Прикованная к Анубису (ЛП)
— В этом и проблема, моя Мабет: я всегда готов оседлать тебя самым извращенным способом. Мои яйца всегда полны, а член всегда твердеет, стоит мне подойти к тебе, — я тихо стону, слыша эти слова, прошептанные мне на ухо.
— Немедленно неси меня внутрь!
Он подхватывает меня, и я обхватываю его талию ногами. Мой дикарь не делает и шага, прежде чем поглубже войти в меня, заставляя меня громко застонать.
— Мортиус, боже мой!
— Мы не уйдем отсюда, пока ты не выдоишь меня своей киской, подарив мне свой первый оргазм, — его рот начинает сосать мои соски, и я знаю, что у меня нет выбора, кроме как извиваться на его большом и вкусном члене, как последняя шлюха.
Я скачу на нем, пока он сосет меня. Его маленькие когти еще не показались, но с тем огнем, что горит во мне, они сейчас и не нужны. Его руки двигаются по мне, скользя вверх и вниз, и он осторожен с моим животом, стараясь не придавить меня своей мощной хваткой, от которой я всегда улетаю в облака.
Пока он сладко трахает меня, он сосет мои соски до такой степени, что разряды тока пронзают мое тело — настолько чувствительной сделала меня беременность.
— Сладкая! — шлепок приходится по моей заднице, когда он насыщается моей грудью.
— Продолжай, давай, мой дикарь, заставь меня кончить на этом огромном члене!
— Вот так?
— Так, не останавливайся!
И он не останавливается, трахая меня собственнически и неутомимо, каждым движением приближая мой оргазм. Рельеф на его головке начинает стимулировать меня, и я буквально таю в его руках. Я всё ближе и ближе, я выкрикиваю приказы, которые он исполняет в точности, пока мое тело не закипает, уничтоженное оргазмом, от которого я едва не теряю сознание в его объятиях.
И в этот момент в игру вступают его «малышки». Когда яд из его маленьких когтей попадает в мою кровь, я превращаюсь в ненасытную суккубу в его распоряжении.
— Идем в кровать. Мне нужно оседлать тебя, поставить раком и с силой вколачиваться в твою киску, — его громовой голос становится еще мощнее, когда он возбужден.
— Я могу кончить только от твоих слов…
— Я буду говорить всё, что заставит тебя стонать на моем члене, пока ты не изойдешь соком.
Торопясь, мы входим в дом и направляемся прямиком в спальню, откуда выйдем только тогда, когда восстановим всю энергию, которую он высосет из моего тела. И я никогда не буду на это жаловаться. Напротив, я всегда буду умолять его оседлать меня.
Мы измотаны — именно в таком состоянии мы находимся сейчас. Мы потеряли счет времени и выложились физически. Мортиус молча гладит мой живот, пока я перебираю пальцами его уши. Эти моменты делают нашу связь еще крепче. Как это работает? Могу лишь сказать, что это похоже на слияние душ.
Запах моря врывается в комнату вместе с нежным бризом, и мое сердце обретает покой.
— Я хочу отвести тебя к твоим родителям, — его слова пугают меня.
— Мортиус, разве это не опасно? — он смотрит на меня своими самыми красивыми золотыми глазами.
— Наш малыш уже достаточно окреп, и проблема не в том, чтобы доставить тебя туда… — он заминается.
— А в чем же тогда?
— Не случится ли у твоих родителей приступа, когда они увидят тебя беременной от такого существа, как я? Я бы хотел забрать тебя и представиться им, я думал об этом, — я замираю, глядя на него и не зная, что сказать. — Наверное, это и правда глупая идея.
— Я так не думаю… Я просто не ожидала. Это как… слишком сильно открыться. Я не хочу, чтобы тебя что-то обидело, даже слова, которые могут прозвучать. Понимаешь, если они ранят тебя, это ранит меня в сто раз сильнее? — закрыв глаза от моего прикосновения, он издает тихий стон.
— Я не хочу, чтобы у тебя из-за меня возникли проблемы с ними.
— У меня не будет проблем, но думаю, нам нужно подготовить почву. Я скучаю по ним, но не хочу знакомить вас сейчас, пока я беременна. Давай подумаем об этом, когда наш малыш родится и будет достаточно велик для путешествий сквозь порталы времени, — улыбаясь, он соглашается.
— Всё, как пожелает моя спутница.
Я притягиваю его для нежного поцелуя. Всё, что он делает, он делает ради моей улыбки. И я бы хотела иметь возможность отплатить ему за всю ту любовь, которую он проявляет ко мне. Мы лежим так какое-то время, пока я не проваливаюсь в сон, как всегда случается после столь интенсивного секса.
Гуляя по садам, я ловлю себя на мыслях о загробной жизни — о той, которую мне не суждено познать, пока я наблюдаю за тысячами душ, идущих под предводительством Анубисов из легиона. Интересно, будет ли когда-нибудь и наш ребенок вот так помогать этим существам находить свой путь?
— О чем ты думаешь, моя Мабет? — голос Мортиуса приближается, неся с собой тот покой, который дарит только его присутствие.
— О том, как через какое-то время наш сын будет вести за собой души, — он обнимает меня, и я прижимаюсь к нему.
— Да, его судьба — переводить всех тех, кому нужно найти путь, — он целует меня в макушку.
— Как прошел твой день? — я целую его горячую руку.
— Спокойно. У нас было собрание в пантеоне.
— Ты видел брата? — он смущенно улыбается.
— Это было не общее собрание, только Осирис, Тот и Руатан. Им нужна была наша помощь в проекте, который может изменить способы земледелия.
— Это и правда интересно, — он соглашается. — И как в этом замешаны проводники душ?
Его смех разносится по саду, подхваченный ветром.
— В сборе душ, который принесут эти изменения.
— Они планируют что-то менять, и в процессе умрут люди? — я в недоумении.
— Наоборот. Кажется, я плохо выразился, Мабет. Произойдет массовый исход душ, и это изменит целое место, которое будет забыто временем. Они хотят воспользоваться этим, чтобы внедрить эти посадки, — я знаю, что цивилизации рождаются и гибнут, но такую информацию всегда трудно переварить.
— Всегда так происходит?
— Со временем ты привыкнешь. Люди рождаются и умирают, а мы, как боги, лишь направляем их. Народы, миры — всё находится в постоянной трансформации.
— Иногда кажется, что мы — как большая муравьиная ферма.
— Довольно интригующее сравнение, но миры действительно можно сопоставить подобным образом.
Я поворачиваюсь в его руках и чувствую печаль по этим душам. Когда-нибудь ими станут мои друзья и родители, и я не знаю, каково мне будет, когда он откроет мне это.
— Отнеси меня в постель, — прошу я, чувствуя комок в горле.
— Тебе не нужно грустить, моя Мабет, — я получаю нежный поцелуй в губы.
— Об этом невозможно не думать, любимый. Я была бы одной из них, если бы не стала твоей, — он поднимает меня на руки, неся как драгоценный груз.
— Чтобы жизнь продолжала течь, пока одни радуются рождению, другие плачут из-за смерти. Это цикл жизни.
— К сожалению, бесконечный цикл, — вздыхаю я.
— Именно так. Бесконечный цикл.
Прижавшись головой к его груди, я позволяю ему отнести меня в кровать. Он остается со мной всё то время, пока мне нужно его присутствие, утешая мое сердце и лаская мой живот, хранящий наш дар, который формируется в нем месяц за месяцем.
45. Битва начинается
АНАБЕТ БЕНЕТ
Мы идем рука об руку, пока морские волны разбиваются о берег, омывая наши ноги. Меня переполняет чувство сопричастности. После прошлой ночи, когда Мортиусу пришлось меня утешать, он разбудил меня пораньше и после завтрака привел сюда. Тяжелое чувство исчезло, стоило моим ногам коснуться песка. Улыбаться рядом с Мортиусом — самое простое дело на свете, ведь мы знаем, что скоро наш сын будет у нас на руках.
