Я – борец! 2 Назад в СССР (СИ)

Всё очень просто, товарищ рефери. Твой сын уже на моём месте — вернее, на месте Саши Медведева.
В общагу после турнира мы не пошли. Всё потому, что Гена задал свой «глубокомысленный» вопрос:
— Саш, а как так получается, что нас девушки в один день бросили, и мы в один день выиграли?
— Совпадение? — предположил я, пожимая плечами.
— Ну нет! Вот скажи, что обычно делают мужики, когда их бросают?
  
— Не знаю… Слушают певицу Максим, едят мороженое и пускают скупую мужскую слезу, уставившись в серый потолок? — пошутил я.
— Максим? Это какая-то иностранная певица? — искренне не понял Гена.
— Ну да, паспорт у неё точно не с гербом Союза, — снова пошутил я, понимая, что был на грани странного объяснения про певицу с мужским именем. Но Гена был слишком поглощён своей радостью, чтобы углубляться в детали.
— Мороженое — это по-детски! А вот пиво!.. — протянул он многозначительно, и я сразу понял, к чему он клонит.
— Пиво — прямой путь к пивному животу, — попытался отговорить его я.
— А зачем мне теперь пресс, если Женька мне уже «от ворот поворот» дала? — ухмыльнулся Гена, смачно хлопнув себя по каменному животу. Его кубики всё ещё были отчётливо видны под тонкой майкой.
— Тебе-то хоть давали, — усмехнулся я. — Со мной только за ручку ходили!
— Во тебе и андерхуки! — рассмеялся Гена, резко останавливаясь перед жёлтой пивной бочкой на перекрёстке. Его глаза весело блестели. — Ну что, рискнём?
— Ладно, погнали! Но по одной кружке — это мой ультиматум, — сдался я, понимая, что сегодня его не остановить.
К нашему удивлению, очереди почти не было — только мужичок с тремя дымящимися кружками неспешно направлялся к пластиковым столикам. Запах свежего пива смешивался с ароматом жареных семечек и рыбы, закуску продавали рядом, другая женщина со стаканами и тоже в белом.
— Мальчики, вам чего? — строго спросила продавщица в потрёпанном белом халате, оценивающе оглядывая наши спортивные сумки и медали на шее.
— Две кружечки, будьте добры, — уверенно попросил Гена, демонстративно доставая из кармана мятую пятирублёвку.
— Вам восемнадцати нет — какое вам пиво! — фыркнула женщина, складывая руки на груди.
— Мы же борцы, нам можно! — не сдавался Гена, растягивая лицо в самой обаятельной улыбке, которая обычно действовала на преподавательниц в училище.
— А мне потом выговор получать? Идите отсюда, говорю! — её голос стал на полтона выше, привлекая внимание пары прохожих.
— Но нам всегда наливали… — растерянно пробормотал Гена, когда мы отошли на безопасное расстояние.
Я видел, как его настроение начало стремительно портиться. Весь его сегодняшний триумф мог быть испорчен из-за какой-то бюрократической формальности.
— Погоди, сейчас решим! — выдохнул я, оглядываясь по сторонам в поисках решения. А моё внимание привлекла знакомая фигура…
  
Глава 15
 
Пиво, гитара и хобби
 
Увлечённый чем-то, он шёл мимо и улыбался каким-то своим мыслям — косматый, в широких очках, клетчатой рубахе и растянутых коричневых брюках. Валера Плотников.
Я сделал несколько быстрых шагов, почти переходя в бег, и позвал его по имени:
— Валер!
— О, привет, Саша Медведев! — отозвался он, будто только что вспомнил, кто я такой.
— Привет-привет! Куда путь держишь? Как защитил свой бесщёточный двигатель? Способен теперь стирать вещи внутри себя? — улыбнулся я.
— Шутишь? — Валера тоже улыбнулся, поправляя очки на переносице. — Ко мне на защиту пришли… — он перешёл на шёпот и по-шпионски оглянулся, — все пришли, в общем.
— Элвис Пресли был? — также заговорщицки спросил я.
— Не, Элвиса не было.
— А говоришь — все, — сделал я вид, что расстроен, что Элвис не пришёл.
— Прикинь, я думал, меня завалят, а они сидели тише воды, ниже травы. Кстати, он сказал передать тебе привет. Оказалось, это ты меня порекомендовал. Слушай, я не думал, что ты… оттуда, — последнее слово он произнёс шёпотом.
— Откуда? Кто пришёл на защиту? — не понял я.
— Ну, Игорь Смирнов, — наконец выдал Валера.
— А-а-а… — протянул я. — Ну и что, взяли?
— ВВК прохожу. Сказали никому не говорить, куда, по официальной версии, типа в армию. Но раз ты оттуда — значит, тебе сказать можно.
— Мало того — даже мне нельзя, — усмехнулся я.
— А… Понял, — кивнул Валера с внезапной серьёзностью.
Он, наверное, подумал, что я тоже служу в КГБ.
— Валер, вопрос глупый: у тебя паспорт с собой?
— С собой, а что?
— Да я молодо выгляжу — без паспорта пиво не продают. Можешь купить мне и товарищу? — я кивнул на стоящего в стороне Генку.
— А он тоже…?
— Валера, помни: болтун — находка для шпиона, — многозначительно улыбнулся я.
— Понял… — протянул он, и в этот момент Генка подошёл к нам.
— Здарова! — протянул он Валере руку.
— Здравствуйте, товарищ! — почти по-военному пожал её Валера.
Гена удивлённо посмотрел на меня. В будущем таких, как Валера, назовут фриками. Я кивнул ему — мол, играй по правилам.
— Здравия желаю, товарищ! — подыграл Генка.
— Бери три пива! — я полез в карман за деньгами.
— Да не надо, я тебе и так обязан! — запротестовал Валера и направился к пивной бочке у ларька.
— Это что за гуманоид? — тихо спросил Генка, смотря в спину Валере.
— Товарищ по технарю.
— А почему деньги не взял? Чем таким ты ему помог?
— Поддержал в дипломной — со стабилизацией бесщёточных двигателей.
— Я думал, ты в этом не шаришь.
— Я тоже так думал, — ответил я.
Не прошло и трёх минут, как Валера вернулся с тремя запотевшими кружками. Мы тем временем переметнулись к высокому столику без стульев — такому, чтобы пить стоя, под тенью тополей.
— Ну, за знакомство! — Генка чокнулся ручкой кружки с Валеры.
— Рад был встретить, Саш… и тебя, товарищ! Но мне пора, — торопливо проговорил изобретатель.
— Не выпьешь? — спросил лениво Генка.
— Не, завтра физо сдавать. Говорят, от пива мускулатура усыхает.
— Правильно, кстати, говорят, — усмехнулся я.
— Ну, пока тогда, — кивнул Гена.
— Пока, товарищи! Хорошего вечера!
— И тебе того же! — крикнул я ему вслед.
Валера уходил таким же, каким я его встретил — задумчивым и вдохновлённым, будто нёс в себе какую-то тайну.
— Я понял, — произнёс Генка, отпивая из кружки. — Ты не об ковёр в Тамбове ударился. Вас с этим «товарищем» инопланетяне забрали, ставили опыты, а потом отпустили.
— Всё так, всё так! — я широко улыбнулся и пригубил пенистую жидкость.
Пиво было с солодово-хлебным вкусом, лёгкой сладостью и умеренной горечью, температуры окружающей среды — не таким газированным, как в моей прошлой жизни. Над головой гудели фонари, где-то вдалеке скрипела карусель, а город медленно погружался в вечернюю дремоту. Тёплое пиво оказалось даже кстати в такую духоту. Генка, облизав пену с усов, неловко поставил пустую кружку на землю, оглядываясь по сторонам.
— Эй, бесстыдники! — раздался резкий голос. Женщина у пивной бочки, плотная, с красными от злости щеками, грозила нам пальцем. — Совершеннолетия нет, а до пива дорвались! Кружки мне несите назад, обормоты!
— Женщина, вы нас с кем-то путаете! — сообщил ей Гена и продолжил пить.
— Стыда и совести у вас нет, а ещё, наверное, комсомольцы! — продолжила женщина.
— Гражданочка! — строго произнёс я. — Вот на ваш крик сейчас прибежит милиция и вас оштрафуют за то, что наливаете пиво, как вы говорите, несовершеннолетним.
  
— Это ваш друг вам купил! — нашла аргументы продавщица кивая на лоточек справа с семечками и рыбой, — Вон Вера видела!
— Друг? — оглянулся Гена. — Не было никакого друга. Я свидетель, что мы сами купили. Так что вы не истерите, тем более вы сами у нас документы не попросили, а нам, между прочим, восемнадцать давно как есть!