Миллион поцелуев в твоей жизни

– Куда это ты? – в неверии спрашивает Крю.
– Я не обязана больше терпеть твои расспросы. Я ухожу. – Отвернувшись от Крю, иду к выходу, не реагируя, когда мисс Сков окликает меня по имени, и выхожу из класса.
Я еще никогда не уходила с урока до его окончания, но сейчас чувствую себя сильной.
И даже не извинилась за это.
 
Глава 9
   
Рен
В обеденный перерыв на следующий день после моего побега я иду к столу, за которым сидят девчонки из моего класса. Девчонки, с которыми мы учимся вместе еще с девятого, но ни одну из них я не могу назвать своей подругой.
Больше не могу.
О, поначалу мы были близки. Я была новенькой в школе и настоящей диковинкой для них, хотя тогда я этого не понимала. Они считали меня милой и стильной, и я наслаждалась их вниманием и одобрением.
Вот чего я всегда хотела. Добиться одобрения. Вписаться в общество.
Но вместо этого выделялась. В конце концов они от меня устали и начали все сильнее отдаляться. А в итоге вообще не захотели больше проводить со мной время. Они по-прежнему предельно вежливы со мной, как и я с ними. По-настоящему меня терпит только Мэгги, да и то с начала учебного года уже не так, как прежде. Особенно после того, как я стала свидетельницей случившегося между ней и Фигом.
Мы больше никогда об этом не вспоминали, что меня вполне устраивает. Мэгги ничего не подтвердила, но недавно я слышала, что они с Франклином окончательно расстались.
Наверное, это к лучшему. Надеюсь, наш учитель не имел отношения к их разрыву, хотя в глубине души подозреваю обратное.
Если бы у меня были реальные доказательства, я бы что-нибудь сказала. Но я ни к кому не могу обратиться с одними лишь предположениями. А вдруг я ошибаюсь?
Я без приглашения плюхаюсь за стол, и девчонки испуганно вздрагивают, но никто ничего мне не говорит. Напротив, все улыбаются, а потом продолжают разговор.
Я принимаюсь за салат, который купила в столовой, и слушаю их безостановочную болтовню. Надеюсь узнать что-то любопытное о Крю, что смогу припомнить ему сегодня на уроке психологии.
После того, как я ушла от него вчера, он в упор игнорировал меня на сегодняшнем уроке английского. Не ждал на своем привычном месте у главного входа, как делает каждый день. Мне даже стало не хватать утреннего хмурого взгляда в исполнении Крю Ланкастера.
Конечно, я не думаю, что он ждал там меня, но зачастую возникает именно такое чувство…
Я молча ем салат, не участвуя в разговорах, пока Лара не спрашивает меня прямо:
– Что у тебя с Крю Ланкастером?
Я перестаю жевать, и лист салата превращается в кашу у меня на языке. Я с трудом проглатываю его, запиваю водой и, прокашлявшись, отвечаю:
– Ничего.
– А. Что ж, а он спрашивал о тебе, – говорит Брук, лучшая подруга Лары.
Моя вилка со звоном падает в почти пустую тарелку с салатом.
– Ты это о чем?
Подруги переглядываются, а потом Брук продолжает.
– Задавал вопросы о тебе. О твоей семье. О прошлом. – Она пожимает плечами.
Меня бесит, что он пытался добыть информацию обо мне. Почему не подошел и не спросил прямо?
– Что вы ему рассказали?
– А что мы могли рассказать? Мы мало что знаем о тебе, Рен. – Тон Лары звучит немного надменно. Она всегда вела себя так, словно у нее ко мне какие-то претензии.
Поэтому я не утруждаюсь с ней спорить.
– Почему он вообще спрашивает о тебе? – Лара не сводит с меня глаз.
– Не знаю. Мы вместе работаем над проектом, – признаюсь я. – По психологии. Он мой партнер. Сков определила нас в пару.
– А-а. Я не стала брать этот курс в этом году, – в голосе Лары слышится неподдельное разочарование.
– Я тоже. А стоило хотя бы ради возможности поработать в паре с Крю, – произносит Брук, и обе начинают хихикать.
Я бы хотела рассказать им, как ужасно работать с Крю, но ни та, ни другая мне не поверят, поэтому помалкиваю.
– Он невероятно сексуален, – говорит Брук, когда смешки стихают. Лара согласно кивает. – Слышала прошлым летом, что он встречался с девчонкой, звездой ТикТока, у которой чуть ли не триллион подписчиков. С той, что снялась в фильме?
– Ой, помню. Она прикидывалась скромницей и так ничего и не подтвердила, но, клянусь, я видела их совместные фотографии. Она жуть какая красотка. Конечно, он с ней встречался. – Лара закатывает глаза, а потом окидывает взглядом свое тело. – Вот бы и мне быть такой худышкой.
Я как можно незаметнее рассматриваю фигуру Лары. Она очень стройная. Не понимаю, чем она недовольна.
– Ходят слухи, что ему нравятся женщины постарше, – говорит Брук, но предполагаю, что она слышала одни только сплетни о Крю и его мнимом предпочтении взрослых женщин. Ну в самом деле, откуда ей знать? – Не помню, когда он в последний раз встречался с кем-то из здешних учениц.
– Может, в девятом классе? – кивает Лара.
– А как же Ариана? – спрашиваю я.
Обе рассматривают меня в пугающем молчании.
– Он ходил с ней на выпускной в прошлом году, – напоминаю я. – Разве они не встречались?
– Ой, брось. Она же наркоманка. Летом ложилась в лечебницу. – Брук морщит нос. – Наверное, он был с ней, чтобы наладить контакт с ее дилером.
Лара смеется и хлопает лучшую подругу по руке.
– Брук!
– А что? Это правда. Я знаю, что Крю Ланкастер любит приложиться за компанию.
Уж не знаю, откуда ей это известно, но да ладно.
– И, как я уже сказала, он предпочитает женщин постарше. Девчонки в школе «Ланкастер» ему точно не нравятся. Больше нет. Может, все дело в школьной форме?
Я перестаю прислушиваться к разговору и смотрю на свою юбку, которая полностью прикрывает колени. Слышу в голове голос отца, который всегда старомоден в своих замечаниях о моем внешнем виде. Напоминает мне, что я должна носить юбки приличной длины. Не должна показывать слишком много обнаженной кожи. Меня всю жизнь опекали, особенно после одного болезненного происшествия, случившегося, когда мне было двенадцать.
Когда я была юна, наивна и верила всему, что мне говорят.
Я опускаю взгляд на свои туфли. Помню, как мне казалось, что в них я выгляжу стильной, и какое-то время так и было. Из-за них девушки в школе считали меня настоящей законодательницей моды.
Теперь я смотрю на свои туфли с ремешком и без каблука и понимаю, что выгляжу как ребенок. Маленькая девочка в белых носках, которая выставляет голые ноги на морозе ради «моды».
И что это за мода такая? Я выгляжу нелепо.
Я и сама нелепая. Ни один парень не обратит на меня внимания, пока я так выгляжу.
Уж точно не Крю Ланкастер.
И с каких пор я хочу, чтобы он меня заметил? Он же отвратительный.
Но привлекательный.
Грубый.
Но по-своему обаятельный.
Я ему не нравлюсь. Он, по сути, прямо мне об этом сказал, и не раз. И он мне тоже не нравится. Но…
Меня к нему тянет.
От раздражения я так сильно пинаю ножку стола, что вся посуда звенит, а девчонки резко перестают смеяться.
– Ты что, пнула стол? – спрашивает Лара после недолгого неловкого молчания.
– Прошу прощения. – Я пожимаю плечами, нисколько не сожалея. Просто эти слова всегда машинально слетают с языка, когда кто-то меня в чем-то упрекает. – Я не нарочно.
– Знаешь, Рен, тебе очень повезло, что ты работаешь над проектом вместе с Крю, – говорит Брук, и я задаюсь вопросом, не стала ли она вдруг так особенно любезна со мной из-за моей легкой эмоциональной вспышки.
– Почему это?
– Проект ведь по психологии? Ему придется открыть тебе свои самые сокровенные тайны и фантазии? Это может быть любопытно. – Глаза Брук возбужденно блестят при мысли о том, чтобы раскрыть секреты Крю.
  
Я не хочу их знать. Он злой, противный, а еще меня называет предвзятой? Сам ничуть не лучше.
Может, даже хуже.
– Сомневаюсь, что он что-нибудь мне поведает, – признаюсь я.
Обе смотрят на кольцо с бриллиантом у меня на пальце и снова обмениваются одним из тех взглядов, которые красноречивее слов.