Скандальное ЭКО (СИ)

Дава кивает, собирая в комок обрывки скотча.
— Арина, подайте мне нож, — мягко звучит его просьба.
Подхожу к ящику, достаю нужный предмет и протягиваю мужчине. Его пальцы на миг касаются моих, и я невольно вздрагиваю, почувствовав, какие они теплые у Давида, будто он не с мороза явился, а прибыл из жаркой солнечной страны.
Рефлекторно одергиваю руку и, отвернувшись, торопливо запускаю кофемашину.
    
Глава 33
 
Арина
Черт! Что со мной происходит?
Этот мужчина даже в самых простых моментах превращает меня в рассеянную девчонку….
Умом понимаю, как глупо выгляжу при Рудневе, а изменить ничего не могу. Стоит ему оказаться рядом — и все мое естество взрывается непостижимыми реакциями.
Дава не просто привлекательный мужчина, он магнит для женщин, который сбивает с толку и заводит в тупик. Волнует своей харизмой и обаянием. Даже меня! Замужнюю женщину! А что уж говорить о его клиентках? Они, должно быть, готовы выпрыгивать из трусов и мчать впереди планеты всей к нему на прием….
Тихо вздыхаю и тянусь к шкафчику за чашками.
Одну ставлю под диспенсер, рядом кладу блюдце и маленькую кофейную ложечку. Достаю из коробки капсулу и аккуратно вставляю в кофеварку.
— Давид, вы кофе какой предпочитаете? — интересуюсь, прежде чем нажать на кнопку запуска.
— Эспрессо без сахара, — отвечает он ровно. Я чувствую на себе его мимолетный взгляд. На коже тут же высыпают мурашки.
На автомате киваю и жму на «пуск», наблюдая, как кофе льется в чашку ровной, темной струйкой.
Когда чашка наполняется, я неспешно ставлю ее на блюдце.
Терпкий аромат дымящегося напитка перекрывает запах чужого мужчины в доме, и я почти успеваю вдохнуть глубже, ловлю нотки арабики, пока телефонный звонок не встряхивает меня.
— Простите, Давид, мне нужно ответить, — говорю я, глядя на мобильный, оставленный на столешнице гарнитура. Он, не прекращая, жужжит. Когда Никитка уснул, я поставила его на вибрацию и не успела переключить.
На экране горит номер Чернякова — адвоката моего мужа.
В контактах он остался еще со времен, когда я согласовывала с ним бумаги для открытия салона.
Черняков не станет мне звонить просто так. Только по поручению Марата. От этой мысли мое сердце уходит в пятки, там и застывает без движения.
— Алло, — сипло выдыхаю, взяв трубку.
— Здравствуйте, Арина Игоревна. Это Юрий Степанович вас беспокоит, — с деловой интонацией произносит Черняков. — Узнали меня?
— Узнала, Юрий Степанович. Что у вас?
— Я звоню по поручению вашего мужа. Полагаю, причину вы и сами понимаете. Она была озвучена вам еще вчера Маратом Александровичем.
— Он хочет расторгнуть наш брак? — вопрос вылетает автоматически.
Мне сложно в это поверить, но что-то подсказывает мне, что это является правдой, какой бы горькой она не была.
— Именно так. Ваш муж настроен категорично и пересматривать свое решение не собирается. Когда мы можем встретиться, чтобы обсудить нюансы вашего с Маратом Александровичем предстоящего развода? Затягивать не советую.
Информация от Чернякова выливается на голову ушатом ледяной воды.
Почувствовав, как качнулся пол под ногами, хватаюсь рукой за грудь и прислоняюсь спиной и затылком к двери холодильника. В горле тут же пересыхает. Воздух становится густым и не проходимым, сжимающим глотку.
Господи, как же шумит в ушах…
Это неправда…
Мне все послышалось…
Я не верю…
Не верю, что Марат потребовал развод через своего адвоката, не поговорив со мной.
— Воды…. — хриплю я, едва не теряя связь с реальностью. Растягиваю горловину свитера и пытаюсь дышать глубже, но выходит хреново. В груди невыносимо печет… Колени подкашиваются. Спина медленно скользит по холодной стали вниз. Прихожу в себя, когда меня подхватывают чьи-то руки и сажают на стул.
— Арина? — будто из-под воды доносится голос Давида. Он старается привести меня в чувство, похлопывая ладонью по щекам. — Твою мать… — слышу его тихое ругательство. Следом мне в лицо прилетают холодные капли воды. Распахиваю веки и ныряю прямиком в зеленые глаза Руднева, на самое дно, там и тону, не в силах выкарабкаться.
— Я держу, — выдает он взволновано, пристально оценивая мое лицо. — Не нужно падать в обморок. Ладно? Все хорошо?
— Все хреново… — высекаю дребезжащими нотками. — Меня бросил муж. Он отказался от сына из-за вас. Это, по-вашему, хорошо? Это вы во всем виноваты! — собрав последние силы, добавляю напора голосу. — Вы и ваша чертова клиника! Убирайтесь!
  
Глава 34
 
Давид
Решение купить аквариум само по себе было глупостью, а тащить его к ней домой лично — верх идиотизма! С чем себя и поздравляю.
Молодец, Давид, ты форменный идиот! По-другому тебя и не назовешь. Теперь имеем то, что имеем…
— Убирайтесь! Уходите прочь! — ударив меня в грудь, Арина срывается на громкое рыдание. — Прочь отсюда! Идите вон!
Не реагируя на истерику, отнимаю у нее телефон и сбрасываю звонок. Ставлю на авиарежим. На сегодня достаточно жести.
Даже для меня, постороннего мужика, вся эта ситуация выглядит, мягко говоря, по-скотски.
Всего сутки назад я подобрал ее на пустой ночной трассе с малым ребенком на руках, без действующей машины, предоставленную самой себе, а сегодня она получает пачку адвокатских претензий о разводе.
Пиздатый муж, блядь! Что тут скажешь.
Такому хочется ебальник разнести, чтоб кровью харкал. Тоже мне, министр, мать его….
— Вставай! — резко поднимаюсь и дергаю Арину на себя. Обхватываю за талию, чтобы удержать на ногах. — Прокатимся, и тебе станет легче, — объявляю о своем решении, оставляя аквариум без внимания. Позже с ним разберусь.
Как мужику, мне неприятна эта история, и я мог бы взять и спокойно свалить от греха подальше, но как врачу — я не имею права так поступить. Нельзя бросать сломанную женщину в таком состоянии одну. Хотя бы потому, что ни мать, ни сестра не смогут ей сейчас помочь.
У Арины срыв.
Нервная система на пределе возможностей и просто не в состоянии все это дерьмо вывозить.
Если не вмешаться, последствия будут куда тяжелее.
Сейчас важно выговориться. Но не здесь. Не при сыне и не при родных. Поэтому промелькнувшая идея съездить с ней на дачу уже не кажется такой безумной.
— Я никуда не поеду! — противится Филатова, когда я тупо выношу ее в коридор и ставлю на пол. — Хватит! Накаталась! Довольно!
— Ребенка разбудишь. Ты этого добиваешься? — рявкаю ей в лицо, встряхивая за хрупкие плечи.
Умолкает, издавая тихие судорожные всхлипы. Погрузившись в шок, часто моргает. Глаза красные от слез. Губы искусаны и припухшие.
Впервые замечаю в ней хрупкую и слабую девочку. Настолько растерянную, что желание помочь ей становится уже долгом.
— Как только обезбол перестанет действовать, Никита начнет хандрить, — продолжаю я более сдержанным тоном. — Дай ему спокойно выспаться. Ты скоро вернешься к нему. Ладно?
— Давид? А вы куда с ней собрались? — удивленный возглас хозяйки квартиры вынуждает меня обернуться.
— Лечиться, — коротко бросаю, вытаскивая из шкафа пальто Арины, затем помогаю его надеть.
— Простите?.. — с непониманием уточняет женщина.
Покопавшись в кармане пиджака, я вытаскиваю свою визитку.
— Вот мои контакты, — говорю ей. — Если что-то понадобится, звоните в любое время. Арину я забираю на прогулку. Ей необходимо успокоиться и прийти в себя. Здесь она этого сделать не сможет.
— Вы собираетесь ее увезти? — переспрашивает мать Арины. — А если Никитка проснется? Что я ему скажу?
  
— Скажите, что мама у врача, лечит нервы. С ним все будет хорошо. Для этого у него есть вы. А дочери вашей нужна помощь, — отвечаю, кивая на безучастную Аришу. — Иначе будет только хуже. Не переживайте вы так, завтра я верну вам Рину целой и невредимой.