Мангака 4 (СИ)

— Ты прав. Об этом я не подумал… — потерянно ответил дед, — В своё оправдание могу лишь сказать, что у меня и мысли не было о том, что глава школы Сётокан может вызвать на поединок подростка! Но вот сейчас я понимаю, что от этого урода всего можно ожидать… Сайто действительно лучше во всё это не лезть… Справлюсь сам как-нибудь, — аж осунулся он, — Видимо, школу всё же придётся закрывать. Слишком стар я уже для всего этого…
  
— Это действительно будет самым лучшим решением, — согласно кивнул отец.
— А вот я так не считаю, — возразил я, что стало, судя по выражению лиц отца и деда, неожиданным для них, — Отец, ты не видишь, что дед живёт своей школой? Если он не будет ей заниматься, то потеряет смысл своей жизни. А для таких людей, как он, потерять смысл своей жизни — это очень болезненный удар, и многие из них долго не живут после этого. Он должен и дальше заниматься своим додзё! Другого варианта больше нет.
— Это слишком опасно… — начал было отец, но я его перебил.
— Конечно, опасно, пока тот придурок лезет в чужие школы. Деда, вон, до инфаркта довёл. Значит, кто-то должен ему объяснить, что так делать нельзя. И объяснить так, чтобы он надолго это запомнил! Как мне кажется, самым правильным тут было бы сделать с ним то, что он делал другим. Прийти к нему в школу, вызвать на поединок, и отделать как следует на глазах учеников! И сказать, что так будет каждый раз, когда он будет вмешиваться в дела чужих школ. Такие люди, как, он понимают только силу.
— Нет, я не позволю тебе драться с ним! — вскинулся отец.
— Так я и не собирался, — аж опешил я, — Я, вообще-то, о тебе думал. Твоего же отца до инфаркта довели. Неужели ты готов спустить это с рук? Не хочешь сам в это лезть, найми кого-нибудь. Ещё вариант — вообще заявление в полицию на него написать. Уверен, что за то, что он деда до инфаркта довёл, его и посадить можно.
— Нет, только не в полицию! — тут же возразил дед, — У нас был честный поединок, и если я полицию вызову, то точно всех своих учеников лишусь и репутации.
— Ага, очень честный. Молодой мужик деда на поединок вызвал. Честнее просто некуда, — саркастически заметил я.
— А ведь ты прав, сын! — аж посветлел вдруг лицом отец, — Это ведь отличный выход. Убивать за такое, конечно, не стоит, но проучить обязательно надо! Слишком размяк я в последнее время в своей спокойной семейной жизни, и забыл, что ряд проблем только так и решаются. Ладно, тогда Сайто может спокойно присмотреть за твоим додзё, отец, уверяю тебя, тот тип тебя больше не побеспокоит…
— Может, не надо? — разволновался дед, — Вдруг ты его покалечишь? За такое тебя ведь и посадить могут! Насколько я помню, твои… эм… умения сложно к спорту отнести, и они предназначены как раз для того, чтобы быстро вывести противника из строя, зачастую, очень грязными способами.
— Не переживай, отец. Я буду осторожен и аккуратен. И у нас будут свидетели того, что это был обычный спарринг, на который он сам согласился, — растянул губы в холодной улыбке папаша, — А если он вдруг вздумает в полицию обратиться, то мы подадим встречный иск за доведения тебя до инфаркта. Тут уже никакого урона твоей чести не будет. К тому же, ты ведь и сам знаешь, что полиция не любит связываться с крупными корпорациями. Пойду я. Сразу и займусь этим вопросом. Только Кастета с Гансом с собой возьму, на всякий случай.
— Я с тобой! — тут же подскочил я.
— Даже не думай об этом! — жестко отрезал отец, — Мы-то скоро уедем, а вот ты — останешься. Не надо, чтобы тебя связывали с этим делом. Да и зачем тебе это?
— Просто хотел посмотреть, как ты дерёшься, — пожал я плечами, — Я ещё ни разу этого не видел. Хотелось бы оценить уровень твоих умений.
— Всё равно не успеешь, — усмехнулся отец, — Я не буду там показательных боёв устраивать. Два-три удара, и всё будет закончено. А потом у нас будет с ним долгий разговор, и я не хочу, чтобы ты его слышал. Цензурных слов там будет мало, — ещё шире оскалился он в недоброй усмешке.
— Да я, вроде, не ребёнок уже… Переживу, — буркнул я.
— Ну, раз не ребёнок, то и веди себя как взрослый, — пожал он плечами, — Побудь с дедом. А то как бы он не переволновался тут, пока вестей от нас ждать будет.
— Ладно, — нехотя проворчал я, а сам стал нащупывать телефон. Напишу Кастету, и попрошу его записать драку. Потом, естественно, удалю видео, чтобы оно в дальнейшем случайно не всплыло нигде.
* * *
— Слушай, дед, — начал я, когда отец вышел из палаты, — Я у тебя насчёт этой Наоки хотел спросить. Чего она злая такая? Или это только нам так повезло? Как она выживает-то с таким характером? У нас же таких девушек не любят. Нигде в мире не любят, — поправил себя я, — Но у нас — особенно.
— А с чего ей доброй быть? Жизнь её прилично потрепала, знаешь ли… — грустно улыбнулся дед, — Ей ведь всего семь лет было, когда её родители погибли в автокатастрофе. Потом её взял к себе дедушка, но характер у него очень сложный был. Он сразу к ней стал как ко взрослой относиться, и приучать к самостоятельной жизни, готовя к тому, что в любой момент его может не стать. И методы у него в этой учёбе порой бывали очень жестокими… Затем умер и он, и она почти год провела в детском доме, пока я сумел оформить опеку над ней. Такая жизнь её одновременно и закалила, и ожесточила. В школе, конечно, ей поначалу было очень тяжело, но потом одноклассники всё же приняли её. Городок у нас маленький, так что все быстро узнали подробности её жизни. Это немного смягчило людей, и они стали закрывать глаза на её особенности. Друзей, конечно, у неё нет, но и врагов тоже, а это уже не мало. Она, на самом-то деле, не такая уж и злая, как кажется. И заботливая. Ворчит, но помогает мне.
Зашибись… Ещё одна девушка с непростой судьбой, — мысленно поморщился я, — Что ж мне так везёт-то на них? Психованная дочь соседки, Ханако, с её сложными отношениями с родителями… Кого ещё забыл? У Мидори тоже не всё хорошо с родителями, несмотря на её внешне благополучный социальный статус и богатство семьи. Из всего моего женского окружения разве что Мия самой нормальной была, да и та, с заскоками. Эталону японского общества ни одна из них не соответствовала. Впрочем, да и пофиг на неё. Её жизнь меня никак не касается. Хочется ей из себя хамку изображать — пусть изображает, это её дело, и ей с этим жить. Правда, это в школе на её странности глаза закрывают и в этом маленьком городке, где все всё знают друг о друге, а если будет поступать куда-то, то там на подобное закрывать глаза не будут. Это жизнь, а не аниме, и девушкам с жестким характером тут жить очень сложно, если они не из богатых и влиятельных семей. Но, опять же, — это не моё дело! Вот, кстати, насчёт богатства…
— А почему она на двух работах работает? У вас настолько плохо с деньгами? — решил я всё же ещё кое-что узнать у деда про Наоки. Не столько из-за неё, сколько из-за деда. Если у него финансовая проблема, то я просто обязан ему помочь.
— Да нормально у нас всё с деньгами, — отмахнулся он, — Школа, может, и не такой большой доход приносит, как мне хотелось бы, но на жизнь хватает. Выплаты, которые я за опеку над Наоки получаю, я ей отдаю. Видимо, она прекрасно понимает, что если со мной что-то случится, рассчитывать ей будет не на кого, вот и решила финансовую подушку сделать, как я думаю. Со мной она эту тему неохотно обсуждает. Сколько раз я ей говорил, что лучше бы на учебе сосредоточилась, вместо этой работы — всё без толку. Если тебе так уж интересна эта тема, то лучше с ней поговори. Может, с тобой она пооткровеннее будет?
  
Ага, делать мге больше нечего, можно подумать. Самое главное я услышал, что дед не нищенствует, а остальное мне не интересно.
— Слушай, а ружьё-то тебе зачем? — уже перед самым уходом вспомнил я, так и не дождавшись никаких сообщений ни от отца, ни от Кастета, что немного напрягало.
— На охоту в молодости ходил, вот и осталось с тех времён, — неохотно буркнул дед, — Давно уже хочу избавиться от него, да всё забываю. Теперь уже точно продам его ко всем екаям. И вали уже отсюда, я спать хочу.