — никакая это не матерщина, а экспрессивная констатация факта, — пояснил эльф. — В буквальном переводе — «волчий корм». Все мы, раньше или позже… Ну, это философия. Я что хочу сказать: нам нужно раздобыть побольше этого напитка! Я не придал значение всем этим разговорам про алхимию, когда мы учреждали Орден, но теперь уверен — если вы научитесь готовить эликсир в промышленных масштабах, ты сможешь получить хорошую прибыль. Это должно тебя заинтересовать! Готов поклясться — владыка Рианнор явно захочет обладать снадобьем, которое позволит витязям сохранять боеспособность даже — как ты выразился? В горных глубинах!
— Что ж, маэстру патриот эльфийского отечества, у меня для тебя две новости, — Аркан хлопнул Эадора по плечу. — Наш следующий пункт назначения — Смарагда. Будем искать того кабатчика-алхимика. Думаю, для личного пользования мы сможем раздобыть достаточно волшебного напитка. Это — новость хорошая.
— Есть и плохая? — в неровном свете факела было видно, что тъялери нервничает.
То ли преследующая его клаустрофобия, то ли напротив — действие снадобья давало о себе знать, но обычно малоэмоциональное, теперь его лицо исказилось странной гримасой.
  
— Нет, все новости — хорошие, — с обманчиво доброжелательной улыбкой проговорил Аркан. — Я не собираюсь давать оружие, которое может помочь эльфам в войне против гномов. Наоборот, впрочем, тоже. Это касается также и людей, и орков — кого угодно. Содержимое этой фляжечки, ровно как и содержимое арсенала Граббе, будет использовано только Орденом и только для нашего дела.