Мажор в подарок (СИ)

Я разворачиваюсь и почти бегу к лифту. Спускаюсь на ресепшен. У стойки – Соня, та самая стажёрка. Увидев меня, она замирает с виноватым выражением лица.
– Соня, – мой голос звучит резко, как удар хлыста. – Что с моим номером? Где мои вещи?
Соня краснеет до корней волос.
  
– Мира Александровна… Вам же оформили отпуск. Ваши вещи перевезли в номер к вашему жениху.
Последнее слово она произносит шёпотом, сгорая от смущения.
В ушах звенит.
Жених.
Конечно. Наверняка это дурацкая затея Лили. Или это его затея?
– Кто отдал такое распоряжение? – спрашиваю я, и слышу, как в голосе дрожит ярость.
– Мне передали через старшего администратора, как распоряжение от руководства. – Соня смотрит на меня умоляюще. – Всё официально, Мира Александровна. Вам на почту должно было прийти уведомление.
Последнее время мне совсем не до почты.
Я была занята отработкой томных взглядов и спасением от утопления в ванне Клеопатры.
Без слов разворачиваюсь и иду к лифту. Цифры пентхауса горят у меня в глазах, как целеуказатель. В дверь стучу – отрывисто, громко. С вызовом.
Выходи на смертный бой, дракон! Я тебя победю без меча и магии!
Фил открывает почти мгновенно. Он уже в своих обычных темных брюках и свитере. Выглядит спокойным, даже слегка уставшим.
Как будто не он пять минут назад устроил водно-страстные игры.
– Ты… – я наступаю, заставляя его попятиться. – С ума сошел?!
– В смысле? – он поднимает бровь, но в уголках губ я вижу знакомую усмешку. Он знает. Конечно же понимает, почему я сейчас так чертовски зла.
– Мои вещи! Ты приказал перевезти! Без моего согласия?!
Фил выглядывает в коридор, захлопывает дверь, щёлкает замком.
Я сглатываю.
– Это была необходимость, – говорит он.
– Необходимость?! – голос срывается. Я заставляю себя опуститься на октаву. – Объясни. Сейчас же. Или я… выброшу твой ноутбук с балкона!
– Попробуй, – парирует он, но делает шаг назад, оценивая моё состояние. – Ладно. Успокойся. Это часть легенды или ты забыла? Вероника сегодня проверяла именно это. Твои вещи… – он взмахивает рукой в сторону гардеробной. – Там.
Я иду туда, отодвигаю раздвижную дверь. И замираю.
Моя сумка аккуратно стоит в углу. Рядом – коробка с тетрадями. А на вешалке… моя пижама с единорогами. Висит ярким несуразным пятном рядом с его идеально отглаженными белыми рубашками.
– Ты трогал мои вещи?
– Всё сделал персонал. Лично я и пальцем не прикоснулся к твоим единорогам, – говорит он, и я слышу смешок в его голосе. – Хотя признаю, вид забавный.
Я выхожу из гардеробной, сжимая кулаки.
– У нас был уговор…
– Я усилил нашу позицию, – спокойно отвечает он. – И, кстати, сэкономил тебе время. Теперь тебе не нужно бегать между этажами за сменой одежды. Всё под рукой.
– Да. Под твоей рукой. Очень удобно.
– Мои руки, – он делает шаг вперёд, и его взгляд становится тяжёлым, – сегодня, кажется, не так уж тебе и не нравились.
От этой фразы по телу проходит разряд. Вспоминаю его губы, его руки, тот безумный поцелуй в воде.
– Это… была просто игра, – выдыхаю я, но звучит неубедительно даже для меня.
– Игра, – кивает он, приближаясь. – Продолжается. И ты живёшь со мной как девушка с парнем.
– Это похищение! Я буду жаловаться в… профсоюз фальшивых невест!
– Это повышение категории номера, – хмыкает он.
Я отступаю, пока не упираюсь спиной в стену. Он останавливается в сантиметре. Мы снова в этой дурацкой позиции – я, прижатая к стене, он, нависает надо мной.
– Как же ты… – цежу я, глядя ему прямо в глаза.
– Нравлюсь? – очаровательно ухмыляется он.
Я залипаю на этой ухмылке. На его губах.
Сглатываю.
– Бесишь! – говорю, глядя прямо в его глаза.
Уголки его губ медленно ползут вверх. В его взгляде та самая искра, от которой становится жарко.
– Отлично, – тихо говорит он. – Эмоции – это то, что они должны видеть. Так что… добро пожаловать домой, моя… невеста.
Последнее слово прозвучало так естественно, что я на какое-то время лишилась дара речи.
Невеста.
Фиктивная, разумеется. Вот только он об этом ни слова не говорит.
Фил отходит, оставляя меня у стены. Идёт к мини-бару, наливает себе воды. Пьёт её, глядя на меня поверх края стакана. Вызов висит в воздухе.
Я отрываюсь от стены. Прохожу мимо него, спиной чувствуя его взгляд. Захожу в гардеробную, беру свою пижаму. Потом выхожу, направляясь в ванную.
– Я принимаю душ в семь утра, – напоминает он.
– А я – сейчас, – бросаю я, захлопывая дверь.
Под струями воды я пытаюсь прийти в себя. Мозг отказывается обрабатывать этот день. Мы действительно начинаем напоминать настоящую парочку. Общая гардеробная, общий номер, общая… кровать.
В памяти снова всплывает тот неистовый поцелуй в ванной «Клеопатры». Как после такого я должна лечь рядом и… спокойно спать?
Когда я выхожу, уже в пижаме, в номере полутемно. Фил сидит на диване с ноутбуком. На экране – таблицы, цифры. Работает. Даже не смотрит в мою сторону.
Я подхожу к кровати. Делаю глубокий вдох, забираюсь под одеяло. Ючусь на самом краю.
Тишина. Только лёгкий, баюкающий стук клавиш.
Свет от экрана освещает его сосредоточенное лицо. Густые тёмные брови, острый взгляд, мужской подбородок, чистая кожа. Красивый – глаз отвести. Он сейчас выглядит таким мужественным. Никакой ребяческой улыбки и озорства в глазах. Волосы небрежно растрёпаны. Но ему это невероятно идёт.
Не замечаю, как проваливаюсь в дрёму.
Через какое-то время чувствую, как он осторожно ложится на свой край кровати.
Мы лежим спина к спине, разделённые метром пустого пространства. Но это пространство кажется электрическим. Каждая клетка моего тела знает, что он здесь. В трёх шагах.
– Мира, – тихо звучит его голос в темноте.
– Что?
– Твои единороги… светятся в темноте?
От этого абсурдного вопроса я просыпаюсь окончательно и фыркаю от смеха.
– Нет, Фил. Они не светятся.
– Жаль, – слышу я его усмешку. – Было бы забавно.
– Пожалуйста, просто спи.
– Хотел обсудить план действий на завтра. Лиля уже скинула нам расписание на неделю.
Неделю? Боже. Вот… ненормальная. Сколько же в ней неуёмной энергии?
Я усмехаюсь.
Да, его подруга точно ненормальная. Но она нравится мне всё больше.
  
– И что у нас завтра по расписанию от нашего генералиссимуса?
– Катание на лыжах. Рядом с твоим бывшим и его невестой, разумеется. И главное, изображать «самую влюблённую пару в мире». Так она написала.
– Ясно, – я улыбаюсь в темноту. – С таким заданием мы точно справимся, после сегодняшнего-то…