Гарри Поттер и новая семья. Первый курс (СИ)

— Эй, ты куда? Струсила? — они стояли внизу, не решаясь подняться вслед за ней. — Давай, спускайся, малявка!
— Нет уж, лучше вы к нам, — пробормотала Элин и полезла наверх.
— Ф-фух, еле ушли! — Гарри подал ей руку, помогая перелезть через ограждение на крыше. — Ты как, в порядке?
— Ага, — она упала на спину и, вспомнив уроки гимнастики, начала восстанавливать дыхание.
  
— А я уж думал, ты с ними драться будешь, — произнес он, усаживаясь рядом.
— Без шансов, — помотала головой Элин. — С одним я бы еще попробовала, но с пятью сразу... Это не бегство, это тактическое отступление.
Она приподнялась и посмотрела вниз. Компания Дадли стояла внизу и что-то обсуждала, явно не спеша расходиться.
— Похоже, мы тут надолго застряли, — Она о чем-то задумалась и строго посмотрела на Гарри. — Ладно, колись, как ты это сделал?
— Сделал что? — его глаза беспокойно забегали.
— Как ты оказался на крыше? Только не говори, что по лестнице, не поверю. Я не видела тебя всего секунд десять, ты не успел бы подняться за это время.
— Э-э-э... ну, понимаешь, меня подхватил порыв ветра... — он замолк, понимая, насколько неубедительно это звучит.
— Ты еще скажи, что тебя закинуло сюда локальное землетрясение, — усмехнулась Элин.
— Ну хорошо, — наконец, решился Гарри. — Только поклянись, что никому не скажешь, а то Дурсли меня убьют, если узнают.
— Как скажешь, — Элин достала из рюкзака томик Киплинга и положила на него руку точно так же, как это делали в детективах, когда там показывали сцены суда. — Библии у меня нет, надеюсь, «Книга джунглей» устроит? Клянусь, что никому не расскажу о твоих тайнах, если только ты сам мне это не разрешишь. Ибо мы с тобой одной крови, ты и я.
Она думала, что это была удачная шутка, но вдруг почувствовала, как книга нагревается и ее ладонь на секунду охватывает разноцветное пламя. Правда, все закончилось быстрее, чем она успела испугаться.
— Что это было? — завороженно спросил Гарри.
— Не знаю, со мной иногда бывает... всякое... — Элин сглотнула и посмотрела на друга. — Не уходи от темы, ты обещал.
— Ну, на самом деле, со мной тоже бывает, как ты сказала, всякое, — начал он. — Вот как сейчас. Я просто хотел перепрыгнуть мусорку, оттолкнулся ногами и вдруг взлетел прямо на крышу, как по волшебству. Звучит неправдоподобно, я понимаю, но так оно и есть.
— То есть, ветер — это, по-твоему, было правдоподобно, — засмеялась она и тут же снова посерьезнела. — А что еще с тобой бывает? Это ведь не в первый раз?
— Однажды тетя Петуния подстригла меня почти налысо, — ответил он, — оставив только хохолок на лбу, чтобы прикрыть шрам. Я всю ночь не спал, воображая, как надо мной будут смеяться в школе, но наутро мои волосы отросли обратно. Меня тогда на неделю в чулане заперли. А потом был тот ужасный дадлин свитер, который она пыталась на меня натянуть. Дадли в два раза толще меня, но свитер никак не налезал, и чем больше она пыталась, тем меньше он становился. Ну и еще однажды парик Мейплихи сам собой перекрасился в синий цвет, хоть я и не уверен, что это было из-за меня...
— Понятно, — она легла на спину, подложив под голову рюкзак. — Получается, фраза «мы с тобой одной крови» — это на самом деле не шутка, она и правда про нас.
— В смысле? — не понял Гарри.
— В смысле, мы с тобой одинаковые. Когда я напугана или взволнована, я могу случайно что-то поджечь. То есть без спичек, просто так. И еще три года назад мама пыталась завивать мои волосы в дурацкие локоны, но они всегда распрямлялись, а когда она заплела мне косичку, волосы сами расплелись и укоротились. И с тех пор они вообще не растут.
Гарри изумленно смотрел на Элин, но она этого не замечала, уставившись в проплывавшие над ней облака. Только сейчас она, наконец, поняла, что все последние годы мечтала встретить кого-то, кто был бы похож на нее.
— А твои родители не ругаются? — наконец спросил Гарри.
— Только если это может увидеть кто-то посторонний. Они не хотят, чтобы меня забрали в какую-нибудь секретную лабораторию для опытов, — она посмотрела на Гарри. — А ты не пытался как-то тренироваться? В смысле, делать что-то намеренно, а не только случайно, когда ты волнуешься?
— Нет, ты что, — тот не на шутку испугался. — Едва Дурсли замечают что-то странное, или даже если им кажется, что они замечают, они тут же запирают меня в чулане и не дают есть. Какие уж тут тренировки!
— Тебя морят голодом?! Но так же нельзя! — Элин вскочила и стала рыться в рюкзаке. — Вот, держи, — она протянула ему бумажный пакет с оставшейся от ланча половиной сэндвича и бананом.
— Элин, тебе не стоит, — начал отнекиваться Гарри, но та его перебила.
— Еще как стоит. Я теперь буду носить с собой двойную порцию, и не вздумай даже сказать «нет», обижусь, — она засмеялась. — В конце концов, тебе нужны силы, чтобы убегать от Дадли.
— Ну... спасибо, — Гарри смутился, не зная, как ему следует реагировать. До сих пор за него никто так не переживал. — Я обязательно отдам тебе долг, не знаю как, но что-нибудь придумаю.
Он положил ладонь на «Книгу джунглей» и засмеялся.
— Ведь мы с тобой одной крови, ты и я... Ух ты!
Книга нагрелась, и его руку точно так же, как и недавно руку Элин, на секунду объяло радужное пламя. Они на некоторое время замолчали, пытаясь осознать, что с ними произошло.
— У меня такое чувство, — задумчиво произнесла, наконец, Элин, — что это не просто обещания. По-моему, нам не стоит их нарушать. То есть совсем-совсем не стоит.
Гарри хотел ответить, но в этот момент снизу донесся громовой рык:
— Поттер и Олсен, я знаю, что вы там! Немедленно спускайтесь!
— Упс, — она подхватила рюкзак и схватила Гарри за руку. — Скорей, тут есть вторая лестница?
— Нет, — обреченно ответил тот. — И нам лучше пошевеливаться, это директор Фрост, а его даже Дадли боится. Мы влипли, Элин.
========== Глава 3. Обретение семьи ==========
5 октября 1986 года
— Когда я вырасту, — Элин посмотрела в зеркало и тяжело вздохнула, — я стану премьер-министром и приму закон, запрещающий одевать девочек в платья против их воли.
— Для начала прими закон, запрещающий девочкам бегать по крышам, — засмеялась мама. — А теперь не ной, ты сама виновата и прекрасно об этом знаешь.
— Но сегодня мой день рождения, в этот день я всегда одеваюсь, как хочу!
— Элин, мы уже сто раз это обсуждали, — мама строго посмотрела на нее. — Наказание должно быть соразмерно проступку, иначе оно не имеет смысла. А ты очень серьезно провинилась.
— Может быть, месяц без компьютера... — сделала последнюю попытку девочка.
— Разговор окончен, — мама подошла к трельяжу и достала из него шкатулку с драгоценностями. — Вот, последний штрих.
Она застегнула на шее дочери цепочку с кулоном и помогла ей вдеть в уши серьги. В этот момент дверной звонок издал мелодичную трель и Элин рванулась к выходу: «Я открою!»
— Стоять! — окоротила ее мама. — Папа откроет, а тебе еще надо переобуться.
— Вот черт, — Элин уселась на кровать и начала недовольно стаскивать с себя кроссовки. Она надеялась, что хотя бы про эту деталь туалета, скрытую длинным подолом, мама позабудет, но увы, профессия адвоката требовала внимания к мельчайшим деталям.
— Добрый день, — послышался голос снизу. — Ты Гарри, да? Проходи, Элин сейчас спустится.
Она поспешно затянула ремешки туфель и бросилась было вниз, но, услышав многозначительное покашливание мамы, опомнилась и стала медленно спускаться, придерживая двумя пальцами подол платья. Вести себя так, как подобает юной леди, — это тоже было частью ее наказания.
  
Гарри смотрел на нее, разинув рот. Если бы не знакомые ярко-голубые глаза, он, пожалуй, и не догадался бы, что перед ним его школьная подруга. Длинное синее платье с зауженной талией до неузнаваемости изменило ее фигуру, походка тоже стала совершенно другая. Макияж придал лицу какое-то незнакомое выражение, и даже ее волосы, обычно торчащие во все стороны, теперь были смазаны гелем и уложены в аккуратную прическу.