Я бог. Книга XXXIX (СИ)

* * *
Сахалин.
Поместье Кузнецовых.
Перемещение через портал голем перенес спокойно, хотя ему пришлось лечь, чтобы не снести потолок ангара. Когда он выпрямился на улице, на него уставились все гвардейцы, что были у портала. Затем его погрузили на грузовик и привезли к поместью. Гвардейцы замерли и у КПП. Емеля выронил ведро с овсом. Кицуня поднял голову, принюхался и фыркнул.
  
Первым к нам подошел Трофим. Он оценил пятиметрового каменного гиганта одним долгим взглядом и перевел глаза на меня. Лицо не выражало ровным счетом ничего.
— Понятно, — произнес Трофим. — Куда ставить?
— Южный рубеж, — ответил я. — Он будет строить стену вокруг Дикой Зоны. Трофим, познакомься, это Стоник.
Голем нагнулся. Его огромная каменная голова оказалась на уровне лица Трофима. Синие огни в глазницах дружелюбно мерцали.
— Здравствуйте, — прогудел голем. — Я умею строить стены.
— Вижу, — невозмутимо ответил Трофим. — Пойдем, покажу фронт работ.
Маруся вышла на крыльцо, вытирая руки полотенцем, и остановилась с открытым ртом.
— Миша, ты не хочешь ничего объяснить? — укоризненно посмотрела она на меня.
— Это земляной элементаль, мой новый питомец. Он будет строить нам стену.
— Ему надо есть? — спросила она.
— Нет. Он не ест и не спит.
— Идеальный работник, — констатировала Маруся и вернулась на кухню.
Настя выбежала из казармы, посмотрела на голема, подбежала к его ноге, постучала костяшками пальцев по камню и заявила:
— Прочный! А я могу его закидывать во врагов?
— А это там интересно? — спросил голем.
— Да! Очень!
— Тогда я не против! Я всегда хотел полетать…
— Как-нибудь я исполню твою мечту, — кивнула она.
— Я Стоник, — голем наклонил голову. — Давай дружить?
— Настя! — она пожала его палец и расплылась в улыбке.
Эль вышел из дома и остановился, увидев каменного гиганта. Глаза за очками блеснули, он медленно обошел голема кругом, заложив крылья за спину.
— Надежный, — вынес он вердикт. — Не болтливый, не ест, не спит и не жалуется. Наконец-то у меня будет нормальный помощник, а не эти ваши чиновники, которые уходят на обед и забывают вернуться.
Голем посмотрел на Эля. Каменное лицо не выражало эмоции, но синие огни в глазницах потеплели.
— Ты тоже не человек, — прогудел он, обращаясь к Элю.
— Еще какой не человек, — ухмыльнулся Эль и протянул крыло. Голем осторожно подставил свой каменный палец, и Эль пожал его. — Губернатор Сахалина. Будем знакомы.
— А кушать точно не надо? — крикнула Маруся из окна. — Может, хотя бы чаю?
— Он каменный, Маруся! — крикнул я в ответ. — Ты что, просто польешь ему на камни?
— Каменный или нет, а гостей надо кормить!
— Да, на меня можно полить… Я впитываю влагу… — пробурчал Стоник.
— Ладно, хватит болтовни! — похлопал я в ладоши. — Трофим, увози здоровяка, а у меня важное выступление на телике.
Трофим, не теряя времени, подкатил к голему машину с картами южного рубежа. Через десять минут они уехали к Дикой Зоне.
* * *
Телестудия Сахалина.
Тот же вечер.
Камеры были настроены. Оператор дал обратный отсчет и красная лампочка загорелась. Я стоял за трибуной с гербом Сахалина и смотрел в объектив. За кадром Надя держала планшет с тезисами, которые мы набросали за полчаса по дороге. Впрочем, тезисы мне были не нужны. Я знал, что хочу сказать.
— Добрый вечер, граждане Сахалина. Как у вашего царя, у меня нет от вас секретов. — Я выдержал короткую паузу. — На юге острова образовалась Дикая Зона. Это участок территории протяженностью около сорока трех километров, на котором концентрация монстров значительно превышает обычный уровень. Я знаю, что многие из вас уже слышали об этом от соседей, от знакомых, или видели военные конвои на дорогах. Поэтому я считаю правильным рассказать вам обо всем лично.
На экране за моей спиной появилась карта с обозначением Зоны.
— Территория полностью оцеплена. Вокруг Зоны возводится защитная стена. Водный периметр контролируется. Мои лучшие люди и питомцы обеспечивают охрану. Гражданскому населению ничего не угрожает.
Я посмотрел в камеру и добавил то, чего не было ни в каких тезисах:
— Я не стану врать и утверждать, что Дикая Зона появилась не случайно. Божество намеренно открыло портал на нашем острове. Этот портал мы закрыли и справимся с последствиями. Как справлялись со всем, что на нас сваливалось до этого. Вместе.
Красная лампочка погасла. Оператор показал большой палец. Надя заглянула в планшет и убрала его.
— Коротко и ясно, — оценила она. — Хотя можно было бы добавить про экономические меры поддержки южных районов.
— Надь, я царь, а не бухгалтер.
— Вот именно поэтому у тебя есть я, — она развернулась и пошла звонить кому-то насчет субсидий.
* * *
Поместье Кузнецовых.
Следующее утро.
Телефон зазвонил, когда я допивал кофе. Номер был кремлевский.
— Михаил, доброе утро, — голос Петра Петровича звучал спокойно, но за этим спокойствием чувствовалась усталость. — Тебе удобно говорить?
— Да, Петр Петрович.
— Правители четырнадцати стран хотят собраться и обсудить последние события. Новые Дикие Зоны появляются не только у тебя. Мэйдзи сообщил, что на Хоккайдо тоже неспокойно. Метеоритные пояса смещаются, и мировое сообщество наконец-то перестало делать вид, что это их не касается.
— Когда?
— Послезавтра. Кремль. Формат закрытый, без прессы. Правители приедут лично или пришлют представителей. Насколько я знаю, Клеопатра тоже будет.
У меня непроизвольно дернулся глаз.
— Это хорошо, — соврал я. — Заодно и с ней поговорю.
— Именно так я и подумал, — ответил царь с легким злорадством в голосе. — Жду тебя.
Он отключился. Я допил кофе и пошел искать Валеру. Тот обнаружился во дворе, где щелкал семечки и наблюдал, как Кицуня гоняет по снегу какую-то несчастную ворону.
— Валера, мне нужно в Кремль. Послезавтра собрание мировых лидеров.
— И? — он сплюнул шелуху.
— И тебе нужно вернуться в КИИМ. Присмотри за студентами.
Валера посмотрел на меня. Я посмотрел на Валеру. Говорить тут было нечего. Валера в КИИМе был не просто тренером. Если Нечто или его божки решат ударить по институту, пока я в Москве, Валера был единственным, кто сможет защитить несколько сотен студентов и преподавателей. Горький, конечно, мощный маг, но против божества даже ему будет тяжело.
— Ладно, — кивнул Валера. — Поеду. Заодно проверю, кто из них уронил шар.
— И Валера…
— Что?
— Не пугай их слишком сильно.
— Мишаня, — он положил мне руку на плечо, и я просел сантиметров на пять в землю, — я вообще никого не пугаю. Они сами пугаются. Я тут ни при чем.
С этими словами он развернулся и зашагал к ангару. Ворона, которую гонял Кицуня, воспользовалась моментом и улетела. Кицуня обиженно тявкнул ей вслед.
* * *
Москва.
Кремль.
Из Подмосковья я домчал до Кремля за сорок минут. Все же было правильным решением взять с собой Данилу.
Столица встретила меня серым небом и мокрым снегом. У кремлевских ворот стояло плотное кольцо охраны, которое тоже не особо было довольно погодой.
Гвардейцы проверили документы, и мы въехали на территорию. По аллеям ходили чиновники с папками, а у дворца стояли бронированные автомобили с флагами разных стран. На стоянке я насчитал три дирижабля с иностранной символикой.
— Миша, — Лора появилась на соседнем сидении, внимательно разглядывая Кремль. Сегодня она нарядилась в строгий деловой костюм и собрала волосы в тугой узел, что, честно признаться, выглядело очень неплохо. — Я насчитала представителей девяти стран. Остальные, видимо, прибудут завтра.
  
— А Клеопатра?