Год 1991-й. Вторая империя (СИ)

— Вот, — сказал президент Буш, — во время революционных событий, что сейчас и происходит в бывшей Югославии, любое незначительное лицо может стать значительным, и наоборот. Проблема в том, что господину Серегину все перспективные кандидатуры известны заранее, а нам нет.
— А я предполагаю, что господин Чосич получил предложение стать клиентом императора Галактики, и не смог отказаться, — сказал Дик Чейни. — Если это и в самом деле так, то в самое ближайшее время хорваты получат впечатляющую взбучку от имперских вооруженных сил, по сравнению с которой набег на Загреб покажется чем-то вроде скаутского парада в честь Дня Независимости. В противном случае господин Серегин просто не стал бы тратить на эту встречу ни минуты своего драгоценного времени.
  
— Все может быть, — пожал плечами президент Буш. — Не зря же император Галактики сразу предупредил меня, что в его намерения входит изгнать нас из Восточного полушария, потому что нам там не место. А еще он сказал, что занимается здесь делами своей родни, чтобы все у нее было хорошо, и если посмотреть на вопрос шире, то сербы тоже являются родней русским, и, следовательно, господину Серегину. Так что, закончив с устройством дел ближней родни, этот господин занялся проблемами дальних родственников, и результат его усилий ожидаемо будет разрушительным для наших интересов в Старом Свете. Еще Черчилль называл Балканы мягким подбрюшьем Европы, и в настоящий момент это высказывание верно как никогда. Мы сами вспахали и унавозили тамошнюю почву, так что теперь императору Галактики осталось только бросить в нее свои семена. Как это может быть, мы наблюдали на территории бывших Советов, которая отдалась ему полностью и без остатка, и даже население стран Балтии не пытается оказывать сопротивление его жестоким сатрапам.
— Должен вам сказать, мистер президент, — вкрадчиво произнес Роберт Гейтс, — что в самое ближайшее время о своей независимости от Югославии объявит Босния и Герцеговина. Сербы в этой республике составляют весьма значительное меньшинство, около сорока процентов*, поэтому предотвратить сецессию путем демократического голосования они будут не в силах, зато обязательно восстанут против мусульманского правительства в Сараево с оружием в руках, и тогда господин Изетбегович обратится за помощью к мировому сообществу… Эта операция планировалась еще до того, как господин Серегин проявил себя во всей красе, так что остановить ее столь же невозможно, как и предотвратить сход горной лавины. Идея независимости уже овладела боснийскими массами**, и выбить ее теперь оттуда сможет только удар превосходящей внешней силы.
Примечания авторов:
* Роберт Гейтс считает сербов вместе с теми кто идентифицирует себя как югославы
** в те былинные для нас времена в американских университетах еще преподавались такие предметы, как советология и кремленология, поэтому об идеях овладевающих массами тогдашние западные политики имели вполне определенное представление и использовали его в своих интересах.
— Превосходящая внешняя сила уже наготове, стоит за спиной у сербов, поигрывая дубиной галактического линкора, — проворчал Джордж Буш. — Я не сомневаюсь, что господину Серегину уже известны ваши планы в отношении Боснии и Герцеговины, и вполне возможно, что его встреча с господином Чосичем имела целью каким-то образом предотвратить еще не состоявшиеся события или отреагировать на них неожиданным для нас образом.
— А что, если мы позаботимся об этом Добрице Чосиче? — спросил директор ЦРУ. — Как говорится, нет человека — нет проблемы.
— Даже не вздумайте делать ничего подобного! — отрезал президент Буш. — Удастся вам эта акция или нет, в любом случае наше положение из плохого может стать просто ужасным. Не думаю, что господин Серегин простит нам покушение на человека, которого он решил сделать своим партнером, а в перспективе и правителем всех сербских территорий. Есть у меня такое подозрение по аналогии с господином Варенниковым, который до встречи с императором Галактики тоже был известен только в узких кругах советских военных. Положение у нас, надо сказать, незавидное. И уйти из Европы нельзя, потому что это вызовет бурю во всех кругах американского общества, и попытка сохранить свое военное присутствие может привести к тому, что господин Серегин вытолкает нас оттуда взашей, не выбирая средств.
После этих слов в Овальном кабинете наступила тишина, та самая, что с эпитетом «гробовая», и тут Дик Чейни, чтобы сменить тему, как бы в шутку спросил:
— Интересно, а в Германии у господина Серегина какой-нибудь родни не имеется?
— Не знаю насчет родни, — ответил Роберт Гейтс, — а вот если верить донесениям наших агентов из Киева, новые порядки там вместе с советскими войсками устанавливало германоязычное подразделение имперской армии, и команды солдатам и офицерам господин Серегин отдавал на чистом немецком языке… А еще до нас окольными путями дошли сведения, что в других мирах в вассалах господина Серегина ходят две версии кайзеррейха образца пятнадцатого и девятнадцатого годов, а также Третий Рейх образца сорок второго года, после внезапной смерти Гитлера отбросивший нацистскую идеологию и примирившийся с господином Сталиным с принесением извинений за вероломное нападение. Сначала вроде бы император Галактики с этими государствами смертельно враждовал, а потом все повернулось так, что они стали его вассалами — без того, чтобы победоносный имперский солдат ступил своей ногой на развалины Берлина.
— Вассалитет — это серьезно, — вздохнул Дик Чейни. — По первому требованию сюзерена вассал должен выставить укомплектованное, обученное и снаряженное войско. Делайте выводы, джентльмены: совсем не исключено, что после Балкан император Галактики примется переставлять мебель в общем немецком доме, где вместо обещанного Советам объединения двух Германий случилась аннексия восточных земель демократическим западногерманским государством.
— Ну вот видите, Роберт, как все неоднозначно, — хмыкнул президент Буш, — а вы еще собирались подергать этого бешеного тигра за усы. Срань могла получиться просто эпических размеров. И вот что еще, джентльмены. Как бы дела ни обернулись дальше, в грядущей кровавой заварушке американские войска должны лишь аплодировать сражающимся с галерки, а в первые ряды битвы за мировую демократию следует выдвинуть наших так называемых союзников по НАТО. При этом мы окажем им помощь поставками оружия и снаряжения, если, конечно, успеем. Надеюсь, большинство в Конгрессе не будет настолько безумным, чтобы бросить наших парней в огонь заранее безнадежно проигранной войны. Все, что можно сказать в таком случае: «Боже, храни Америку». На этом все, идите и не грешите, то есть будь осторожны и постарайтесь не сделать ничего такого, за что император Галактики обрушил бы на нас всю свою мощь.
Выпроводив подельников из Овального кабинета, президент Буш обернулся, и увидел на рабочем столе пухлый пакет из плотной бумаги. А ведь еще секунду назад там ничего не было…
5 января 1992 года, 12:25 мск. Босния и Герцеговина, дальний пригород Сараева населенный пункт Пале (десять километров юго-восточнее столицы БиГ), потенциальная столица Республики Сербской
Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи
На то, чтобы организовать практическую конференцию радикальных* сербских политиков, у Добрицы Чосича ушло меньше двух суток. Сербию в этом собрании представляет лидер сербской радикальной партии Воислав Шешель (его и Чосича мы подхватили в Белграде). От Сербской Краины в Хорватии присутствует президент этого непризнанного образования Милан Бабич. От лица боснийских сербов будут говорить лидер (будущий президент) Радован Караджич, его пока еще соратница Биляна Плавшич (еще один будущий президент), а также спикер парламента Момчило Краишник. Я с собой взял только Кобру и четырех братьев Джорджи: генералу Бережному и маршалу Покрышкину сейчас не до дипломатических визитов, ибо в Хорватии еще сутки назад с большим шумом и фейерверками началась операция «Большая Такатумба». После того, как были ликвидированы лагеря для военнопленных и интернированных сербов, а их узники перемещены в Тридесятое царство, на территории Хорватии началось примерно то же, что и во время оно в Афганистане, с поправкой на то, что в населенных пунктах моя штурмовая пехота орудовала после депрессионно-парализующих, а не бомбоштурмовых ударов. Все вооруженные люди на той стороне, неважно в какую форму они одеты или носят гражданское, повинны немедленной смерти через отделение безумных голов от бренных тел. За все надо платить, и возрождение усташеской человеконенавистнической идеологии тоже.