Три мести Киоре 2 (СИ)

Глава 1
Выданная старой графиней карета поскрипывала, а на ухабах жутко трясло. Киоре еще плотнее закуталась в плед, отодвинула занавеску, заправила за крючок, прищурилась от света. За окошком мерно качалась равнина — холмистая местность закончилась в первые дни пути, сменившись унылыми плоскими пейзажами. Империя казалась безграничной, в ней привольно гуляли ветра, по небу неслись громады облаков. Чем дальше на север они забирались, тем реже и меньше становились города, пока совсем не закончились. Дорога вилась и вилась, одинокая, неприхотливая. Встречные экипажи попадались раз в сутки или даже двое, а в остальном — тишина и безлюдье пути, редко на котором возникали крохотные деревни.
Киоре спрятала нос под плед — дыхание севера с каждым днем чувствовалось всё сильнее.
— Впереди карета опрокинутая! — крикнул кучер. — Поможем или проедем?
— Конечно, поможем!
Возле опрокинутого экипажа стоял бородатый, угрюмый мужик.
— Вот так спасибо! Вот так подсобите-то!.. — радовался мужик и, обернувшись, крикнул: — Ваше сиятельство! Нам добрые люди помогут!
Из-за опрокинутого экипажа, от которого Киоре видела только одни колеса, вышел Доран в пропылившемся мундире.
— Баронета Таргери? — замер он. — Я даже не удивлен…
— Я тоже не удивлена… — в тон ему отозвалась Киоре, которой больше всего хотелось выругаться.
Вот зачем его понесло на край света?! Почему именно этой дорогой, а не по реке на пароходе? У баронеты по легенде не было денег, а вот что заставило богатого герцога избрать такой неудобный способ поездки?
— Что у вас сломалось? — спросила она, взяв деловой тон: быстрее решат проблему и расстанутся!
— Ось, — отозвался он.
Кучеры между собой уже что-то обсуждали, размахивая руками, но не повышая голосов.
— Куда вы едете? — спросил герцог, глядя в поле, где мирно щипали траву четыре лошади.
— В монастырь, лечить хромоту, — усмехнулась она, а Дорана передернуло: сам себе напомнил о неприятном разговоре заданным вопросом. — А вы как оказались в этих краях?
— По поручению императора.
За время разговора и пауз сломанную ось крепко перетянули веревкой, подложив какую-то деревяшку. И то, и другое нашлось в карете графини, остального, что делали, Киоре не видела.
— Ваше сиятельство, не обессудьте, но нам и ваша бы помощь пригодилась!.. — позвал его слуга.
— Командуйте, — так просто ответил тот, словно не был герцогом.
Возились они долго, все трое покрылись пылью, а итак грязная карета приобрела новые вмятины и потеряла всю презентабельность, когда ее подняли и поставили на дорогу.
— Нет, ваше сиятельство, ехать на ней не получится, только тащиться, — цыкнул его кучер. — Время потеряете.
Доран взлохматил волосы — странный, непривычный жест, слишком простой, слишком домашний для всегда собранного и застегнутого на все пуговицы герцога.
— Баронета, похоже, я вынужден проситься к вам в попутчики. Вы не будете проезжать мимо Ройшталена? — наконец спросил он.
— Я еду в монастырь недалеко от этого города, ваше сиятельство.
Киоре спрятала недовольство поглубже: право, как тут отказать? Вызвалась помочь — помогай! Всё равно разыгрывать помешанную на приличиях аристократку было поздно… Эта роль досталась Дорану, застывшему, стоило ему открыть дверь в ее карету.
— Ваше сиятельство? Что-то не так?
— Вы едете без служанки или компаньонки?
На лице мужчины красочно сменяли одна другую эмоции недоверия, злости, удивления, и Киоре, казалось, услышала его мысли. Девчонка! В пятнадцать лет! Одна! Рванула через половину империи!
Кучер Дорана застыл с его саквояжем, не понимая причину заминки.
— Ваше сиятельство, что вы? Никак передумали?! — пробормотал он растерянно и оттого слишком тихо, чтобы быть услышанным.
— У меня нет денег на компаньонку и тем более охрану, а милость графини закончилась на предоставленной карете, ваше сиятельство, — процедила она ответ, потому что Доран негодующим изваянием застыл у подножки.
— А как же ваша служанка, с которой вы живете?
— Ни за что не покинет Тоноль! — отрезала она. — Если не хотите ехать, ваше сиятельство, уговаривать не буду.
 
Киоре скрестила руки на груди. Герцог, в конце-то концов, мужчина взрослый, умный… И понимает, что, если не замолчит, долго еще будет добираться в Ройштален.
— Прошу прощения за грубость, — склонил он голову. — С вашего позволения, баронета, — и кучер наконец-то с облегчением загрузил саквояж в карету.
Доран помог девушке забраться внутрь и подождал, пока она устроится, завернувшись в плед: Киоре не собиралась ради каких-либо условностей жертвовать теплом. Будь тут еще графиня или кто-то незнакомый, она бы подумала, но напротив с каменным лицом устроился герцог Хайдрейк, с которым они видели друг друга далеко не в самых лучших состояниях. Дверца закрылась, и вскоре две лошадки потянули карету вперед.
— И всё-таки я не могу понять, глупы вы или наивны. То бродите ночью по городу, то едете одна так далеко. Неужели вам не страшно? Вы ведь не полагаете, что слуга защитит вас от нападения? А ваша репутация?
Киоре со скукой смотрела в окно: почему-то она не сомневалась, что Доран продолжит ее поучать.
— Служанка от нападения тоже не спасет, а скандал избавил меня от забот о репутации. Всё это, ваше сиятельство, не от моего желания, — пожала она плечами. — Может, было бы и лучше, если бы я сгинула из-за каких-нибудь разбойников…
А что? Играть так играть! Должен же быть предел у герцога, после которого он посчитает их беседу недопустимой и неприличной? И чем скорее это случится, тем проще будет Киоре… Только вот главу Тайного сыска, похоже, откровенными разговорами было не смутить.
— Что же вы тогда в монастырь не ушли? Или надеетесь, не излечившись, остаться там?
От одной мысли об этом Киоре содрогнулась: слишком уж яркие воспоминания из детства остались, слишком живые.
— Возможно, это лучший выход для меня, — пробормотала она, как полагалось Ниире.
— Тогда непонятно, зачем вам этот фарс с помолвкой. Могли бы сразу уйти в монастырь, где-нибудь в своей глуши на юге.
Киоре сжала под пледом руки в кулаки. Ох, как же ей хотелось ответить язвительно, но… Но о герцоге многое знала воровка Киоре, а никак не баронета Ниира Таргери. И всё-таки она позволила себе сказать:
— А почему вы до сих пор не женились второй раз? Вы бы смогли уйти в монастырь в мои годы, лишив себя даже призрака счастливой жизни?
— О первом можете не переживать. По возвращению в Тоноль император женит меня на выбранной им девушке, — он улыбнулся, жестко, одним краешком губ, и на лице его впервые отразилось нечто вроде сожаления. — И вы правы. Я бы не смог уйти в монастырь. Как причудлива судьба, не находите? Ни один из нас не желает брака, но мы скованы им…
— Да, ваше сиятельство.
Разговор оборвался, Киоре поправила штору. Дорога, дорога — ничего за окном не меняется… Опустив ресницы, она рассматривала Дорана. Китель расстегнут, на рубашке пыльные пятна. Он сидел, сцепив руки, жесткий, прямой, как будто готовился грудью встречать множество неприятностей. Холодный. Отстраненный. Сам собой вспомнился бал-маскарад и вылитая на нее вода — отвратительный поступок. Но был и другой Доран: тот, который помог Ниире, с которым говорила каждый раз Киоре. Зевнув, он потер переносицу и достал из саквояжа миниатюрную книжку.
— Легенды? — не смогла она скрыть удивления, даже подалась вперед. — Эпохи княжеств?
— И древнее, — подтвердил Доран с кислым видом. — Оказывается, они весьма занимательны…
«Врёшь!» — фыркнула Киоре.
— Неужели?
— Можете почитать, я не самый хороший рассказчик, — и протянул книгу.
Киоре потянулась, коснулась жесткого переплета кончиками пальцев, когда карету подбросило, и томик упал. Потянулись за ним одновременно, и их пальцы соприкоснулись.
— Ой… — тихий выдох.
Глаза к глазам. Расширившийся не то от тени, не то от смущения зрачок. Запах розового мыла смешался с железно-пыльным. Едва уловимое дыхание на щеке.